ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда она вернулась, Чарльз стоял у стеклянной двери, глядя на дворик, спускавшийся к озеру, большие пальцы рук он засунул за пояс.

– Что бы ты сказала ей?

– Ну, я бы ее поприветствовала и сказала бы, как мы скучали без нее и как мы рады, что она вернулась. Я бы спросила, как она живет, где живет сейчас, чем занимается, замужем ли она, есть ли у нее дети? ...Боже мой, ей ведь уже почти сорок, ты знаешь.

Чарльз повернулся, чтобы посмотреть на нее.

– А что бы ты сказала, если бы она снова подняла тот вопрос?

– Ну, что ж, – Мэриан заглянула в холодильник. – У меня есть копченая лососина, помидоры и батон. Скорее обед, чем завтрак. Можно сделать тосты, как ты думаешь?

– Делай, что хочешь. Что бы ты ей сказала?

– Не знаю, я не думала об этом, – она взяла из шкафчика две тарелки и положила в них еду. – Не думаю, что она извлечет на свет ту историю. Это было так давно. Двадцать лет. Больше двадцати. Зачем выкапывать это? Мы уже забыли. Винс чрезвычайно успешно устроил свою жизнь; теперь будет невозможно установить, был ли он виноват. А Анна выглядела так впечатляюще на похоронах; очевидно, она хорошо живет. Все мы постарели, подросли, знаешь, – мы цивилизованные люди – мне кажется, в тот вечер было какое-то ужасное замешательство, путаница, и все мы были так расстроены, что не смогли бы добраться до истины. Но все это позади, и я, конечно, не собираюсь поднимать все это. Я не хочу даже думать об этом. И уверена, что Анна чувствует то же самое.

Чарльз с усилием кивнул. Он подцепил вилкой кусочек лосося со своей тарелки.

– Анна была у Гейл на прошлой неделе. Я решил съездить туда и спросить Гейл, о чем они говорили. И не думает ли она, что мне надо увидеться с ней.

– Она была у Гейл? Никто мне не сказал. Очень странно, что никто мне не сказал; ведь я практически была ей вместо матери. Откуда ты знаешь, что она там была?

– Винс сказал мне, что слышал об этом от Кита пару дней назад.

– Кит, – произнесла Мэриан. – Мой собственный сын. И не сказал мне. Ладно, предположим, он подумал, мне это будет неинтересно. Я никогда не говорила с ним об Анне. – Она налила кофе в чашки китайского фарфора. – Если ты хочешь увидеться с нею, Чарльз, позвони ей. Почему ты собираешься спрашивать совета у Гейл?

– Потому что я не знаю, что делать, черт побери! Если бы у меня было хоть какое-то представление о том, как она ко мне относится – она мне не позвонила, ты знаешь, ни единого слова – если бы я мог знать, как говорить с нею...

– Говори, что хочешь, Чарльз. От сердца. Это единственный способ разговаривать с дочерью. Я всегда так говорила с Розой, поэтому мы так близки.

– Значит, ты считаешь, мне надо взять у Гейл номер телефона и позвонить ей.

– Если ты этого хочешь. Боже мой, Чарльз, не будь таким робким. Это же не приготовления к битве, ты просто собираешься поговорить со своей дочерью.

– А как насчет тебя? Ты ей будешь звонить?

– Да, конечно, я хотела бы, чтобы она мне позвонила. Ведь это она уехала и я жду, чтобы она установила с нами контакт, раз вернулась. Но если не позвонит... ну, конечно, я позвоню, как только узнаю, где она.

– Я узнаю у Гейл и дам тебе знать, – он отодвинул стул.

– Куда это ты? Ты не поел.

– Я еду в Тамарак.

– Сегодня? Сейчас?

– Ближайшим рейсом, если попаду на самолет.

– Что ж, неплохая идея. Обычно мы ездили туда на каждый День труда, помнишь? Не знаю, почему это изменилось. Чарльз, я еду с тобой. Я сама могу узнать об Анне, я практически была ее матерью, ты ведь знаешь. Вот только соберусь, это быстро. Очень хорошая мысль, почему бы не съездить на уик-энд – особенно, если Фред уехал? Дай мне один час на сборы, Чарльз.

– Мэриан, я еду прямо сейчас. Если ты действительно хочешь поехать, то можешь лететь более поздним рейсом и позвонить мне, когда приедешь. Я буду в отеле «Тамарак».

– Чарльз, я прошу тебя подождать всего час.

– Слишком долго. Мне надо ехать, пока я не передумал. – Он поцеловал Мэриан в щеку. – Знаешь, я ужасно устал быть трусом.

Он удивлялся своим словам по пути к дому и продолжал удивляться на самолете, летевшем в Денвер, и на меньшем самолете – рейсом в Тамарак, летевшем над Сан-Джоанс в вечерних сумерках. Почему он сказал это Мэриан? Чарльз никогда не проявлял перед нею никакой слабости, страха или волнения, он даже никогда не упоминал о них никому в семье, кроме Винса и позднее, Фреда Джакса. Этого нельзя было делать, Итан ничего подобного не допускал, и он не должен был.

Но Итан умер, а Анна вернулась. Все изменилось.

В аэропорту Тамарака он взял напрокат машину и проехал две мили до дома Гейл. Во второй раз за этот день он появлялся без предварительного звонка. Странно, но от этого Чарльз чувствовал себя более собранным.

– Дедушка! – крикнула Робин, открывая ему дверь. – Мы тебя не видели целую вечность! – Она подняла свое личико для поцелуя. – Мы ужинаем. Ты тоже поешь, у нас всего полно. Мама! – позвала она, таща Чарльза за руку, чтобы он пошел на кухню вместе с нею. – Дедушка приехал!

Гейл и Анна повернулись от стола с вилками, застывшими в воздухе. Нед вскочил со стула.

– Привет! – сказал он. – Я только что написал тебе письмо, думаю, ты его еще не получил. – Чарльз смотрел на Анну, ему в голову не приходило, что та может быть здесь. Лео пожал ему руку. – Какой приятный сюрприз, Чарльз. Поужинаешь с нами? Присоединяйся.

– Привет, папа, – сказала Гейл, вставая и целуя Чарльза в щеку.

Анна встала и протянула ему руку.

Чарльз потянулся было поцеловать ее, не беря протянутой руки, но ледяное лицо Анны остановило его. Он официально пожал ее руку.

– Приятно видеть тебя Анна.

– У нас еще есть торт, дедушка, – сказал Нед. – Его испекла тетя Анна, он шоколадный, с орехами и глазурью.

– Я бы попробовал кусочек, – сказал Чарльз. – Я ужинал.

– У нас есть кофе, – сказала Гейл, возвращаясь к своему стулу. – Садись, папа.

Чарльз обошел вокруг стола, чтобы сесть рядом с Лео. Все молчали.

– Я только сегодня утром решил приехать.

– Тебе повезло, что успел на этот рейс, – сказал Лео.

? На самолете были места, – ответил Чарльз. – Я думаю, большинство тех, кто решил провести здесь уик-энд, уже здесь.

Снова возникла пауза. Кухня была в полумраке, за исключением накладывающихся друг на друга кругов света от двух медных ламп, висевших низко над столом. В широких окнах стоял темно-серый вечер, переходивший в черноту, разрываемую скоплением огней, которые на расстоянии казались созвездиями – это был Тамарак. В открытые окна залетал легкий ветерок, приносивший с собой запахи сосен и полевых цветов, а также холодок, напоминавший о зиме. Ни один звук не нарушал тишину.

– Ну что ж, мы рады, что ты приехал, – сказал Лео. – Нам нравится, когда за столом так много народа. И мы могли бы поговорить о «Тамарак Компани»; разговоры лучше, чем все эти письма, которыми мы обмениваемся.

– Ты дашь дедушке торта? – спросил Нед у Гейл. – И не могла бы ты отрезать заодно еще два кусочка?

– А ты съел свой ужин? – поинтересовалась она.

– Почти все. Мне бы хотелось поглядывать на десерт, знаешь, как будто он ждет меня. Как будто это мое будущее.

Улыбаясь, Гейл отрезала два куска. Она подала тарелку Чарльзу и поставила тарелку рядом с прибором Неда. Она налила кофе Чарльзу и воды и вина остальным их стаканы. Анна смотрела на ее точные движения, успокаивающие, как колыбельная.

– Вы извините нас? – сказала она. Встала и протянула Чарльзу руку. – Я думаю, мы пройдем в гостиную.

Благодарный Чарльз быстро отодвинул стул и прошел к двери вслед за Анной.

– Я тоже пойду, – вскочил Робин.

– Не в этот раз. – Гейл положила руку на локоть Робин. – У тети Анны и дедушки личная беседа.

– Как же твой торт? – спросил Нед.

– Съешь его за меня, – сказал Чарльз. – Я возьму другой кусок, когда вернусь.

Нед улыбнулся и взглянул на Гейл.

– Он попросил меня, – заметил Нед.

67
{"b":"18397","o":1}