ЛитМир - Электронная Библиотека

– Она это придумала, – вмешалась Рита, когда Винс запнулся. Все замолчали и удивленно посмотрели на нее. Во время семейных обедов Рита почти всегда молчала. – Нетрудно представить себе; Анна всего лишь ребенок и никто особенно ее не любит... Думаю, что никто, потому что она никогда не ходит в гости к другим девочкам и не приводит их сюда, не так ли? По-моему, я никогда об этом не слышала. И Мэриан часто говорила, что она не приводит друзей домой после школы. И я догадываюсь, она не ходит на свидания, ведь так? Создается впечатление, что девочка, действительно, одинока и, вероятно, ей страшно хочется, чтобы кто-нибудь уделил ей время, вот она и льнула к Винсу, ведь он такой привлекательный, мечта любой девушки. Она никогда не смотрит на него в упор, вы заметили? И отстраняется, если он подходит близко, и старается не смотреть на него, как будто она смертельно боится, что по ее лицу можно о чем-то догадаться. Думаю, в конце концов она попыталась бы заставить его сказать ей что-нибудь приятное, а он скорее всего просто не замечал ее – у него нет времени для детей, вы знаете, даже для своего собственного ребенка, – и похоже, она была рассержена и разочарована или что-то в этом роде, и захотела отомстить.

Винс одной рукой обнял Риту. Не глядя на него, она передернула плечами, стряхивая его руку.

Чарльз обошел вокруг стола, чтобы встать позади Анны.

– Я не хочу слышать это от Риты. Я хочу услышать, что скажет Винс.

– Черт побери, – взорвался Винс. – Здесь не о чем говорить!

– Винс! – воскликнула Мэриан, взглянув на Гейл, которая сидела, уткнувшись в плечо Нины, и на других детей, переводивших широко открытые глаза с одного говорившего на другого.

– Нина, отведи детей в детскую, – сказал Итан. – Почему никто до сих пор не подумал об этом?

Нина колебалась, не желая покидать комнату. Но Итан резким движением головы указал на дверь, и она вышла, держа Розу на руках, собрав Гейл, Дору и Кита перед собой.

– Я не могу в это поверить, – бормотал Уильям снова и снова, потряхивая головой. – Я не верю, – он равномерно стучал кулаком по столу. – В нашем доме... мы не такие... Не верю... не могу поверить...

– Ничего не случилось! – разразился гневом Винс. Через стол он посмотрел на Чарльза, стоявшего у Анны за спиной. Он упорно избегал смотреть на Анну; казалось, они с Чарльзом были одни. – Чарльз. – Его голос был тихим и мягким. – Чарльз, ты меня знаешь; никто не знает меня лучше, чем ты. Ты знаешь, я не могу сделать ничего подобного. Никоим образом я не мог бы прикоснуться к ней. Это немыслимо! Ради Христа, Чарльз, она же твоя дочь! А ты для меня самый дорогой человек на свете. Что бы я делал без тебя? Ты помог мне вырасти, ты всегда приходил мне на помощь в нужный момент, ты мой лучший друг. Неужели ты, действительно, думаешь, что я мог бы что-нибудь сделать твоей дочери? Боже мой, Чарльз, она для меня так же священна, как ты!

Чарльз посмотрел на склоненную голову своей дочери.

– Анна, ты слышала это?

Она сидела неподвижно.

– Чарльз, – сказала Мэриан. Она стояла, сжимая и разжимая руки, губы у нее дрожали. – Я думаю, мы должны подождать. Это слишком тяжело для всех нас. Если бы мы подождали...

– Чего? – спросил Чарльз. Он встал на колени рядом со стулом Анны. – Посмотри на меня, Анна. Теперь подумай хорошенько. Это не игра. Ты выдвинула ужасное обвинение, которое может очень повредить твоему дяде. Ведь именно это ты сделала? Или тебе показалось? Будь осторожна, выбирая слова, Анна, будущее твоего дяди под угрозой.

Анна почувствовала, как все внутри у нее сжалось. Лицо отца расплывалось, когда она смотрела на него сквозь слезы. Он ей не улыбался, а строго глядел на нее. Девочка повернулась к Итану, прошептав:

– Пожалуйста.

Итан внимательно смотрел на нее.

– Расскажи нам, что случилось, моя дорогая.

Снова наступила тишина.

– Я не могу, – прошептала она. И обернулась к взволнованной Мэриан, стоявшей у другого конца стола.

– Расскажи нам, милая, – сказала Мэриан. – Мы выслушаем тебя. Расскажи нам все, что хочешь.

Анна пристально посмотрела на тетю. Девочка сгорала от стыда и не могла выговорить ни слова. Она покачала головой.

– Ну, тогда, – мягко сказал Винс. Он обошел вокруг стола. Анна сжималась все больше по мере того, как он к ней приближался. – Извини, что тебе пришлось пройти через это, Чарльз. Если я могу чем-то помочь... хотя, думаю, мне лучше держаться подальше от Анны. Я мог прикоснуться к ней, ты знаешь, из хорошего отношения, а все бы подумали... О, Боже, Чарльз, – его глаза наполнились слезами, – ...как все это могло случиться с нами?

Анна взглянула на своего отца в то время как его глаза встретились с полными слез глазами Винса и увидела то, что видела всегда: восхищение, что-то вроде бессильной зависти и любовь к своему любимому брату, самому любимому существу в мире.

– Ничего с нами не случилось, – сказал Чарльз Винсу. Он обвил рукой плечи Анны. – Анна чудесная девочка, ничего с нею не случилось. Ей пятнадцать лет, она превращается в женщину, такую же добрую и красивую, какой была ее мать, с нею ничего не случилось. Не так ли, Анна?

– Почему ты не можешь сказать нам? – спросил Итан у Анны. Его голос был твердым, не таким мягким, как обычно, когда он говорил с нею.

– Когда я задаю вопрос, то ожидаю ответа, Анна. У нас в семье если обвинения выдвигаются, то сопровождаются объяснениями. Я никого не могу наказать, если у меня нет фактов. Я надеюсь, ты расскажешь мне, что именно ты имеешь в виду, и тогда мы будем знать, как поступить.

Анна зажмурилась, чтобы не видеть всех этих мужчин, смотревших на нее: Итана, Фреда, Винса, Чарльза, Уильяма. Мэриан беспомощно стояла с противоположной стороны стола; Рита погрузилась в свое обычное молчание. «Я сама виновата. Я завлекла и соблазнила его, а потом впустила его в свою комнату и делала все, что он хотел, и делала это снова и снова все время. Я не могу это сказать. Я ничего... не могу рассказать им».

Озадаченный, рассерженный и бессильный Итан смотрел на нее. Мэриан сжала свое лицо ладонями.

– Что мы можем сделать, Анна? Я знаю, тебе трудно, но ты должна рассказать нам, чтобы мы знали, что делать.

«Вы могли бы поверить мне».

– Может быть, Рита права, знаете ли, – сказал Фред Джакс тихо, как бы говоря сам с собой. – Думаю, у девушек бывают такие фантазии, а Винс очень подходит для них. Широкая белозубая улыбка. Вы сами знаете.

– Я уверен, что Анна поверила в свою выдумку, – сказал Уильям. – Она не злой ребенок; и вовсе не хочет навредить кому-то в нашей семье. Что-то заставило ее сказать все это, каким бы шокирующим это ни оказалось. Мне бы хотелось, чтобы она рассказала, что же она имела в виду. Для нас это очень тяжело, Анна; мы готовы помочь тебе, но ты не хочешь разговаривать с нами. Ты нам не доверяешь? Мы хотим сделать для тебя все возможное.

Анна, понурясь, молча сидела на своем стуле. Уильям вздохнул.

– Ну, что будем делать? – он обвел глазами сидящих за столом. – Собирается ли Анна рассказать кому-то еще об этом? Или уже рассказала? Анна? Ты жаловалась на Винса твоим учителям или друзьям в школе?

– Анна, – сказал Чарльз, не дождавшись ее ответа. Он положил руку на ее волосы. Она не могла бы сказать, был ли этот жест ласковым или угрожающим. – Ты кому-нибудь еще говорила?

Она покачала головой под его рукой.

– Хорошо, конечно, так мы сохраним это в тайне, – твердо заявил Фред Джакс. – Никто из нас не хочет скандала, это может повредить всем нам. И семье, и компании. Мы будем помалкивать и разберемся во всем, да, Анна? Нам нужно услышать, что ты скажешь, чтобы понять.

– Не давите на нее! – резко сказала Мэриан. – Мы должны дать ей время. Она поговорит с нами позже. Я так думаю. – Мэриан посмотрела на каждого, кроме Винса. – Я считаю, девочка сможет сказать правду.

– О, Боже, Мэриан, не надо, – проворчал Винс; глаза его снова наполнились слезами. – Ты не должна так думать; ты же знаешь, я не мог... неужели, черт побери, ты думаешь, я был способен?

14
{"b":"18397","o":1}