ЛитМир - Электронная Библиотека

Вебстер молчал.

— Знаете, Гарт, я не смогу с этим ознакомиться. Мне очень жаль, но завтра я уезжаю в командировку. Гарт отдернул руку с папкой.

— В таком случае я вынужден буду отнести все документы проректору. Билл, поймите меня правильно.

— Гарт, да какая вас муха укусила?! Что вы изображаете из себя ковбоя на белом коне? Уж не хотите ли вы сказать, что у вас с этой дамочкой что-то есть? Вы же себя дураком выставите, если обратитесь через мою голову. А если дойдет до склоки, то я против вас такие силы выдвину, что вам не поздоровится.

Гарт встал, возвышаясь над деканом. Взгляд его, пылая, но голос оставался спокойным.

— Вы назвали меня ковбоем, дураком, лжецом и обвинили в связи — и все это в течение минуты. Это вам даром не пройдет, рекордсмен. Приятной поездки, Билл. Вебстер ахнул, но Гарта уже и след простыл — он гордо шел по коридору, спустился по лестнице, потом прошествовал по другому коридору и вошел в кабинет. В углу за рабочим столом он нашел свою теннисную ракетку, схватил ее и шмякнул по невидимому мячу. «Дурак проклятый!! Осел! Кичится своим тупым упрямством!»

— Ой, простите, — раздался смущенный голос. Он обернулся и увидел покрасневшую Риту Макмиллан, старшекурсницу, пришедшую на двухчасовой семинар по генетике.

Он усмехнулся и положил ракетку.

— Спускаю пары. Чем могу быть полезен, Рита? Садитесь. Я не опасен. Она села на краешек стула.

— Я насчет… дипломной работы.

— Вы решили писать работу вместо экзаменов?

— Я просто… ну… вроде как боюсь, что если… ведь на экзамене можно переволноваться, правда? Он кивнул и подумал: «Интересно, почему студенты так часто утверждение подают в форме вопроса? Будто не уверены, именно ли это собирались сказать».

— А теперь у меня возникли трудности и с работой…

— Так сдайте экзамены. Это же на ваш выбор. На глазах девушки навернулись слезы.

— По-моему, у меня ни то ни другое не выйдет.

— То есть вы хотите отложить все до осени?

— Нет, тогда у меня точно уже не получится, и родители… — Слезы покатились крупными каплями, и она принялась утирать их платочком.

Гарт нахмурился:

— Так чего же вы в таком случае хотите? Она пристально посмотрела на него сквозь слезы.

— Помните, как мы, бывало, за кофе обсуждали мы исследовательский проект? Я часто об этом вспоминаю.. Знаете, мне, по-моему, лучше в жизни не было, чем теми вечерами… И еще в тот раз, помните, когда мы пили чай в студенческом союзе? Мы все говорили и говорили, и я так поняла, что нравлюсь вам, и… ну, знаете, мне вроде как девчонки сказали… знаете, не с нашей кафедры, а… ну, короче, мы ведь могли бы еще за кофе посидеть, только я имею в виду, что в этот раз у меня… и мы могли бы… то есть, я могла бы… ну, показать вам свою работу, а? То есть я ее еще не доделала, но, может, вы могли бы… ну, типа троечки мне за нее, чтобы я могла закончить и… ну, не смотрите же вы на меня так!

Вся ярость, скопившаяся в Гарте при посещении кабинета декана, взорвалась в нем.

— Ты дура! Тупица! Ты… шлюха! — Он зашагал к окну и обратно. — Торговать собой за оценку, когда другие женщины из сил выбиваются ради степени, работы, хорошей ставки, места… а самодовольные мужики их отпихивают! Но ты-то знаешь, как добиваются своего, правда? Тут мозгов не требуется, тут достаточно слез и… О Господи! — Он тяжело вздохнул и прошел мимо нее к двери. — Лучше уходи. Получишь справку о незаконченном образовании, если не сможешь доделать работу или сдать экзамены. А большего от меня не жди. Иди. Убирайся.

Она обошла его стороной с широко раскрытыми глазами — от удивления, а вовсе не от страха, как подметил он. Она явно ожидала совершенно иной реакции. Неужели он и в самом деле давал для этого хоть какой-то…

Зазвонил телефон.

— Андерсен, — рявкнул Гарт.

— Профессор Андерсен? С вами хотел бы поговорить мистер Каллен.

— Каллен? Что еще за Каллен?

— Профессор Андерсен, это Хорэйс Каллен, президент «Фостер лабораториз» в Стэмфорде, штат Коннектикут. Вы были участником семинара, который мы проводили в прошлом году в Чикаго.

— Мистер Каллен, у меня занятия через пять минут.

— Я вас не задержу. На следующей неделе я опять буду в Чикаго, и я подумал, не могли бы мы вместе провести ленч?

Гарт заинтересовался. Президенты международных компаний так просто профессоров на ленч не приглашают; обычно это делают секретари.

Я думаю, вполне, — сказал он. — Но если дело касается еще одного семинара…

— О нет! — В трубке раздался смешок. — Мы хотели бы переговорить с вами, не согласились бы вы присоединиться к нам в Стэмфорде в качестве директора нашего нового исследовательского центра. Мы рассматриваем несколько кандидатур, но ваша — бесспорно основная. Часы на административном здании пробили два раза.

— Когда вы здесь будете? — спросил Гарт.

— Во вторник. Давайте договоримся на час дня в «Ритц Карлтон»?

— Хорошо.

Позже, сидя на диванчике в ожидании обеда, который готовила Стефания, он рассказал ей о звонке.

— Год назад я сразу бы отказался. Но после того, как Билл принялся мне угрожать…

— А сколько ты там будешь получать? — спросила Стефания. Она стояла к нему спиной и резала овощи.

— Не знаю. А тебе хотелось бы переехать в Коннектикут?

— Хоть завтра. Он опешил.

— Но тебе ведь нравится Эванстон. Тут наши друзья, у детей школа, у тебя работа…

— Работа скучная, друзей новых заведем, а школы в Стэмфорде наверняка не хуже. — Открыв холодильник, Стефания достала чеснок, красный перец, мелкие помидоры. Посмотрев на мужа, она сказала:

— Знаешь, как чудесно было бы иметь деньги. И жить поближе к Нью-Йорку.

Хоть какое-то развлечение. Гарт почувствовал себя неуютно. На ленч он согласился исключительно от злости на Вебстера, да еще подлила масла в огонь Рита Макмиллан. Причин, чтобы бросать университет, у него не было. А Стефания за это ухватилась. Они еще ничего толком об этом предложении не знают, а она уже подыскивает причины, по которым следует согласиться, в то время как сам Гарт, успокоившись, не видит уже смысла даже и собственно в ленче. Но, конечно же, придется пойти, хотя бы ради Стефании.

— Посмотрим, что скажет Каллен. — Он наблюдал, как Стефания возвращается к разделочному столику. — Кстати, я тебе еще не рассказал про Риту Макмиллан. Эта тварь…

— Так ты собираешься принимать предложение?

— Мне еще ничего не предложили.

— Если предложат.

— Не знаю. Я же говорю, посмотрим, что скажет Каллен. Я тебе начал говорить про Риту…

— Мам! — В кухню с воплем влетела Пенни. — Мы с голоду пухнем!

— А ты на стол накрыла?

— Сегодня очередь Клиффа.

— А он накрыл?

— Накрывает.

— Проследи, чтобы не забыл про салфетки. Кстати, вы с ним руки помыли?

Стефания достала из духовки картошку. На кухне воцарилась тишина. Гарт пожал плечами и взялся за газету.

— Мам… — заныла Пенни.

— Ладно. Пенни, Гарт, — сказала Стефания, — давайте обедать.

— Стефания…

— Сабрина! Я звонила и звонила…

— А я была за городом, а миссис Тиркелл я на весь июль отправила в отпуск.

— Я уже забеспокоилась, не приключилось ли чего с тобой.

— А что, мои дурные предчувствия донеслись и до Эванстона?

— У тебя неприятности?

— Нет, но я испугалась, что они могут быть. Пару недель назад мне показалось, что я купила липовый фарфор, но потом проверила, и оказалось, что подлинный. Больше ничто не тревожит. А как твои дела с недвижимостью? Не разыскала мне какой-нибудь занятный чердачок с прелестями?

— Я… я некоторое время уже этим не занимаюсь…

— Но почему, Стефания? Ведь тебе нравилось…

— Да, но дела не идут. Я теперь в университете работаю. Удовольствия, конечно, мало, зато есть, чем платить за дом. Если вот переедем, то, может быть, снова займусь недвижимостью. Сабрина, Гарту предложили новое место.

Директором исследовательского центра при фармацевтической фирме в Коннектикуте.

27
{"b":"18396","o":1}