ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Папочка, я уже дважды предупреждал тебя: надо более точно выражать свои желания, – возразил Субастик. – Неважно, что ты думаешь, важно лишь то, что ты говоришь! А ты не просил перенести нас на чердак госпожи Брюкман. Ты просто сказал: “на чердак”. Признайся, папочка!

– Как же нам теперь быть! Выход только один: опять твоим крапинкам поклониться, – проговорил господин Пепперминт. – И чем скорей, тем лучше. Сюда уже идут!

Господин Жабман поднимался на чердак, а следом за ним шли двое полицейских.

– Вы только поосторожней! – наставлял он их. – Такие странные эти двое! Малыш – в резиновом комбинезоне. А длинный чепуху несет. Хотел женить меня на каких-то брюках. Бред, да и только!

Полицейские недоверчиво поглядывали на него.

– Вы говорите, эти двое на чердаке? – спросил первый полицейский. – И вы не видели, как они гуда забрались? Вы что, забыли запереть парадную дверь?

– Да нет же! – замахал руками господин Жабман. – Дверь была заперта, как и всегда. А не то любой прохожий мог бы войти в дом!

– Но ведь эти двое все же как-то вошли, – сказал второй полицейский.

– Неважно, как! – отмахнулся господин Жабман. – Длинный ищет на чердаке какую-то машину. Да вы сами сейчас все увидите!

Они подошли к двери чердака.

– Я пройду вперед! – шепнул полицейский Жабману. Тихо повернув ключ в замке, он рывком распахнул дверь. – Пусто! – сказал он. – Никого!

Господин Жабман просунул голову в дверь. Чердак был совершенно пуст, только на старой кухонной полке стояло несколько пыльных банок.

Жабман оторопело взглянул на полицейских и спросил:

– А куда же подевались те двое?

– Именно этот вопрос мы и хотим вам задать, – ответил один из полицейских. – Прибегаете к нам в участок, отрываете нас от дел и тащите на свой чердак, чтобы показать каких-то двух типов в водолазных комбинезонах...

– Только один был в комбинезоне. Только один! – поправил его господин Жабман.

– Хватит! – оборвал его полицейский. – Кажется, я все понял: вы просто решили нас разыграть! Неплохая шутка: заставить двух полицейских лезть на третий этаж...

– Какой уж там третий? Второй! – снова поправил его господин Жабман.

– Нет у меня времени пререкаться с вами! Мы это дело так не оставим. За розыгрыш должностных лиц вы уплатите штраф.

– За розыгрыш? Да я вовсе не собирался вас разыгрывать! Меня самого, как видите, разыграли. Мне очень жаль, если вы думаете, что вас провели... то есть обвели... я хочу сказать... вокруг пальца, – оправдывался господин Жабман.

– Так уж и быть, на этот раз мыне будем составлять протокол, – смилостивился полицейский. – К тому же мне, честно говоря, неохота заниматься писаниной. Но посмейте только еще раз подшутить над должностным лицом!..

– Никогда! – поклялся господин Жабман. – Ни за что на свете! А уж тем более над вами!

Полицейские спустились вниз и ушли. А Жабман остался на чердаке. Он еще долго стоял там, растерянно качая головой.

3

– Еле-еле вырвались! – сказал Субастику господин Пепперминт. – Еще каких-нибудь десять секунд, и нас словили бы на чужом чердаке! Не очень-то приятно, а?

– Семь, – ответил Субастик.

– Что ты говоришь?

– У меня осталось всего-навсего семь крапинок! – сказал Субастик.

– Ага! Значит, я должен очень точно выражать свои желания, чтобы не тратить лишних крапинок. Хочу, чтобы мы с тобой очутились на нашем чердаке около машины.

– Шесть! – объявил Субастик, и они тотчас же оказались на своем чердаке.

Господин Пепперминт осмотрел машину желаний со всех сторон и кое-где смахнул с нее паутину. Машина была покрыта густым слоем пыли.

– Так, сейчас я ее запущу! – предвкушая удовольствие, сказал господин Пепиерминт.

– Минутку, папочка! Остановись! – закричал Субастик. – Сначала я тебе все объясню, пока ты чего-нибудь не натворил. Скажи мне, что ты задумал!

– А что тут говорить? Сначала я выпрошу кнопку, чтобы включать машину, а потом...

– Стой! Лучше уж выпроси ручку! Ручка куда удобней!

– Ладно, попрошу ручку! А потом...

– Только здесь, на чердаке, не проси ничего!

– Это еще почему?

– Когда машина наконец заработает, ее лучше не трогать – очень уж тонкая у нее аппаратура. А бегать на чердак всякий раз, когда захочешь пожелать чего-нибудь, едва ли так уж приятно.

– Конечно, не так приятно, – согласился господин Пепперминт, – Хочу, чтобы машина стояла у меня в комнате на столе!

– Пять, – вздохнул Субастик. – Хоть бы ты и нас заодно туда перенес!

– Будет сделано. Хочу, чтобы мы оба оказались сейчас в моей комнате!

– Четыре! – сказал Субастик, и они тотчас же плюхнулись на кровать господина Пепперминта.

– Вот видишь, папочка, – укоризненно проговорил Субастик, спрыгивая с кровати. – Ты опять неточно выразил свое желание. Ты не сказал, в каком месте комнаты ты хочешь приземлиться. А ведь мы могли, чего доброго, оказаться в платяном шкафу, да еще в запертом. Шкаф ведь тоже стоит у тебя в комнате!

Но господин Пепперминт почти не слушал его. Он думал о скатерти, на которой теперь стояла машина.

– Самая красивая моя скатерть! – запричитал он. – Во что она превратилась!

Машина желаний стояла на столе, вся грязная и пыльная. По паутине полз жирный черный паук, а нить паутины свисала с рупора и скрывалась где-то внутри машины.

– Бррр! – сказал господин Пепперминт, передернувшись от отвращения. – Хочу, чтобы из комнаты мигом исчезла вся грязь, а машина засверкала чистотой, как в тот самый день, когда мне ее подарили!

– Три, – с укором произнес Субастик, хотя из комнаты и в самом деле исчезла вся грязь, а машина засверкала.

– Теперь уже ни в коем случае нельзя ошибаться, – озабоченно проговорил господин Пепперминт. – Ведь у тебя почти не осталось крапинок... Значит, так: пусть у этой машины будет ручка, чтобы ее можно было включать и выключать!

– Две, – сказал Субастик.

– А где же ручка? – взволнованно закричал господин Пепперминт. – Ручки не вижу!

– А ты обойди машину кругом! – посоветовал Субастик.

И в самом деле, обойдя машину кругом, господин Пепперминт обнаружил на другой ее стороне рычаг, которого раньше здесь не было. Рядом с рычагом светилась маленькая красная лампочка.

– А лампочка эта для чего? – спросил господин Пепперминт.

– Чтобы знать, когда машина готова к пуску, – объяснил Субастик. – Установи рычаг на “ВКЛЮЧ.” и выскажи свое желание. А когда оно будет исполнено, переместишь рычаг на “ВЫКЛЮЧ.”. Вот и все!

– Я должен сейчас же испытать машину! – сказал господин Пепперминт. – Просто нет больше сил терпеть! Что же мне такое попросить?

Он поставил рычаг на “ВКЛЮЧ.” и задумался. Красный огонек начал быстро-быстро мигать.

– Хочу много-много денег! – сказал господин Пепперминт в рупор машины.

– А куда деньги переправить? – торопливо шепнул Субастик. – Скажи, куда, а то ведь могут швырнуть их куда попало...

– Да что ты? Хорошо! Хочу много-много денег – прямо сюда, в эту комнату!

Машина загудела, а красный огонек погас. Господин Пепперминт оглянулся: на столе он увидел монету достоинством в пять марок, которой раньше там не было. На стуле он нашел бумажку в двадцать марок, а на ковре под столом еще три банкноты.

– И это все? – разочарованно спросил господин Пепперминт. – Разве это называется много-много денег?

Он поднял с пола бумажки и повертел их в руках.

– Три бумажки по десять долларов! Зачем мне американские деньги? – воскликнул он.

– Где-то в комнате наверняка есть еще деньги, – сказал Субастик. – Ты поищи! Вот, смотри, в ботинке лежат семь монет по пятьдесят лир. А вот здесь, в книжке, сторублевая бумажка. Теперь в абажур загляни! Видишь? Восемь швейцарских франков и десять финских марок. А вот здесь, в вазе, сорок динаров. Все, как ты хотел: в комнате много-много всяких денег. Только что поискать их придется!

– Понятно, – сказал господин Пепперминт, – я опять неточно выразил свое желание. Попробую еще раз! Хочу, чтобы на этом стуле очутилась бельевая корзина, битком набитая немецкими деньгами!

6
{"b":"18342","o":1}