ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А я думаю о том, что солдаты не должны и не станут в бою покидать своего командира. Но командир-то у них — ты. А может, в связи с этим обстоятельством лучше поручить командование этому неврастенику капитану Пелехо?

— Ха-ха! Вот тут-то пуля и найдет наконец этого заносчивого парня. Будет, право же, забавно, когда выяснится, что наш поход потерпел неудачу под командованием такого знаменитого «профессионала». А мы с тобой кто были в его глазах, вспомни? Да просто глупцы и трусы, испугались, видите ли, загадочного исчезновения пленников, ну и раздули из мухи слона. Ладно, утро вечера мудренее, там будет видно, что делать дальше.

И он встал-таки на этот раз с земли. Обошел лагерь, как хотел, но ничего подозрительного не заметил и, успокоенный, лег спать.

Глава XVI

СХВАТКА В ЛЕСУ

Лагерь проснулся и ожил с первыми проблесками рассвета на ночном небе. Абипоны из окружения вождя знали дорогу к Высохшему озеру очень хорошо, поэтому они и возглавили колонну. Гамбусино и эспада ехали в одном ряду с индейцами, преследуя свою цель: по возможности, первыми обнаружить следы Отца-Ягуара, если, конечно, гамбусино не ошибся в своих предположениях. Но, как всегда, немец перехитрил их — он следовал к той же цели несколько южнее.

Из почти восьмисот воинов этого довольно странного по своему составу войска лишь полсотни передвигались верхом, поэтому на преодоление пути до долины Высохшего озера у неимоверно растянувшейся колонны ушло почти полдня. Но вот показалась темная полоска прилегающего к озеру леса, и гамбусино, указав на нее рукой, спросил у Бесстрашной Руки:

— Это тот самый лес?

— Да, сеньор, — ответил вождь абипонов.

— А как выйти на его противоположный край?

— Это можно сделать, только если обойти лес, потому что он непроходим.

— Нет, мы не можем тратить на это время, потому что сегодня вечером мы должны выйти к деревне камба, а ночью напасть на нее. Скажи мне, в этой долине есть какая-нибудь вода?

— Есть ручеек, который впадает в небольшое озеро.

— Вот там мы и передохнем.

Последние слова насторожили капитана Пелехо, который как раз в этот момент подъехал к голове колонны. И он счел необходимым вставить, как военный человек, одно существенное, на его взгляд, замечание:

— Сеньор, создавшаяся ситуация требует от нас максимальной осторожности и осмотрительности. А вы хотите нас повести в долину прямо через эти лесные Дебри, где наш отряд вполне может ожидать вражеская засада.

Гамбусино ответил ему с раздражением:

— А вы думаете, я этого не представляю, так, что ли? Не хуже вас понимаю, но готов пойти на это не от хорошей жизни. Мы направляемся в долину через лес, а если встретим там врага, он будет опрокинут.

— Это легче сказать, чем сделать, и я хотел бы вам посоветовать…

— Я не нуждаюсь ни в чьих советах, а уж в ваших — менее всего! — окончательно потерял терпение гамбусино. — Держите свое мнение при себе, пока я не спрашиваю его у вас!

Капитан резко повернулся, ничего не ответив на Эту тираду, явно провоцирующую его на скандал, и отъехал в сторону. Колонна вновь пришла в движение.

Вскоре они заметили на земле следы лошадиных копыт, которые исходили откуда-то слева от них и вели прямиком в долину. Гамбусино придержал свою лошадь, спрыгнул на землю, наклонился и, внимательно осмотрев следы, сделал вывод:

— Здесь проехало несколько всадников, а с ними рядом шли несколько пеших. Но это еще не повод для беспокойства. Эти люди пришли сюда с юга, в то время, как мы — с востока, следовательно, они не могут знать о нас.

Капитан Пелехо, разумеется, не мог разделить этого оптимизма, по его мнению, больше смахивавшего на беспечность, тем более, что гамбусино не позаботился даже о том, чтобы выслать вперед разведчиков. Но, помня о недавней стычке, от которой еще не успел остыть, промолчал. Однако, когда они подъехали уже к самой границе леса, все-таки не выдержал и заметил:

— Я бы на всякий случай выслал вперед нескольких разведчиков, надо проверить, спокойно ли в долине.

— Я ведь, кажется, уже говорил вам, что даже хочу, чтобы лес оказался наполнен врагами, — процедил сквозь зубы гамбусино, — а если вам страшно, можете вернуться назад, мы как-нибудь переживем ваше отсутствие.

— Вот именно, — добавил эспада, — нам не нужны трусы.

— Сеньор, вам не кажется, что вы задеваете мою честь офицера? — срывающимся голосом спросил разволновавшийся капитан.

— Думайте, что хотите! Мне это безразлично! — ответил Перильо.

— Хорошо, тогда я скажу вам все, что я про вас думаю! Вы специально ведете в дебри этих ничего не подозревающих людей, чтобы их здесь всех перебили, а вы после этого смогли бы спокойно заняться своими грязными делишками. Я имею в виду сокровища древних инков в Барранке-дель-Омисидио.

Он никогда не стал бы так открыто и так неосторожно говорить о том, что у него на уме, если бы не охватившее его волнение, капитан просто не владел собой. На гамбусино и эспаду на несколько секунд, казалось, напал столбняк, потом они переглянулись. Первым нашелся Бенито Пахаро.

— Ха… Ха-ха… Да вы, кажется, бредите, сеньор! — сказал он. — Что за безумные фантазии вас одолевают? Откуда вы это взяли?

— В свое время вы узнаете об этом, обещаю! А я прекращаю давать вам советы, поскольку они вам действительно совершенно ни к чему.

Лошади капитана как будто передалось его состояние: во время этого разговора она нетерпеливо перебирала ногами, даже пыталась встать на дыбы. Наконец он дал ей шпоры и отъехал. Гамбусино и эспада глядели ему в спину тяжелыми взглядами еще некоторое время, потом первый прошептал, вернее, прошипел со злостью:

— Этот мерзавец вчера подслушал нас, не иначе! Что делать будем, а?

— Заставим его замолчать. Навеки… И чем раньше мы это сделаем, тем больше будет гарантий, что он не успеет еще кому-то растрепать нашу тайну.

— Верно! Настал последний день его жизни. Этот наглец еще смеет давать мне советы! Кстати, насчет возможного нападения в лесу: мы с тобой останемся у входа в долину, а эти, — и он кивком показал на серую массу абипонов, — пусть маршируют дальше. Если камба действительно уже подстерегают нас, сдадимся, и все.

Так они и сделали. Как только они достигли входа в долину, остановились, приказав индейцам идти дальше. Однако Бесстрашная Рука решил взять инициативу на себя и, приказав своему окружению следовать за ним, проехал галопом вперед. Но очень скоро вернулся и сказал:

— В долине никого нет. Мы можем двигаться дальше.

— Тогда вперед! — скомандовал гамбусино. Но сам по-прежнему не сдвинулся с места. Вождь же, не подозревая ни в малейшей степени о коварных замыслах своего белого компаньона, направился снова во главу колонны.

Редко ошибался в своей жизни Бесстрашная Рука, считанные, можно сказать, разы, но произошел как раз тот самый редкий случай.

Как вы, мои уважаемые читатели, наверное, помните, Отец-Ягуар, покидая деревню камба, передал Херонимо свои полномочия командующего вместе с планом военных действий. И Херонимо повел шестьсот камба к Высохшему озеру. Тут-то и обнаружилось исчезновение доктора Моргенштерна и его слуги. Их следы вели все в ту же долину. Если эти два чудака, подумал Херонимо, попадут в руки абипонов, то они вполне могут выдать нас, хотя бы по свойственному им недомыслию, а уж если их начнут пытать… Поэтому он решил все-таки не вступать в долину, пока не вернется Отец-Ягуар. Его войско расположилось лагерем у выхода из долины, возле ручья. Разумеется, он не забыл выставить часовых, занявших прекрасные наблюдательные посты за скалами.

Рано утром часовые заметили приближение пяти человек — троих всадников и двоих пеших. Как только Херонимо узнал об этом, он тут же сам отправился на пост за скалами. Пятеро неизвестных приближались. Постепенно их силуэты становились все более четкими…

— Да это же… Отец-Ягуар, Аука, Ансиано, а с ними и оба немца! — воскликнул Херонимо, в одной фразе перейдя от неуверенности к полной уверенности.

86
{"b":"18386","o":1}