ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я…

– Так что ты мне вколол? – с усилием выдавил из себя Макс и снова зашелся в кашле, забрызгивая слюной забрало. Впрочем, со слюной на броневом стекле вентилятор, включенный на максимум, справился, а вот кашель, продолжавшийся чуть ли не минуту, Виктора встревожил не на шутку.

– А что мне было делать? – угрюмо спросил он.

– Федя… еврей… у… нас… я… – Макс начал говорить, еще не полностью подавив приступ. – Это… ох!.. это моя привилегия…отвечать вопросом на вопрос. – Он, не вставая, отполз к стене и с видимым облегчением оперся на нее спиной.

– ПВБ.

– Что это такое?

– «Пожар в бардаке», – нехотя объяснил Виктор. – Комплексный стимулятор основных функций организма и букет других подобных гадостей в придачу. В бою ведь как? Бывает… Ну что тебе объяснять? На диагноз времени нет, клиент загибается. От чего да почему, неизвестно. Вот и колем ПВБ, чтобы было время потом разобраться.

– Понятно, – приступ прошел, но дышал Макс по-прежнему тяжело. – Может быть, ты и прав.

В свете фонаря было видно, что Макс закрыл глаза, а по его аристократическому лицу, несмотря на все усилия вентилятора, стекают крупные капли пота.

«Что за хрень! – думал Виктор, едва ли не с ужасом глядя на враз осунувшееся, почерневшее лицо друга. – Что могло случиться? Что?»

И в самом деле, что за хворь могла ударить так неожиданно и так опасно модифицированный сложнейшими биомедицинскими процедурами, доведенный до совершенства годами жестокого, беспощадного тренинга организм Макса? Это было немыслимо само по себе. Невозможно ни теоретически, ни практически – и все-таки случилось. Отчего, как и почему, было неясно совершенно. Но ведь факт!

«Ладно, – решил Виктор. – Гадай не гадай, а случившегося не изменишь. В любом случае идти Макс сейчас не может. Ему нужно время, пока зелье ПВБ и его мощный без преувеличения организм не справится с неизвестной и совершенно непонятной проблемой, а потом еще и отраву ПВБ нейтрализовать надо». Он постоял несколько секунд в раздумье, а потом, плюнув на брезгливость, уселся в жидкое дерьмо рядом с Максом и тоже прислонился к осклизлой стенке огромной трубы. Он специально сел так, чтобы касаться плечом бессильно опущенной руки Макса и чувствовал, а не только слышал, как дышит жемчужный Ё. Дышал тот все еще неважно, с усилием и так громко, что Виктор слышал его даже через шлем. Впрочем, наружный микрофон он вывел на всякий случай на максимум.

«Скверно! – думал Виктор. – Скверно. Как не заладилось в начале, так и дальше пошло. – Ни в п…, ни в Красную армию!»

То есть, откуда посмотреть, конечно. Откуда отсчет начинать. В начале, если по-другому считать, все как раз прекрасно сложилось. И корабль на месте оказался. И экипаж собрали быстро. И, что было вершиной эквилибристики в области логистики и разведки, эвакуацию произвели в рекордно короткие сроки и без единой накладки. А ведь это не десять человек вывезти. Семьсот восемьдесят лбов из десяти разных точек, за 18 часов и 53 минуты, на планете, где еще не вовсе прекратились бои, но где уже вовсю действовали мятежники. Да за такие операции в иные времена Алмазных Беркутов давали, и звания с титулами падали на счастливцев, как дождевые капли в грозу. То есть без счета. И оставалась самая малость: притвориться кучей жратвы и боеприпасов, напиханных в трюмы купца в связи со спешностью и нехваткой военных транспортов, и тихо смыться из системы Тхолана на все четыре стороны. Тем более что специалисты из «Клоповника» успели расколоть флотские коды и выяснили пароли мятежников, а бардак, имевший место на планете и в ближнем космосе и который не мог длиться слишком долго, теперь им в этом деле весьма благоприятствовал. Но тут выяснилось, что у его светлости сенатора Ё осталось на планете еще одно маленькое дельце. Пустяк, но перед тем как покинуть планету на неопределенное время, Ё был просто обязан это дело сделать. И сделал.

…Несмотря на расстояние, Виктор хорошо видел всю сцену. «Ах, как некстати, – подумал он, настраиваясь на рывок. – И так будет со всеми, кто крутит операции без подготовки». Импровизация хорошо, а детальный план и тренировки до седьмого пота и умопомрачения – лучше!

Почему патруль пристал к высокому флотскому сержанту, неторопливо вылезшему из развалин дома Ю? Сержант как сержант. Высокий. Ну так Макс не единственный богатырь в империи. И среди плебса попадаются порой такие экземпляры, что диву даешься. Дом Ю? Так и это не криминал, потому что…

«Ах ты ж…!» Виктор увидел снижающиеся у дома аэромобили и понял, что Макс просто-напросто перешел кому-то дорогу. Только и всего, но теперь патруль от сержанта не отстанет, пока не выяснит, что понадобилось морпеху в развалинах и не взял ли он, часом, там чего-нибудь хорошенького, такого, что и господам офицерам может пригодиться или еще кому, кто выше сидит и дальше видит. Обычная накладка. Всего ведь не предусмотришь. Потому такие форс-мажорные обстоятельства и в хорошие планы закладываются, как непредусмотренный и практически не поддающийся предусмотрению фактор.

«Ах, как некстати!»

Но дело было сделано, вернее, оно делалось сейчас на его глазах, и отыгрывать назад было поздно. Макс тоже увидел аэромобили и решил новых персонажей не дожидаться. На сцене и так было тесно. Поэтому морпехов он убил – молниеносное движение, казалось, действующих совершенно самостоятельно и несинхронно рук и ног – и кинулся в бега, нацеливаясь на зону сплошных разрушений, лежавшую всего в полукилометре на запад. Но и те, кто прилетел пограбить добро клана Ю, были не дилетанты и среагировали раньше, чем бегущий с огромной скоростью Макс успел добраться до лучшего в округе укрытия.

– Прогулка затягивается, – прорезался в наушнике голос Макса. Ни одышки, ни волнения Виктор в нем не услышал, зато увидел, как, не прекращая говорить и бежать, гигант вскинул руку с бластером и дал короткую очередь по ближайшей машине. Будь он обычным человеком, он бы стрелял сейчас из легкого офицерского бластера, импульсы которого бронированному аэромобилю, как слону дробинка. Но, на беду флотских, этот громадный сержант разгуливал со станковым лучеметом – правда, без станка, – повещенным на плечо, как обычная пукалка. Этого засранцы в аэромобиле разглядеть не успели, или глазам своим не поверили, или не знали, что человек может стрелять из такой штуки на бегу. Одной рукой.

– Не вмешивайся. Уходи! – сказал Макс, разворачиваясь лицом ко второй машине. А первая – у нее лопнул фонарь и отлетел левый стабилизатор, – опасно накренившись и подозрительно дымя, уходила куда-то за ближайшие дома.

– Уходите!

– Ты не разговаривай, – отрезал Виктор. – Беги! Встретимся у розария. Или мне вмешаться?

Последний вопрос был задан для проформы. Мало ли что! Вдруг есть что-то, чего Виктор издалека не видит?

– Не надо. – Макс пальнул по аэромобилю и швырнул свое тело в сторону, уходя с линии огня. По-видимому, там была какая-то выемка или воронка, но на пару секунд Макс исчез из поля зрения, а на том месте, где он только что стоял, брызнули во все стороны раскаленные осколки камней. А через секунду полыхнуло и там, где он исчез, но возник «дрожащий», как марево над горячим асфальтом, плывущий силуэт Макса не там, где ожидалось, а метрах в пятнадцати от этого места. Макс бросил серию импульсов в лоб налетающего на него аэромобиля и снова прыгнул.

– Не надо, – повторил Макс, уходя в следующий прыжок. – Сам выкручусь. – Он снова исчез из виду. – Уходите!

– Уйдут! – отрезал Виктор. – Не беспокойся, все уйдут. А мы встречаемся у розария. Через час.

– Через два, – ответил Макс, у которого, вероятно, имелся план. – Через два. Розарий. Отбой.

– Отбой, – согласился Виктор, прикидывая, сколько времени останется не запеленгованной его линия. Выходило, что времени хватит.

Виктор вызвал Вику и начал потихоньку, неторопливо, а значит, и не привлекая внимания резкими движениями, смешаться в сторону, уходя от эпицентра событий.

28
{"b":"18362","o":1}