ЛитМир - Электронная Библиотека

Вернулась она в черной, наглухо застегнутой кожаной куртке; под мышкой — знакомый Ане сверток. Светлова сразу его узнала.

А в руках, батюшки святы, натурально, «винчестер»!

Старый добрый «винчестер»… Старомодно, но надежно.

Блондинка достала из свертка патроны и деловито принялась заряжать.

— Это ты в Кругличе покупаешь? — поинтересовалась Светлова, кивнув на сверток.

— Ага! Есть там один умелец, наш отечественный производитель — по доллару за штуку берет.

— А винтовочка? «Винчестер» откуда?

— Я охоту люблю, — усмехнулась Алиса. — Он у меня зарегистрирован. Все как полагается…

Зеленоглазая блондинка, разбогатевшая на первой волне поставок компьютеров в Россию, ударила прикладом в окно. Стекло со звоном вылетело.

— Алиса! — попробовала ее остановить Светлова.

— Заткнись! Алиса выстрелила.

Один из несущих бревно упал сразу. С не менее традиционным народным возгласом «е-мое!» остолбеневшая на мгновение толпа бросились врассыпную.

А блондинка пальнула вдогонку еще два раза.

— Поверь моему опыту: ждать, пока они сломают ворота и ворвутся, не имеет смысла, — деловито объяснила Светловой Алиса. — Стрелять надо сразу, много и без остановки. Желательно кого-то пришить — это остужает толпу.

— А у тебя есть опыт?

— У меня все есть, — нехотя заметила зеленоглазая блондинка.

Разбежавшаяся толпа не возвращалась. Видно, в том, что говорила Алиса, был определенный смысл.

— Пойдем, посмотрим, что там, — заторопилась вниз взволнованная Светлова. — И аптечку возьми!

Раненым оказался вдребезину пьяный лохматый парень… «У них тут, кажется, вообще никто не причесывается!» — подумала Светлова.

Стонать он стонал, но больше, кажется, для виду.

— Да он упал, потому что на ногах уже не стоит! Ничего страшного! — Алиса перевязала раненому слегка поцарапанную руку. — Я же специально поверх голов стреляла! — Стоя на коленях, блондинка стала складывать в аптечку перевязочный материал.

— И пошел вон, — посоветовала она раненому. — Больше мне не попадайся, а то впредь так легко не отделаешься.

Парень согласно кивнул, поднялся, покачиваясь, и вдруг здоровой, неперевязанной рукой схватил Алису за волосы.

Моментальная реакция, с которой блондинка перехватила эту руку и дернула ее вниз, Светлову по-настоящему восхитила. Через секунду Алиса уже сама держала валявшегося на земле здоровяка за волосы, и вдруг, неожиданно выхватив из-под куртки нож, приставила поверженному пьянице к горлу.

— Я же сказала тебе: не шути со мной! — прошипела она. — Лежать! Не дергаться!

— Все-все-все! — Пьяный, кажется, сразу протрезвел.

Алиса еще и пнула его ногой напоследок, когда он отправился восвояси.

— Сейчас побежит в милицию, — предположила Светлова.

— Никуда он не побежит. Еще банку самогона выдует и заснет, а наутро и не вспомнит, что было.

— А, те другие?

— Они здесь так пьют, что уже не могут друг друга сосчитать. Одним больше, одним меньше… Им уже все равно.

Светлова вздохнула и не стала спорить. Наверное, Алиса лучше знала своих соседей.

«Однако, крута зеленоглазая блондинка, ничего не скажешь, — подумала Аня. — На пути не попадайся и поперек дороги не становись!»

— Ты что же — так с ножом и ходишь? — удивилась Светлова.

— Была бы возможность, я бы и с пулеметом тут ходила, — довольно криво усмехнулась блондинка. — С такой публикой иначе нельзя.

— Ну и дела! — покачала головой Аня.

— Ты спрашивала, как я тут живу одна? Теперь поняла? Вот так и живу!

— Можно взглянуть на твой нож?

Алиса с некоторой неохотой отстегнула от пояса и протянула чехол.

Светлова осторожно извлекла страшное оружие. Армейский нож «made in USA» из серии «Зеленые береты», клинок из нержавеющей стали, рукоятка — синтетический каучук…

"Почти профессиональное отработанное движение, которым Алиса выхватила нож, свидетельствовало, безусловно, о постоянных и прилежных упражнениях, — думала Светлова. — И нож ей точно по руке… И отменное качество самого ножа…

В общем, все говорило о том, что Алиса не впервые пользуется этим предметом и отлично умеет обращаться с ним".

— Надеюсь, ты не собиралась убивать того человека? — Аня взглянула Алисе в ее зеленые прозрачные глаза.

— Да нет, конечно.

— Точно?

— Мне что — поклясться?! Этот прием называется «демонстрация угрозы».

Видишь ли, когда нож используют для боя, его маскируют, а я держала его демонстративно, открыто! Одновременно отдается приказ… Например, «лечь»!

Противник видит нож, понимает реальность угрозы и выполняет то, что от него требуют. Вот и все!

— Ах, вот оно что! Оказывается, все довольно просто?

— Заметила, что этот тип даже от выстрелов не протрезвел, а от одного только вида ножа — сразу?

— Да уж заметила. Как было не заметить!

— Понимаешь, как справедливо отмечают профессионалы: тусклый холодный блеск стального лезвия отражается в самых темных глубинах человеческого подсознания. Ножа боятся больше, чем пистолета! Главное и единственное, что чувствует человек, на которого направлен нож, — это страх. И этот страх заложен на генетическом уровне. Поэтому я им и пользуюсь. Поняла?

— А как же! Ведь главное, это хорошо объяснить, — вздохнула Светлова.

— Ну, давай обратно мою игрушку. И Алиса забрала у Светловой армейский клинок.

* * *

На пепелище уже кипели работы. Воспрянувший духом, правда, несколько похудевший, — не до поросеночков, видно, было! — Федуев расхаживал среди строительных рабочих, отдавая приказания. Рядом суетился неизменный, столь неудачно съездивший к родственникам Виктор.

Ясно было, что зарабатывать на восстановительные работы Федуеву не пришлось: и старых запасов на новую Федуевку хватало!

«Вот ведь наворовал, — восхитилась Аня. — Такого и не изведешь».

— А не боитесь снова на том же месте? Вдруг — опять? — поинтересовалась Светлова, вылезая из машины.

Анна, уже не стесняясь того, что у нее не джип «Топота Лэнд Круизе?», приезжала на своей машине. Легенда о покупательнице недвижимости была отброшена.

— Некому, голубка моя, будет теперь это делать! — успокоил ее Федуев. — Мы уже закопали парочку-другую мерзавцев из клуба любителей огня. Разобрались, с кем надо!

— А чего ж вы журналиста тогда не закопали — так бросили? Под елкой? — на всякий случай решила еще «поиграть на нервах» у барина Светлова. Хоть Феликс Иванович уже почти и не подозреваемый, а все ж таки…

— Ну, вот вы снова за свое, настырная! Я же объяснил вам… Когда мое, я так и говорю — мое. А когда нет, то, увольте…

Светлова вздохнула.

— Феликс Иванович, а что вы имели в виду, когда говорили про Алису?

— Что, заинтересовались?

— Заинтересовалась, — не стала отрицать Светлова.

— То и имел в виду, — усмехнулся Федуев, — Алиса — баба сумасшедшая.

Причем с конкретным пунктиком — это все знают! Потому и живет одна. Говорят, обидели ее в ранней юности-молодости. Вот простить и не может.

— Изнасилование?

— Вот то-то и оно! Мужиков Алиса, не переваривает. Чуть что почудится, какое посягательство — все, головы не сносить.

— Ах, вот что!

— Вот вы парня какого-то ищете. Уверены, что приезжал он в наши края. А может, он к Алисе заглянул ненароком? Тут у нас перепутать недолго.

«Верно, верно…» — подумала Светлова, вспомнив перекресток с мстительным торговцем «грибочками».

— Может быть, пустила Алиса Викентьевна вашего журналиста в виду позднего времени, скажем, на постой? Да только живым от такой бабы не уедешь.

Если что-то ей там померещилось… А вы ко мне привязались!

— Но…

— Вы лучше спросите ее, что она со своим мужем сделала!

— А что?

— А то… Стреляет баба в упор, не раздумывая! А человек, говорят, только и всего-то — навестить хотел! В гости приехал!

Светлова озадаченно глядела на Феликса Ивановича.

23
{"b":"1840","o":1}