ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— За что?

— За предположение… — она поздно спохватилась, что рядом еще один — и очень любопытный — слушатель, и постаралась говорить завуалировано:

— Я как-то не подумала, что дело вовсе не в разводе. Почему же ты не поправил меня?

Остин пожал плечами.

— Думаю, это неважно.

Речь, конечно же, шла не о смерти жены. И поскольку было ясно, что он подразумевает, Пейдж подумала с раздражением, что можно было просто высказаться напрямик. Неважно, что ты думаешь обо мне.

Ей стало неловко.

— Может, нам следует обсудить, как быть с прошлым?

— Нашим общим прошлым? Не кажется ли тебе, что поздновато? Похоже, ты сделала свой выбор, обратившись ко мне «мистер Уивер».

— Думаю, да. — Она помедлила у машины, поигрывая ключами. — И все равно — извини.

Остин шел к «ягуару», стоявшему за ее машиной, потом повернулся, чтобы взглянуть на бывшую жену.

— Думаю, это не мое дело, — сказал он наконец, но почему ты никому ничего не рассказала?

— Для моих партнерш это не так важно.

— Правда? — Он открыл заднюю дверцу для Дженнифер. — Любопытно.

— Не понимаю, о чем ты.

— Если то, что мы были когда-то женаты, не имеет значения, то почему же ты предпочитаешь хранить это в тайне?

Глава 3

Когда Пейдж вошла в дом, задержавшись в дверях, чтобы повесить ключи от машины на крючок, мать была на кухне и помешивала что-то в кастрюльке на плите.

Мерцающие отсветы с экрана телевизора отразились на хромовой рамке инвалидной коляски Эйлин, когда та поворачивалась к дочери.

— Ты так торопилась вынести мусор утром, Пейдж, что опять оставила молоко на верхней полке холодильника. Ты же знаешь, что мне не дотянуться.

Привет, дорогая. Как прошел день? У тебя озабоченный вид.

Да, мама. Опять заявился Остин Уивер. Ты помнишь Остина? Мужчину, которого, как мне казалось, я любила?

Пейдж подавила горькое чувство. Такому разговору, видно, не бывать. Порой ей трудно было вспомнить, какой была Эйлин до того, как подтачивающая силы болезнь сделала ее сварливой и недовольной всем на свете.

— Извини, мама.

Еще удивительно, подумала Пейдж, что в том смятении, в каком она пребывала утром — зная, что придется провести весь день среди вещей Остина в его новом доме, — она не сунула мусор в холодильник, а молоко не вылила в раковину.

— Из-за твоего легкомыслия мне пришлось есть сухую овсянку.

— Линда из дома по соседству наверняка с радостью помогла бы тебе.

— Ты же знаешь, как мне неприятно просить кого бы то ни было об одолжении, — заявила Эйлин. Сделанного не вернешь, и ни к чему говорить об этом. И о чем это таком важном ты думала утром, хотелось бы мне знать?

Пейдж взяла со стола стопку сообщений.

— О предстоящем напряженном дне.

— Так, видно, и было. Ты пришла поздно.

— Я заезжала примерить платье к свадьбе Сабрины.

Эйлин покачала головой.

— Мне бы не хотелось, чтобы ты вращалась в их кругу.

— Она одна из моих лучших подруг. И гостей будет совсем немного: Сабрина задумала скромную свадебную церемонию. Безо всяких там слонов, укротителей тигров, «сахарной ваты» и цилиндров с блестками — даю слово.

Эйлин фыркнула.

— Ты не принесла платье домой. Решила показать мне в последний момент, когда поздно будет возражать?

— Нет, я просто забыла его.

Пейдж бегло просмотрела листочки. В основном просьбы от клиентов «Жены напрокат» выполнить поручения и мелкую работу. В стопке нет ничего срочного; появись срочный заказ, Эйлин тотчас сообщила бы кому-нибудь из партнеров.

Эйлин глянула на дочь пристальней.

— Забыла? Думаю, оно из магазина дамского белья, который Сабрина так обожает. Ты явно смотрелась бы куда приличней в купальном костюме.

Пейдж начала сортировать сообщения.

— Спасибо, что так хорошо поработала на телефоне.

Эйлин пожала плечами.

— Чем еще мне заняться? Тот надоеда опять звонил.

— Кто-то балуется по телефону?

— Можно и так сказать. Я говорю о Бене Оркуте.

Его сообщение там где-то.

— Полагаю, опять надо мыть посуду, — вздохнула Пейдж. — Порой я жалею, что он понял буквально слова Сабрины почаще вызывать нас, а не складировать горой грязную посуду.

— Согласись, — фыркнула Эйлин, — было бы лучше, если бы Сабрина научила его мыть посуду, но ей не хватит на это деловитости. У вас столько клиентов, что можно обойтись и без него.

— Он все равно остался бы клиентом. Просто нашел бы другой повод позвонить. Он одинок, в этом все дело.

— Большинство мужчин не умеют развлекаться.

Не говоря уже о том, чтобы позаботиться о себе.

Твой отец, к примеру…

Пейдж умело перевела разговор на другую тему:

— Не разберу, что здесь написано. Сообщение от Кэрол Форбс — какую ей бумагу надо? Речь об обоях?

— Нет, выпуск денверской «Пост» со статьей о ее племяннике.

— Да, верно. Вот и дата. Если ты не против, мама, мы могли бы опять привлечь тебя для работы на телефоне. Кэсси будет наряжать завтра елки клиентам, а мне придется заняться подготовкой праздничной вечеринки для сотрудников «Тэннер».

Эйлин пожала плечами.

— Мне и вправду больше нечем заняться, пока сижу и дожидаюсь тебя.

Пейдж отметила про себя, что не стоит испытывать угрызения совести из-за намека матери.

— Мне подумалось, не выбрать ли елку и нам в выходные?

— Какой смысл? Я не очень люблю Рождество, да и тебя праздники выматывают. Затея того не стоит.

Пейдж глубоко вздохнула.

— Рождество — мой любимый праздник.

— Знаю, — сухо заметила Эйлин. — В далеком прошлом. Ты ведь не думаешь наладить отношения с Остином? Ведь он вернулся!

Пейдж вздрогнула.

— Как ты узнала… — она прикусила язык, но было поздно.

Эйлин, похоже, позабавила ее реакция.

— Я видела сюжет о его назначении на канале новостей бизнеса. Ведь ты и не думала сообщать мне о том, что он вернулся в Денвер?

— Мне показалось, тебе это не очень-то интересно, — сухо произнесла Пейдж.

— Как же не интересоваться человеком, который использовал мою дочь в своих целях, а потом бросил? Ты ведь не лелеешь глупых надежд?

— Вернуть его? Конечно, нет.

— Вот и замечательно, — с удовлетворением проговорила Эйлин. — Ведь из этого ничего не получится. Если же вместо розовых романтических мечтаний ты думаешь хоть как-то отомстить за то, как он обошелся с тобой, — что ж, думаю, тебе и это не по силам.

Бездумно брошенное матерью предположение, что она потерпит фиаско — что ей не хватает привлекательности, женственности и ума, — задело Пейдж за живое. Так ей не вернуть Остина? И не найти, как поквитаться с ним за то, что бросил ее?

Или что еще лучше — добиться и того, и другого?

Пейдж уже готова была принять вызов — не для того, чтобы поставить Остина на место, а чтобы доказать, что мать ошибается.

Только это так по-детски, спохватилась она.

Остин бывал в кабинетах «Тэннер электроникс» всего раз, да и то просто прогулялся, присматриваясь, стоит ли принимать предложение, и рядом неизменно был Калеб Тэннер. Пришла пора разобраться в людях, работе и окружении без посторонних подсказок и вмешательств, решил он.

Итак, войдя в вестибюль атриума со стеклянным потолком, Остин не сразу направился в административное крыло, а прошелся по коридорам, заглядывая в маленькие кабинеты и конференц-залы, рассматривая экраны компьютеров и прислушиваясь к разговорам.

«Тэннер» была компанией молодой, с узким кругом сотрудников и доверительной атмосферой.

Сейчас она переживала муки роста. Остин знал это еще до того, как решил здесь работать, потому-то предложение Калеба так его и заинтересовало. Его манила перспектива достичь процветания и прочного положения фирмы.

Оказавшись наконец у кабинета Калеба, Остин вдруг нахмурился. В приемной не было секретаря как и в первый раз, припомнил он, — а потому он прошел к открытой двери кабинета и тихо постучал.

6
{"b":"18402","o":1}