ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Линге достался сокамерник по фамилии (или присвоенному в НКВД псевдониму) Бемен. Этот Бемен в своем рапорте («агентурном заявлении») доносил начальству: вернувшись с допроса, Линге заявил ему, что никогда не расколется и поэтому его нельзя будет обвинить во лжи и что только он и Мартин Борман знают правду…Донос этот хранится в Государственном архиве в так называемом деле «Миф». Поразительное признание! О какой «правде» здесь идет речь?

Еще один вывод из сказанного выше: двое очевидцев, показания которых наименее правдоподобны — Кемпка и Аксман, — не просто демонстрируют свою осведомленность и стремятся доказать свою причастность к историческому событию. В их лжи есть система. Похоже, что это случайные, «незапланированные» свидетели; с ними не успели согласовать детали показаний. Тем не менее они стремятся выполнить свой офицерский долг перед фюрером и прикрыть тот факт (теперь мы можем считать его почти доказанным), что из кабинета вынесли «не того» Гитлера.

Весьма колоритная фигура — эсэсовец Менгесхаузен. В охрану рейхсканцелярии (так называемую дивизию «Адольф Гитлер») отбирали эсэсовцев не только по «деловым качествам» — физической и боевой подготовке. Учитывались также верность нацистским идеалам, «твердый нордический характер», преданность фюреру.

Так вот, не успел еще догореть погребальный костер в саду рейхсканцелярии (а горел он полчаса), как Менгесхаузен проявил себя мародером: по свидетельству Раттенхубера, Менгесхаузен прокрался в покинутый кабинет фюрера и снял с его кителя, висевшего на вешалке, золотой (позолоченный) значок ветерана нацистского движения. При этом он заявил Раттенхуберу, присутствием которого не стеснялся, что американцы заплатят за этот сувенир хорошие деньги. После чего он переоделся в заранее припрятанную штатскую одежду и дезертировал. (Остатки «группы Монке» до наступления темноты 1 мая защищали рейхсканцелярию, а затем попытались прорваться на Запад).

Глава 21. Борман не успел бы проглотить свой дневник.

…Но мы забыли еще об одном свидетеле — Мартине Бормане. Он тоже дал показания, правда, посмертно. 2 мая 1945 года берлинский гарнизон капитулировал. Стихла канонада, на улицах показались мирные жители с белыми повязками на рукавах — знак признания поражения. Кто-то из них обнаружил на мостовой записную книжку, которая оказалась дневником рейхслейтера Бормана. Дневник заканчивался записью от 30 апреля: рядом с именами Гитлера и Евы Браун стоял древнегерманский рунический символ, означающий смерть (три черточки, сходящиеся в одной точке; две из них направлены под углом вниз, третья — вертикально вверх). Записную книжку передали советским властям, она попала в СМЕРШ и затем в архив. Елена Ржевская увидела ее спустя много лет. Вот что она пишет по этому поводу:

«…Но этого дневника у нас не было. Он был найден на улице разведчиками соседней армии и к нам не попал. Правда, странные обстоятельства, при которых был найден этот дневник, наверное, не позволили бы… слепо довериться ему: он мог быть фальсифицирован, подкинут…» [88]. Подчеркнем: обстоятельства обнаружения дневника кажутся странными Е.М. Ржевской, которая с негодованием отметает любые сомнения в истинности факта самоубийства Гитлера, для подтверждения которого было приложено столько сил ею самой и ее товарищами.

Обстоятельства, что и говорить, странные. В ночь на 1 мая 1945 года рейхслейтер вместе с группой обитателей фюрербункера пытался прорваться из Берлина на Запад под прикрытием танка. Перед этим он переоделся в солдатскую шинель. Очевидно, чтобы не быть опознанным, он должен был уничтожить или спрятать где-то в бункере личные документы и бумаги. Борман погиб при попытке прорыва. Труп его был захоронен неопознанным, ибо никаких документов при нем не оказалось. И этот циничный прагматик, начисто лишенный сентиментальности, отправляясь в весьма рискованный рейд, берет с собой свой дневник, подобно романтической барышне из XIX столетия! Едва ли он успел бы проглотить его в случае задержания.

Странной является и эта последняя запись: Борман, который славится чудовищной памятью, фиксирует в дневнике одно из важнейших событий в своей жизни, как бы опасаясь позабыть о такой мелочи…

Странен и факт потери дневника — Борман педант до мозга костей, он никогда ничего не забывает и ничего не теряет.

Странной является и история его обнаружения. Вопреки приведенной выше распространенной версии, напечатанной во многих источниках, начиная с [89], в действительности дневник Бормана был передан советским военным властям мастером берлинского автозавода Эрнстом Отто, который, по его словам, отобрал этот документ у некоего французского рабочего (очевидно, угнанного нацистами в Германию. — Л. А.). Француз вскоре репатриировался на родину, и разыскать его не удалось. Со слов Отто известно, что француз обнаружил дневник в кармане кожаного пальто, которое ему подарили русские солдаты. Проведенным расследованием было установлено, что во время пребывания в фюрербункере (до 30 апреля 1945 г.) Борман был облачен в серый комбинезон, а во время прорыва в ночь на 1 мая на нем была надета солдатская шинель.

Указанные сведения содержатся в записке по «ВЧ», направленной 29 июня из отдела СМЕРШа 5-й ударной армии на имя начальника Управления СМЕРШа Группы Советских оккупационных войск в Германии генерал-майора Мельникова. Эрнст Отто передал в комендатуру дневник Бормана 18 мая, оттуда он попал в Военный совет 5-й армии, а 4 июня был вручен чекистам.

Содержание дневника убого и банально: хроника событий на фронтах перемежается с упоминанием о визите к тетушке. Деловые записи отсутствуют. Поистине странный документ! Подлинность дневника сомнений не вызывает. Последнее подтверждено графологической экспертизой.

Вывод, на наш взгляд, может быть только один: дневник явно «потерян» для того, чтобы его нашли и передали русским. Для них этот документ послужит еще одним подтверждением факта смерти фюрера.

Кожаное пальто, в кармане которого был оставлен дневник, представляло собой (как рассчитывали специалисты СД) завидный трофей для русских, его обязательно подберут — а это гарантия, что дневник не затеряется среди сугробов документов, устилавших полы правительственных учреждений и прилегающие улицы.

Немцы поостереглись бы его поднять: еще недавно в кожаных пальто щеголяли чины гестапо. До 1944 года гестаповцы не имели форменной одежды, они ходили в штатском; лишь после передачи тайной полиции в ведение СД люди Мюллера получили звания офицеров СС и соответствующую форму, а до того ее заменяли кожаные пальто.

Поистине загадочная ситуация: с одной стороны, делается все возможное, чтобы скрыть от русских и всего остального мира гибель Гитлера: его выносят из кабинета, где он покончил с собой, завернутым в одеяло; сжигают, чтобы труп не удалось опознать; хранят в строжайшей тайне от многочисленной охраны и обслуги фюрербункера сам факт и обстоятельства самоубийства главы Третьего рейха — в начале расследования подполковнику Клименко и его людям пришлось добывать информацию буквально по крупицам — никто ничего не знал! И в то же время кто-то позаботился о том, чтобы развеять сомнения русских по поводу гибели их злейшего врага.

Непротиворечивое объяснение этого феномена: убит, сожжен и похоронен «не тот Гитлер», дымовая завеса секретности должна была скрыть это обстоятельство от очевидцев и свидетелей; а дневник Бормана призван убедить русских в том, что умер именно тот Гитлер, которому следовало умереть. Дневник Бормана представлен на выставке.

Глава 22. Отрублена часть головы, но это не смертельно.

В заключении судмедэкспертизы (Акт № 12 от 8.05.45 г.) сказано: «На значительно измененном огнем теле видимых признаков тяжелых смертельных повреждений не обнаружено…» И далее: «…часть теменной и левой височной костей черепа отсутствует». Обратите внимание на слово «отсутствует». Оно означает, что верхняя часть черепа на месте захоронения не обнаружена. Хотя искали тщательно — нашли медальон с цепочкой, когда-то висевший на шее у любимой овчарки Гитлера (отравленной 28 апреля 1945 года по приказу ее хозяина для того, чтобы испытать эффективность яда, и похороненной в той же воронке, что и Гитлер с супругой), а также стеклянные ампулы, денежные купюры, «обгорелые листы из книг» [90]… Но осколок кости размером в ладонь не обнаружили.

вернуться

90

Совершенно непонятно, каким образом люди подполковника Клименко ухитрились столь тщательно исследовать место захоронения. 4 мая, когда рядовой ОКР СМЕРШ Чураков обнаружил два обгоревших трупа в воронке от авиабомбы в трех метрах от аварийного выхода из бункера, этой находке не придали значения: в тот день внимание было сосредоточено на трупе двойника — проводилась процедура его опознания, которая дала отрицательный результат. На другой день, 5 мая, розыскников Клименко не пустили в рейхсканцелярию и останки фюрера и его жены были ими тайно похищены глубокой ночью из сада рейхсканцелярии и вывезены в место расположения ОКР СМЕРШ 79 CK в пригороде Берлина. Оба акта — обнаружения трупов «предполагаемых Гитлера и Евы Браун» и обнаружения трупов отравленной овчарки и ее щенка, находившихся в той же воронке, — датированы 5 мая 1945 г. Неужели раскопки производились ночью, при свете карманных фонарей, с риском привлечь внимание часовых 5-й гвардейской армии, охранявших рейхсканцелярию? Похоже, что оба акта составлены задним числом.

22
{"b":"1835","o":1}