ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Все чемпионаты мира по футболу. 1930—2018. Страны, факты, финалы, герои. Справочник
Корона Подземья
За пять минут до
Пассажир
Кто мы такие? Гены, наше тело, общество
Физика на ладони. Об устройстве Вселенной – просто и понятно
Письма к утраченной
Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках
Сколько живут донжуаны

– Сюда, – сказал Джош, корда они подошли к каменным ступенькам лестницы.

Ступеньки вели на берег реки, к прогулочным катерам. Но на полпути находилась широкая площадка с кафе на открытом воздухе, откуда слышалась громкая арабская музыка и чувствовался острый аромат кофе по-турецки.

– Ловлю тебя на слове, – напомнил он. – Это «гава», здесь подают только кофе. Если ты передумала, то чуть подальше внизу есть одно хорошее место, где мы можем получить ужин, но не кофе. Выпить кофе вернемся сюда.

– Нет, здесь чудесно, мне нравится, – сказала Анна. Она села за маленький круглый столик, покрытый клетчатой скатертью, и стала изучать оживленные группы людей за другими столиками, пока Джош ходил за кофе. Он принес чашечки с кофе, поставил их на стол и сел, придвинув свой стул поближе к Анне, чтобы можно было слышать друг друга в шуме.

– Это новое чувство, – сказал он. – Обычно, когда я брожу по Луксору, то рядом со мной местные жители, друзья, они, как камуфляж. Но сейчас мы двое, так очевидно похожие на американцев, никто нас не заметит, и куда бы мы ни пошли, мы отделены ото всех, Даже от тех американцев, что сидят на прогулочных катерах рядом с нами. У них есть их катер, их гид, их группа, а у нас есть наши ноги, машина и мы двое. Я долго чувствовал себя рядом с тобой, но это другое, как будто мы на нашем собственном острове, и никто не может дотронуться до нас. А ты это чувствовала?

Анну захлестнуло настоящее счастье. Она хотела прикоснуться к Джошу, положить руку на его руку и поблагодарить его за то, что он с нею и видит мир так же, как она. Но она не смогла это сделать, и ее рука осталась лежать на колене.

– Я думала то же самое на набережной, – ответила она. – Магический круг.

Джош улыбнулся.

– Мне это нравится больше, чем остров.

Запахи крепкого кофе, табака, сладкого дыма кальянов обволакивали их. Они накатывали и отступали с волнами сонливости, одолевавшей Анну, то уходя, то возвращаясь. Она отхлебнула кофе.

– Я расскажу тебе, что произошло со времени моего последнего письма? Это кажется таким далеким, как будто пытаешься вспомнить книгу, прочитанную давным-давно, но я попробую.

– Да, расскажи мне, – сказал Джош. – Потом мы забудем это, по крайней мере, пока мы здесь.

– Мне бы хотелось этого, – призналась Анна. – Я хотела бы забыть многое из того, что случилось после Рождества. – Она помолчала. – Ты знаешь о газетных статьях о Винсе.

– Я читал только ту, что ты мне прислала из «Таймз». Полагаю, что печаталось по всей стране.

Женщина кивнула.

– И по телевидению, – и покачала головой. – Нам никогда не приходило в голову, что он может превратить это в один из своих величайших триумфов.

– Но семье ведь все равно, не так ли? – спросил Джош. – Если он несет ответственность хотя бы за половину того, что, как мы считаем, сделал, его унижение могло бы доставить удовлетворение, но у нас нет доказательств, чтобы убедить его или кого бы то ни было, поэтому, наверное, самое важное, что у Чарльза есть деньги, а у семьи – Тамарак.

Они замолчали.

– Да, – сказала Анна. – Я бы хотела, чтобы его не было в Сенате, но...

– Но ты не об этом думала, – заметил Джош.

– Нет. Он воплощенное зло. И ужасно видеть, что плохие люди всегда взбираются наверх, всегда находят способы обернуть к своей выгоде все, что бы они ни делали, неважно, насколько это было отвратительно.

Джош не спросил ее, почему она сказала «всегда». Он подумал, что догадывается, но не мог сказать ей об этом или утешить, слыша печаль в ее голосе; он ничего не мог сказать, пока Анна не доверится ему. И вместо этого небрежно сказал:

– Но ведь он не взобрался наверх? Он потерял свое состояние и шанс стать президентом, а мне кажется, этими двумя вещами Винс дорожил больше всего.

Анна кивнула.

– Конечно, – спокойно ответила она. Ее голос почти перекрыла музыка. Женщина отхлебнула кофе. – Давай посмотрим, что еще случилось. Чарльз беседовал с несколькими кандидатами на пост вице-президента «Четем Девелопмент»; он не пытается избавиться от Фреда, но говорит, что хочет создать ему мощный противовес. Думаю, если он осуществит удачный проект, то удалится от дел. А потом, мне кажется, переедет в Тамарак. Не потому, что он хочет быть Итаном Четемом, а потому что там у него семья, а в Чикаго у него ничего и не остается. Что еще? Я написала тебе, что комиссия транспортного управления закончила расследование, сделав вывод, что имел место факт вредительства, но не найдя виновного. Всем это не нравится, но больше они ничего не смогли сделать. Тайлер держит расследование открытым, но ни у кого нет надежды, что будет найден тот, кто сделал это. Самое лучшее, – это отчет Халлорана, где тот написал, что компания осуществляла тщательное, высокопрофессиональное техническое обслуживание по программе, которая не дала бы сбоев, если бы не было вредительства. Лео использует это заявление в серии новых информационных листков, он надеется спасти оставшееся от сезона время. Думаю, ему это удастся. Гейл сказала несколько дней тому назад, что ассоциация курортов уже зарезервировала места.

– А Робин и Нед не расстраиваются, что вдруг им придется уезжать из Тамарака – сказал Джош.

– Нет, – засмеялась Анна. – Они планируют устроить праздник в честь нашего возвращения. Они очень возбуждены. Кажется, в городе думают, что благодаря Лео они избавлены от небоскребов и неоновых огней, поэтому все Кальдеры герои, а в школе, значит, это – Нед и Робин. Больше нет речи о драках для доказательства того, что они живут там. – Она помолчала, вспоминая, как Робин льнула к ней в последний вечер, который Анна провела с ними. – Робин сказала мне, что с тех пор, как я вернулась, ее семья стала больше. Все родственники раньше приезжали только в гости, а теперь приезжают чаще и остаются дольше. Как будто, – голос Анны стал тише и Джош наклонился к ней, чтобы услышать ее слова, – все живут там.

? Это верно, – сказал Джош. – Они привыкли избегать друг друга. Они не знали, как быть семьей, им нужен был кто-то, чтобы соединять их. Прежде это был Итан, когда был жив. А теперь ты.

– И Тамарак, – добавила Анна. – Я думаю, теперь они чувствуют, после того, как почти потеряли его, что это их дом и место, где можно найти мир и покой.

Какое-то время они сидели молча. Ничто, казалось, не находится дальше от пыли Древнего Египта, чем Тамарак, укрытый сверкающими снегами под ясным голубым небом, но оба они видели Тамарак. Место, где можно найти мир и покой. Их глаза встретились. Есть много мест, где можно чувствовать покой.

– Еще кофе? – непринужденно спросил Джош. Сердце у него сильно билось. Он чувствовал, что все, к чему он стремился, чего хотел, сосредоточилось в этом многолюдном, трепещущем городе, и все, о чем он когда-либо мечтал, соединилось чудесным образом совсем недавно. «Семь месяцев, – подумал Джош. – С августа, когда я впервые сидел в кабинете Анны, до этого вечера, когда мы сидим здесь, в магическом круге».

– Да, пожалуйста, – сказала Анна.

Она сидела очень тихо, как будто боясь разрушить чары.

Он принес еще две чашки кофе и сел рядом с нею, так что его рука касалась ее руки.

– Мы покончили с новостями, или есть еще что-нибудь?

– Кит уехал, – ответила Анна. – Оставил записку на столе у Лео недели две тому назад, что хочет посмотреть мир, и решил, мол, Лео потерял веру в него. Я не верю ни единому слову, догадываюсь, он поехал к Винсу, просить работу в Вашингтоне, и он ее получит; наверное, они тесно связаны друг с другом. Лео рад, что он уехал, хотя ему было неловко рассказывать об этом Мэриан; ей нравилось, что сын работал там.

– Мэриан знает Кита так же хорошо, как Фреда, поморщился Джош. – Кажется, она примирилась с ними обеими, принимая все, как есть. Это как Уильям со своими письмами, которые никогда не приносят результатов, и Нина с ее многочисленными мужьями, люди составляют для себя образ и следуют ему; очень трудно заставить их отступить от этого. Вот Чарльз сумел измениться, судя по тому, что ты мне рассказала. Я еще не слышал, кто смог освободиться от той жизни, которую вел при Винсе.

148
{"b":"18397","o":1}