ЛитМир - Электронная Библиотека

— Далеко отсюда этот остров?

— Нет, смотри, вон они уже едут!

Действительно, от реки к нам приближался вооруженный отряд. Это были самые юные воины племени, почти совсем мальчишки. В лагере остались только старики да они. Огнестрельного оружия у них не было — только копья да дубинки. Самый ближний ко мне и одновременно самый представительный из них поднял на скаку дубинку и швырнул ее в меня, выкрикнув:

— Собака! Ты еще осмелился приехать к нам?

К счастью, я успел сорвать ружье и прикладом отразил пущенную в меня дубинку. Однако копья были нацелены у всех на меня. Я не смутился, пришпорил коня и подъехал вплотную к мальчишке, атаковавшему меня. Ему, единственному из всей компании, могло уже стукнуть двадцать.

— Малыш, ты осмеливаешься нападать на гостя твоего племени?

При этих словах я резко рванул его на себя, вытянул из седла и бросил перед собой, на круп своего вороного. От испуга он не сопротивлялся и повис на моей руке. Страх совсем лишил его воли.

— Теперь колите своими копьями, если вы собираетесь кого-нибудь убивать! — обратился я к остальным юнцам.

Они, видимо, не решились это сделать, потому что схваченный мной мальчишка служил хорошей защитой для меня. Однако решительности у храбрых ребят все же хватало. Некоторые из них соскочили с лошадей и пытались сбоку или сзади подкрасться ко мне, в то время как их товарищи отвлекали меня спереди. Надо ли было стрелять в них? Мне жалко было кого-то ранить, поэтому я подогнал вороного к одной из палаток вплотную, обезопасив себя таким образом от нападения с тыла, и спросил:

— Что я вам сделал? За что вы хотите меня убить?

— Мы знаем тебя, — ответил один юноша. — Ты не должен опять уйти от нас, человек с львиной шкурой!

— Ты говоришь очень смело, мальчик с овечьей шкурой!

В этот момент какая-то старая женщина с подвыванием подняла вверх руки:

— Это он? Так не делайте ему ничего плохого, потому что он принесет несчастье!

— Мы убьем его! — нестройно прокричала банда.

— Он разорвет вас, а потом улетит по воздуху!

— Я не улечу, я останусь, — ответил я и бросил прикрывавшего меня мальчишку в самую гущу нападавших. Потом я соскользнул с коня и вошел в палатку. Одним взмахом кинжала я так расширил вход, что смог ввести внутрь и своего вороного. Его я не хотел подвергать никакой опасности. Теперь я был защищен от жал этих ос.

— Мы схватили его! Хамдульиллах! Он наш! — ликовали снаружи.

— Окружите палатку и не выпускайте его! — услышал я чей-то приказ.

— Застрелите его через ткань палатки! — послышался еще один крик.

— Нет, мы возьмем его живым. С ним вороной конь, которого мы не можем задеть пулей, потому что его хотел иметь наш шейх.

Я мог предполагать, что ни один из них не осмелится войти внутрь палатки, поэтому уселся поудобнее и потянулся к холодному мясу, лежавшему поблизости от меня на блюде. Впрочем, это невольное вторжение в чужое жилье длилось не очень долго. Халеф погнал свою лошадь во всю прыть, и вскоре земля уже загудела от мчащихся галопом всадников.

— Аллах керим! — услышал я крики. — Враги!

Я вышел из палатки. Из обитателей лагеря никого не было видно: все попрятались по своим палаткам.

— Сиди! — громко крикнул Халеф.

— Я здесь, Хаджи Халеф Омар!

— С тобой ничего не случилось?

— Нет. Окружите лагерь, чтобы никто не убежал. Каждого, кто попытается бежать, уничтожайте!

Я нарочно погромче сказал эти слова, чтобы их услышали все. Потом я послал Халефа по лагерю, чтобы он привел всех стариков. Пятнадцать мальчишек мне были не нужны. Пока старики собрались, прошло много времени. Они основательно попрятались и боязливо выходили из своих укрытий. Когда они расселись на почтительном расстоянии вокруг меня, я начал разговор.

— Вы видели татуировку моих людей?

— Да, господин.

— Значит, вы узнали, к какому племени они принадлежат?

— Да. Это хаддедины, господин.

— Где ваши воины?

— Это тебе известно, господин.

— Да, я это знаю и хочу сказать вам: все они пленены хаддединами, никто не ушел.

— Аллах керим!

— Да, пусть Аллах будет милостивым к ним и к вам!

— Он лжет! — прошептал один из них, у которого возраст еще не отнял смелости. Я повернулся к нему:

— Ты сказал, что я лгу? У тебя седые волосы, а спина сгибается под грузом прожитых лет, поэтому я прощаю тебе это слово. Почему ты считаешь, что я обманываю тебя?

— Как могли хаддедины пленить три племени?

— Ты мог бы в это поверить, если бы знал, что они не одиноки. Они объединились с алабеидами и абу-мохаммед. Они знали все. Я, когда был пленен вашими воинами, как раз возвращался от абу-мохаммед, к которым ездил для обсуждения военных планов. Ваших воинов мы встретили в вади Дерадж, и ни один из них не ушел от нас.

Я вышел из палатки, в которой шло собрание, и дал знак Халефу.

— Возвращайся и приведи сюда пленных абу-хаммед! Теперь старики действительно испугались, и один из них спросил:

— Возможно ли это, господин?

— Я говорю правду. Все воины вашего племени в наших руках. Либо их убьют, либо вы заплатите выкуп, который мы за них требуем.

— И шейх Зедар бен Ули пленен?

— И он.

— Тогда о выкупе тебе надо бы поговорить с ним!

— Я это уже сделал.

— Что он сказал?

— Он согласен платить и послал со мной сорок ваших воинов, которые скоро сюда подъедут.

— Аллах, защити нас! Как велик выкуп?

— Это вы услышите. Сколько голов насчитывают ваши стада?

— Этого мы не знаем!

— Вы лжете! Каждый знает число животных в своем стаде. Сколько у вас лошадей?

— Двадцать, кроме тех, на которых отправились в поход воины.

— Те лошади для вас уже потеряны. Сколько у вас верблюдов?

— Триста.

— А быков и коров?

— Двенадцать раз по сто.

— Ослов и мулов?

— Тридцать, пожалуй.

— Овец?

— Девять тысяч.

— Небогатое ваше племя… Выкуп ваш составит десять лошадей, сто верблюдов, триста коров, десять ослов и мулов, две тысячи овец.

Старики подняли громкий горестный вой. Мне их, разумеется, было очень жаль, но я ничего не мог изменить, а когда я сравнил это количество скота с первоначально выдвинутыми требованиями, то совесть моя окончательно успокоилась. Чтобы положить конец причитаниям, я крикнул довольно грубо:

— Тихо! Это одобрил шейх Зедар бен Ули.

— Но мы не можем отдать столько скота! — прозвучало в ответ.

— Сможете! Очень легко отдавать награбленное!

— Мы ничего не грабили. Почему ты считаешь нас разбойниками?

— Успокойтесь! Разве вы не нападали на меня?

— Это была просто шутка, господин!

— Опасные у вас шутки. Сколько у вас пастбищ?

— Шесть.

— И на островах тоже?

— Да.

— И на том острове, на котором были перед моим приездом ваши юноши?

— Нет.

— А мне сказали, что вы там пасете стада! Вы лжете каждый раз, как раскроете рот! Кто находится на этом острове?

Они смущенно переглянулись, потом говоривший со мной ответил:

— Там люди.

— Что за люди?

— Чужие.

Откуда они?

— Этого мы не знаем.

— А кто знает?

— Только шейх.

— Кто привел этих людей к вам?

— Наши воины.

— Ваши воины! И только шейх знает, откуда они? Я вижу, что должен потребовать у вас три тысячи овец вместо двух! Вы намерены говорить или нет?

— Господин, мы не можем!

— Это еще почему?

— Шейх нас накажет. Будь к нам милосердным!

— Вы правы. Я избавлю вас от этого затруднения.

В этот момент лагерь оживился. Это прибыли пленные с нашей охраной. Еще не увидев своих близких, обитатели лагеря принялись вопить и подвывать в своих палатках.

Я встал.

— Теперь вы убедились, что я говорю правду. Сорок ваших воинов привезены сюда, чтобы отобрать выкуп. Идите теперь по палаткам и соберите всех обитателей лагеря. С вами ничего не случится. Я только хочу поговорить со всеми.

65
{"b":"18374","o":1}