ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

С этого визита началась программа ленд-лиза, по которой СССР получил 18, 7 тысяч самолетов, 10, 8 тысяч танков; 9, 6 тысяч орудий — около 10% всего объема вооружения Красной Армии в годы войны [18].

На этот раз он прибыл, чтобы снять наметившуюся напряженность в отношениях США и СССР из-за Польши (Сталин и Черчилль тянули лоскутное одеяло Европы каждый на себя, оно должно было неминуемо разорваться пополам, что и произошло вскоре).

Как принято выражаться, «в ходе беседы был затронут вопрос о судьбе Гитлера». Вот отрывок из американской записи беседы [19]:

«Гопкинс затем выразил надежду, что русские обнаружат труп Гитлера.

Маршал Сталин ответил, что Гитлер жив и где-то скрывается. Советские врачи утверждают, что они обнаружили трупы Геббельса и шофера Гитлера (?), но он лично сомневается даже в смерти Геббельса. Он сказал, что все это выглядит довольно странно и все разговоры о похоронах и погребении вызывают у него большие сомнения. По его мнению, Борман, Геббельс, Гитлер и, возможно, Кребс [20] живы и где-то скрываются…

Гопкинс сказал, что у немцев было несколько очень больших подводных лодок, но никаких следов от них не осталось… Он выразил надежду, что мы найдем Гитлера, где бы он ни находился.

Маршал Сталин сказал, что он знает об этих подводных лодках, которые курсировали взад и вперед и перевозили золото и ценности из Германии в Японию… Он сказал, что предложил своей разведке добыть сведения об этих подводных лодках, но до сих пор ей не удалось обнаружить никаких следов, и поэтому он не исключает того, что Гитлер и К° бежали на них в Японию…»

(Кстати, в советской печати и в закрытых информационных бюллетенях ТАСС, предназначенных для высшего руководства — «тассовках», начиная с 24 июня 1945 г. неоднократно упоминалось о бегстве Гитлера на подводной лодке — каждый раз со ссылкой на зарубежные источники. См. «Приложение 3».)

Итак: Сталин заявляет Гопкинсу, к которому он явно расположен, что о судьбе Гитлера ему ничего не известно, зато упоминает об обнаруженных останках Геббельса, но выражает сомнение в их подлинности. Между тем идентичность трупа доктора философии, бывшего рейхсминистра пропаганды, гаулейтера Берлина и нового рейхсканцлера не вызывает сомнений: он обгорел не так сильно (бензина не хватило), и его можно узнать; его опознали многие надежные свидетели; кроме того, обнаружены и опознаны трупы его жены и шестерых детей, которых прикончила лично фрау Геббельс. Наконец, у Геббельса была особая примета: одна нога короче другой и подвернута (колченогость), что и отмечено в акте судмедэкспертизы. Однако Сталин сомневается… Он числит в живых генерала Кребса, который также покончил с собой. Труп его обнаружен в саду рейхсканцелярии и надежно опознан: его не сожгли, а бывшего военного атташе в Москве и парламентера на переговорах в ночь на 1 мая на командном пункте 8-й гвардейской армии знали в лицо не только немцы, но и многие русские. Все это известно Сталину в мельчайших деталях, тем не менее он разыгрывает полное неведение…

Глава 6. Июль 1945 года. Председатель Совнаркома СССР и премьер-министр правительства Его Величества хором: Гитлер жив!

15 июля 1945 года открылась Потсдамская конференция. За несколько дней до этого Сталин прибыл в Берлин.

…Военный корреспондент M. M. Мержанов не только был хорошо осведомлен о ходе поисков Гитлера и его подручных, но и сам принял в них участие: 2 мая он помогал составить протокол обнаружения и опознания трупов Геббельса и его жены. В Берлине М. Мержанов квартировал по соседству с замначальника отдела контрразведки «СМЕРШ» 3-й гвардейской ударной армии В. И. Горбушиным (который сменил подполковника Клименко на посту командира группы розыскников).

Военный корреспондент пользовался доверием полковника, который щедро делился с ним информацией. Со слов полковника Горбушина М. Мержанов пишет в своей книге [21] о том, что во время пребывания Сталина в Берлине ему предложили поехать взглянуть на останки Гитлера (очевидно, их предполагалось в очередной раз эксгумировать). Сталин заинтересовался, и поездка была намечена на завтра. Однако на следующий день он отказался ехать: «Пусть едет Берия или Молотов». Те также отказались от поездки…

Почему Сталин изменил свое решение (что, вообще говоря, делал очень редко)? Очевидно, он был загружен подготовкой к конференции, по ходу которой постоянно возникали все новые проблемы. Но можно также предположить, что за эти сутки к нему поступила некая новая информация, в соответствии с которой находка розыскников 3-й гвардейской армии не представляла интереса, а результаты экспертизы выглядели сомнительными. Сообщая М. Мержанову эти сведения, В.Горбушин рисковал головой. В начале июня его вызвал в Москву начальник ГУ СМЕРШа В. Абакумов и передал ему приказ Сталина: молчать о находке в саду рейхсканцелярии. В обоснование этого приказа генерал-полковник привел следующие соображения: если появится двойник, который будет претендовать на роль Гитлера, советское правительство разоблачит его с помощью добытых контрразведчиками Горбушина доказательств… Информация обо всем, что касалось «неизвестного мужчины (предположительно Гитлера)», была объявлена государственной тайной, за нарушение которой полагался срок от 7 до 12 лет.

Последнее обстоятельство подтвердила Е. М. Ржевская в своем выступлении по телевидению 7 мая 2000 года. Е. М.Ржевская, кстати, рисковала не менее полковника Горбушина. У неё хранились дневниковые записи, где были зафиксированы факты, связанные с поисками и идентификацией останков Гитлера, даты, фамилии очевидцев и участников событий. Попадись эти записи на глаза стукачу, лейтенанту Каган (такова её девичья фамилия) пришлось бы солоно. В дальнейшем эти записи послужили основой знаменитой книги… В годы войны военнослужащим вообще было запрещено вести дневники. К счастью для историков и истории, этот запрет иногда нарушали. Причина засекречивания очевидна: если бы за границей стало известно то, о чем узнал корреспондент М. Мержанов, Сталин предстал бы лжецом или простаком, не ведающим о том, что творится у него под носом…

Между тем открылась Потсдамская конференция, и в первый же ее день И. В. Сталин в беседе с президентом Трумэном и государственным секретарем Бирнсом заявил, что, по его мнению, «Гитлер жив и скрывается в Испании или Аргентине», чем поверг своих собеседников в изумление: как свидетельствует английский историк Ф. Содерн-младший [22], «было похоже, что Сталин решил сохранить Гитлера живым…»

К тому времени главы западных держав располагали докладами американской и английской разведок (составленными в период с середины мая до начала июня) относительно самоубийства Гитлера. Доклады были составлены на основании показаний 28 свидетелей из числа обслуживающего персонала рейхсканцелярии и охраны ставки фюрера. Среди них был и Ф. Кемпка, в прошлом — личный шофер фюрера, а в последнее время — начальник гаража рейхсканцелярии. Он был непосредственным участником событий в фюрербункере 30 апреля [23]. Кроме того, для членов американской и английской делегаций была устроена экскурсия в рейхсканцелярию и убежище под ней. Трумэн и Черчилль, а также Бирнс своими глазами видели кабинет Гитлера и забрызганный кровью диван, сидя на котором Гитлер свел счеты с жизнью…

Но Сталин стоял на своем. Вот отрывок из протокола конференции 31 июля. В тот день обсуждалось итоговое заявление о предании международному суду главных военных преступников. Сталин настаивал, чтобы в заявлении после слов «военных преступников» было вставлено: «таких, как Геринг, Гесс, Риббентроп».

вернуться

20

Генерал Кребс (см. гл. 1) играл довольно скромную роль. Сталин вспоминает его, поскольку знает лично, — до войны Кребс был военным атташе в Москве.

4
{"b":"1835","o":1}