ЛитМир - Электронная Библиотека

Она вспомнила о слухах, что диван в кабинете Сайласа раздвижной. Она слышала об этом еще в первые месяцы своей работы в «Шервуде», но все разговоры тут же прекращались, как только появлялся Сайлас, и она не могла понять, была ли в этом хоть толика правды. Сандра не удивилась бы, узнав, что у отца есть любовница, — ее поразило бы больше, если б она узнала, что на протяжении всех лет тягостного брака Сайлас оставался верен брачным клятвам. Но все-таки раздвижной диван — это уже не в характере отца. Эдакий небольшой уютный пентхаус…

Но если в офисе стоял диван, то он там и остался, Коннор не менял мебель. Из кабинета не доносилось никаких звуков.

Сандра постучала, но никто не ответил. Подумав немного, она нажала на дверную ручку двери. В офисе было темно и пусто.

Она уже повернулась, чтобы уйти, но острый приступ тошноты заставил ее помчаться в ванную. Все уже прошло, когда внезапно кто-то включил в ванной свет. Она протянула руку, пытаясь защититься от слепящего света, и услышала голос Коннора:

— Надо было предупредить тебя, чтобы ты воздержалась от пирога, испеченного Кэрол. Чем обязан такой чести? Ведь эта ванная не ближе других к банкетному залу.

Сандра с трудом поднялась на ноги, не обращая внимания на его протянутую руку, и подумала, что, если начнет сейчас рубить сплеча, ничего не получится. Не стоит говорить ему о ребенке. У нее убедительная и веская причина увидеть его, и глупо отвлекаться — на что бы то ни было.

— Не подумай, что я вмешиваюсь, Коннор, но… — Она помолчала и прикоснулась к полотенцу, которым обмотала голову. — Не возражаешь, если я присяду?

— Конечно, нет! Кэрол сказала, что ты меня искала сегодня днем, но, видимо, потом передумала. Ты все же решила поговорить со мной? — Он провел ее в кабинет и включил свет.

Сандра украдкой взглянула на диван. Под этими подушками точно спрятан от посторонних глаз матрац. Но мне-то что? — напомнила она себе.

— Поверь, — произнес Коннор, — мне приятно слышать, что ты не собираешься вмешиваться в мои дела. Но о чем ты тогда хотела поговорить?

Сандра подавила вздох, услышав легкую иронию в его голосе.

— О Николь Фокс. Думаю, назначать ее главой исследовательского отдела было бы ошибкой.

— Думаешь? Но это же была твоя идея. — Коннор присел на подлокотник кресла.

— Моя? — Ее голос сорвался.

— Да. Ты же предложила привнести в компанию новую кровь.

Но это не обязательно должна быть она! Брови Коннора воспарили к потолку. Превосходно, подумала Сандра, теперь я кажусь ему просто ревнивой женой!

— Но я даже не знаю, насколько она профессиональна…

— Правильно. Ты не знаешь.

— Но это не имеет значения. Назначить ее или любую другую женщину будет большой ошибкой.

— Давай дальше, я слушаю.

Сандра перевела дыхание. У нее была одна возможность из ста, и надо было ею воспользоваться.

— Назначение женщины во главе определенно мужского отдела будет просто катастрофой. Я ничего не имею против Николь Фокс в частности.

— Я учту твое мнение, Сандра.

— Другими словами, — саркастически ответила она, — ты уже все решил!

Как долго он планировал этот шаг? Когда на прошлой неделе Андерсон сообщил о своем уходе, Коннор не говорил, что хочет предложить эту должность одному из старых сотрудников. Он уже тогда намеревался назначить Николь Фокс?

— Что еще? — спросил Коннор.

Сандра пришла в замешательство.

— Что ты имеешь в виду?

— Что еще тебя беспокоит? Ты явно чем-то расстроена, и это не из-за Ник, ведь ты о ней не знала до сегодняшней вечеринки.

Если бы не плохое самочувствие, Сандра сдержала бы свое раздражение.

— Ничего особенного, просто я беременна, — бросила она.

Он резко и коротко набрал воздух в легкие, и в комнате воцарилась оглушительная тишина. Сандра даже слышала, как неровно и глухо бьется ее сердце.

Внезапно она пожалела, что дала волю гневу. Куда девалась ее решимость быть цивилизованной, дружелюбной и сдержанной? Это никак не вязалось с таким вот грубым сообщением.

— Мне очень жаль, Коннор, — тихо начала она, — я не знала, что наша короткая встреча в Финиксе так закончится.

Он все еще стоял неподвижно, и она решила, что Коннор ее не расслышал.

— Тебе не о чем волноваться, — продолжала она, — я сама с этим справлюсь.

— Ты? Но как? Избавишься от ребенка?

Его голос был абсолютно спокойным, будто — как только шок прошел — ему было не сложно прийти к такому решению. Она была поражена. Он что, действительно полагал, что она способна прервать чью-то жизнь? Хотя и ей этот ребенок был нужен не более, чем ему… Нет. Не в этом дело! Ей была неудобна беременность, а не ребенок.

Незнакомое доныне ощущение пронизало ее тело — смесь жара и волнения овладела ею. Что это? — подумала она в ужасе. Что значит быть матерью? Всепоглощающее стремление любой ценой защитить маленькое существо, что живет в ней?

Слава Богу, решила она, Коннор не имеет к этому никакого отношения. И ей не придется убеждать его или о чем-то просить.

— Вот тебе и ответ. — В самообладании Сандра не уступала Коннору. Она заставила себя подняться. — Извини, если испортила тебе вечер, Коннор, мне, видимо, не надо было утруждать тебя. Надеюсь, наш разговор не будет стоить тебе бессонной ночи? — Она все-таки сумела добавить нотки сочувствия.

Впрочем, Сандра и не ждала ответа. Когда Коннор вновь обрел дар речи, ее уже не было в кабинете.

Сандра металась по комнате, бормоча проклятия. Как смел он подумать, что она захочет избавиться от ребенка? Только когда Сандра закончила укладывать вещи, она немного успокоилась. Конечно, такое холодное отношение к ней Коннора неприятно, но все же в этом есть и некоторые преимущества. Даже лучше, что он так отреагировал. Ее жизнь станет гораздо легче без его вмешательства. Теперь она сможет спокойно растить своего ребенка без обязательств ладить с его «отцом поневоле». Не будет никаких ссор из-за школы и методов воспитания, прав посещения или обеспечения ребенка, никаких обсуждений, купить ли ему хоккейные коньки или балетные туфли. Да, так для них, для всех троих, будет лучше!

Эти размышления окончательно успокоили ее, и она даже попыталась поставить себя на место Коннора. Он несомненно испытал сильное потрясение, когда услышал эту новость, — ведь и ей самой пришлось пройти через такое. Ей уже знакомы и эта паника, и последующее оцепенение.

Конечно, она поступила необдуманно, надо было сказать помягче, тактичнее, заверить, что действует исключительно из желания быть честной, а не из корыстных побуждений.

А вместо того она обрушила на Коннора всю правду, словно озолотила его. Не удивительно, что он пришел в ужас. Он даже мог решить, что она потребует отказаться от развода.

В тишине поворот ключа в замке входных дверей показался ей пистолетным выстрелом. Сандра заметалась и стала всматриваться в темноту, когда двойные двери распахнулись. В дверях возник Коннор. Перекинув плащ через руку, он вытащил ключ из замочной скважины и повернулся к ней.

Она совсем забыла попросить его вернуть ключ. Даже замок не поменяла с тех пор, как он уехал. Разводясь, они не собирались отбирать друг у друга собственность в стремлении отыграться за общую неудачу.

— Что ты здесь делаешь в такое время? — требовательно спросила она. Его правая бровь слегка поднялась, и она услышала ровный голос:

— Я не смог приехать раньше. Надо было кое-что уладить.

— Но я не это имела в виду.

Уверенным движением он закрыл дверь.

— Очень мило с твоей стороны, что ты ждала меня, Сандра, и теперь мы сможем продолжить разговор, который ты так грубо оборвала.

Глава ЧЕТВЕРТАЯ

— Это я была груба? А ты как себя вел?

Сообразив, что подобный тон приведет лишь к перебранке, Сандра перевела дыхание и сделала вторую попытку:

— Думаю, нам нечего обсуждать. Мне жаль, что пришлось сообщить тебе это, Коннор. Моя беременность не должна тебя волновать.

9
{"b":"18406","o":1}