ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В документальном фильме «Обыкновенный фашизм» есть кадры, запечатлевшие оскверненное неонацистами еврейское кладбище близ Мюнхена. На одной из опрокинутых плит надпись: «Вы думаете, что Гитлер мертв, а мы думаем, что он жив»…

Насколько актуальна была в послевоенные годы легенда о «втором пришествии фюрера» (в определенных кругах она носила характер религиозной мании), говорит обилие сообщений в прессе о том, что «его видели», а также немалое число самозванцев. (Последней на этом поприще стала «спасшаяся Ева Браун», которая объявилась во Флориде несколько лет назад. Она жаловалась корреспондентам на «невыносимый деспотизм Адольфа» и призналась в интимной связи с Борманом…)

В этих условиях советская пропаганда была вынуждена «сменить пластинку». Теперь она яростно клеймила «фашистских недобитков, распространяющих провокационные измышления о якобы спасшемся бесноватом фюрере».

Казалось бы, чего проще: опубликовать хранящиеся в архивах МВД и МГБ материалы следствия по делу о самоубийстве Гитлера и положить раз и навсегда конец «провокационным измышлениям фашистских недобитков». Так сказать, вбить осиновый кол в могилу фюрера.

Однако это сделано не было. Почему?

Во-первых, вспомним, что ни доклад начальника СМЕРШа 1-го Белорусского фронта, посланный в 1945 году Берии и попавший к Сталину, ни следственное дело «Миф» 1946 года, о котором будет рассказано подробно, не содержат определенных выводов о том, что Гитлер мертв. Обратите внимание, Читатель: не содержат! Правда, такой вывод можно сделать на основании документов судмедэкспертизы и материалов опознания останков, обнаруженных 4 мая в саду рейхсканцелярии. Он содержится также в письме заместителя Главноначальствующего советской военной администрации в Германии И. А. Серова наркому внутренних дел Л. П. Берии от 31 мая 1945 г. из Берлина. Это письмо является сопроводительным к отчету, включающему упомянутые выше материалы судмедэкспертизы и опознания останков «предполагаемых» Гитлера и Евы Браун, а также Геббельса. Берия 7 июня направляет эти материалы Сталину и Молотову без сопроводительной записки или резолюции. Сопроводительное письмо Серова при этом также не прилагается.

Ситуация любопытная: И. А. Серов — представитель конкурирующего и враждебно настроенного по отношению к СМЕРШу Наркомата внутренних дел (согласно теории А. Безыменского) поддерживает версию о подлинности останков, обнаруженных сотрудниками ненавистного СМЕРШа, а глава берлинского СМЕРШа генерал-лейтенант Вадис проявляет сдержанность!

Важно отметить, что спустя полгода генерал-полковник И. А. Серов изменил свое твердое и категоричное мнение. Как минимум, можно сказать, что он стал сомневаться. В его переписке по «делу Миф» (см. гл. 10) содержатся фразы вроде «Мы раскроем пути, по которым бежали из имперской канцелярии» и выражения «предполагаемое самоубийство», «воображаемая смерть», относящиеся к Гитлеру.

Мнение И. А. Серова в высшей степени авторитетно: это мнение человека, который знал все детали; кроме того, это мнение будущего председателя КГБ и начальника ГРУ.

Могло ли изменение позиции генерал-полковника быть связано с конъюнктурой? Н. С. Хрущев в своих мемуарах характеризует И. А. Серова как человека исключительно честного. «Если за ним что и было, как за всеми чекистами, то он стал жертвой общей политики, которую проводил Сталин».

Во-вторых, все основные свидетели, кроме Кемпки, находились в местах заключения в СССР, и ссылаться на них было не вполне удобно.

Наконец — и это главное — такая публикация дискредитировала бы Сталина: стало бы очевидным, что он сознательно лгал и Трумэну с Эттли, и Гопкинсу. Поэтому советская печать без устали разоблачала и высмеивала «провокационные измышления», так сказать, без ссылок на источники…

Есть хорошая поговорка: «Глупо верить пропаганде врага, но еще глупее верить собственной пропаганде». В Кремле собственной пропаганде не верили. Поэтому, когда в 1958 году из Голландии пришло сообщение о том, что там объявился бывший немецкий летчик, который утверждает, будто весной 45-го доставил Гитлера на своем самолете из Берлина в Данию, за что был щедро вознагражден, — к этому отнеслись серьезно. Советский посол в Гааге собрал и направил в Москву все материалы, касающиеся данного дела. Позднее выяснилось, что бывший летчик страдал отклонениями в психике… В этой истории представляет интерес реакция Кремля: хорошо осведомленные люди допускали такую возможность.

Лишь в 1968 году, когда дальнейшее сокрытие фактов потеряло всякий смысл, власти разрешили публикацию Л. А. Безыменского, в которой были приведены результаты судмедэкспертизы, в том числе знаменитый «акт № 12» — протокол патологоанатомического исследования трупа «предполагаемого Гитлера».

Характерно, что сперва книга Безыменского была опубликована в Германии, затем в Англии и лишь после этого была дозволена журнальная публикация в СССР. «Узнай, народ российский, что знает целый мир» — писал в свое время Пушкин.

Глава 9. 1945—1956 годы. Западная Германия: ушел из дому и не вернулся.

В первые послевоенные годы вопрос о том, жив или мертв Адольф Гитлер, имел серьезное политическое значение. Правящие круги США, Великобритании и особенно Западной Германии были заинтересованы в том, чтобы он считался мертвым, по тем же причинам, по которым советское руководство поддерживало версию о его уходе в подполье.

В Гитлере персонифицировался фашизм. Если он мертв, то можно навсегда закрыть залитую кровью страницу истории Третьего рейха и начинать писать историю новой Германии с чистого листа.

Если он мертв, на него одного можно взваливать всю ответственность за совершенные в течение последних двенадцати лет преступления против человечности и военные преступления. Именно так оправдывали себя обвиняемые на Нюрнбергском процессе.

На Западе ходили слухи о том, что Гитлер захвачен в плен русскими и Советы лишь выжидают наиболее благоприятный момент для того, чтобы объявить об этом и предать гласности его показания, компрометирующие западноевропейских и американских политиков, а также деловые круги США и Западной Европы.

В отличие от СССР на Западе общественность была хорошо информирована об обстоятельствах самоубийства Гитлера и его супруги — содержание составленного западными разведками «доклада для Эйзенхауэра» стало добычей СМИ. Но несмотря на это, значительная часть населения, работников печати, радио и даже официальных лиц (не обязательно пронацистски настроенных) склонялась к тому, что Гитлеру удалось спастись. Среди тех, кто не сомневался в том, что самоубийство Гитлера является инсценировкой, можно упомянуть, например, известного писателя Эмиля Людвига.

Э.Кемпка вспоминает [27], что когда его (единственного в те дни на Западе очевидца событий, связанных с самоубийством фюрера) допрашивали американские офицеры — они отказывались верить его показаниям, подтверждающим факт гибели рейхсканцлера. (Точно так же, как следователи НКВД отказывались верить генералу Бауэру — см. гл. 25.)

В отличие от «дела Миф», «доклад для Эйзенхауэра» завершался однозначным выводом о гибели фашистского диктатора, — возможно, потому, что чины американской военной разведки знали гораздо меньше, чем дознаватели из КГБ и СМЕРШа. Как выразился один ученый-биолог, «данный вопрос представляется совершенно ясным, что говорит о его слабой изученности».

Первой официальной констатацией факта смерти Адольфа Гитлера стало исключение его из списка главных военных преступников. Нюрнбергский трибунал принял это решение на основании показаний двух свидетелей — упомянутого Кемпки и Артура Аксмана, «рейхсюгендфюрера» («имперского вождя гитлеровской молодежи»), который участвовал в процессе не только как свидетель, но и как обвиняемый. На его показаниях мы остановимся подробно в следующих главах.

Окончательно формальную «прописку на том свете» повелитель рейха получил лишь через 11 лет после смерти: в 1956 году в Берхтехсгадене (где находилась его летняя резиденция) состоялось заседание административного суда, который на основании «длительного безвестного отсутствия» и показаний сорока восьми свидетелей официально признал Адольфа Гитлера, родившегося в Браунау 20 апреля 1889 года, умершим. В числе свидетелей там выступали начальник гаража рейхсканцелярии Э. Кемпка и возвратившийся из русского плена зубной техник Эхтман (см. гл. 15), а также две секретарши фюрера, бывшие очевидцами событий. Незадолго до того в городе Линц (Австрия), ближайшем к Браунау административном центре, где Гитлер в детские свои годы учился (но так и не доучился) в реальном училище, также состоялся административный суд, принявший такое же решение. Итак, до октября 1956 года Гитлер числился живым, поскольку не существовало никаких официальных документов, доказывающих обратное.

6
{"b":"1835","o":1}