ЛитМир - Электронная Библиотека

— Да… Дэзи влюбилась в другого — и задуманная им комбинация невероятно усложнилась! Поэтому он тогда напал на нас на дороге? Хотел убить, убрать с своего пути соперника?

— Думаю, да.

— А он все-таки мастер… Раз-два — и девчонка влюбилась по уши! Послушайте, Лопухин, а мы не ошибаемся?

— В чем именно?

— На что ему, такому неотразимому, было огород городить? Когда он при таких-то талантах героя-любовника мог просто-напросто соблазнить девчонку, причем на три счета… Жениться и законно, без всякого криминала, получить то, что хотел.

— Э-э… Мне кажется, вы плохо представляете себе психологию нувориша Видена Анатольевича Медведева, проделавшего за каких-нибудь несколько лет путь от учителя физкультуры до владельца миллиардной стоимости сибирского комбината. Как, по-вашему, эти люди для чего так старались? Из-за чего пускались во все тяжкие? Ради спортивного интереса?

«Я тут маленько потрудился: основал финансовую империю средних размеров… А теперь налетай, женихи-проходимцы, я вам ее дарить буду!»

— Нет?

— Нет, голубушка… Не ради же спортивного интереса господин Медведев по краю ходил. И даже не из-за того, чтобы хапнуть и пожить. Тут интересы посложнее… Нет, дорогая… Все эти труды в поте лица и ходьба по краю пропасти были ради более высоких интересов… Ради основания династии! Небольшой, но империи… А империя — это наследники, традиции. Это на века. Поэтому брак наследницы для папы-нувориша слишком важная материя, чтобы принимать в расчет всякие нюни про любовь-морковь.

И ваши российские скороспелые нувориши в таких брачных вопросах будут пощепетильнее членов английской королевской семьи. Не сомневаюсь, что жениха с хорошим прицепом, чтобы все соответствовало: финансы, состояние, положение, — папа Медведев выбрал бы для Дэзи сам.

Лопухин сделал паузу. И Светловой показалось, что его молчание было не слишком веселым.

— То есть вы хотите сказать, будь Виден Анатольевич жив, у нашего обаятельного Руслана не было бы ни малейших шансов даже близко к Дэзи подступиться?

— Точно. Как, впрочем, и у меня. Мы слишком мелкая сошка. В женихи такой девушке не годимся.

Забота о браке дочери для таких, как Медведев, уже своего рода забота о бессмертии.

— То есть?

— Понимаете, человек, который достиг всего, о чем даже и мечтать не смел, о чем, по-вашему, такой человек должен теперь заботиться?

— А правда, о чем? Ведь все уже есть: власть, деньги, известность…

— Правильно, все есть. Недостижимым остается только бессмертие… Основать клан, династию, маленькую империю Медведевых — это и есть единственно возможный для такого рода людей путь к частичному бессмертию.

— Любопытная теория…. Ну а что же его охранник Лепорелло?

— Бедный преданный Лепорелло… Недаром его так прозвали. Он был как верный слуга — и даже более чем слуга! — предан Медведеву. Этим все и объясняется. Очевидно, именно ему приказали уничтожить труп его хозяина, как самую главную улику. Но он не сделал этого. Вместо того чтобы сжечь его, закопал… Похоронил. А поскольку в тех местах вечная мерзлота, тело отлично сохранилось….

— Значит, этот парень сохранил тело.., с удаленной гортанью?

— Именно так.

— А Руслан об этом узнал?

— Ну да… Он догадался, конечно, когда Дэзи стала рассказывать ему об этих схемах и планах, которые передавал ей Лепорелло.

— Кстати… Получается, что Дэзи не сказала Руслану, что вы сыщик?

— Я думаю, она сама мне не поверила. Собственно, потому мы и расстались, что девушка посчитала меня проходимцем.

— Да-а… Настолько перевоплотиться! Для сыщика такое соответствие своей «легенде» — просто высший класс работы! — не удержалась от ехидства Аня. — Я ведь, как, впрочем, и все остальные в отеле, тоже была уверена, что вы всего лишь ищущий развлечений оболтус!

— Спасибо, спасибо, Светлова, на добром слове.

Вы правы, высокий профессионал — только тем и. утешаемся! А вот некоторые могли бы, мне кажется, от шуточек и воздержаться.

— Виновата, виновата…

— Впрочем, вернемся к Лепорелло.

— Значит, Климов узнал о таинственных посланиях и поторопился его убрать?

— Выходит, что так. Видимо, Лепорелло боялся напрямую связаться с дочерью Хозяина и очень рассчитывал, что его писульки откроют ей глаза. Ведь он был уверен, что она взволнована долгим отсутствием отца и схватится за любой намек, любую информацию, которая способна пролить на это свет. Он ведь и не подозревал, что Дэзи почти ежедневно говорит со своим «отцом» по телефону. И что его послания лишь поставят ее в тупик. Лепорелло знал, что его Хозяин был убит на операционном столе, но он не знал второй части плана: что существует человек, который отныне говорит голосом Хозяина. Этим и объясняется то, что он открыл дверь убийцам. Видимо, его попросил об этом человек с голосом Видена Медведева.

— А что было дальше?

— Дальше Руслан Климов решил поправить ошибку: уничтожить главную, чудом сохранившуюся улику.

— Труп Медведева?

— Да. Но для этого ему надо было поехать отсюда в Сибирь. В его покетбуке, который стянула неугомонная мартышка и который чудом попал к нам, была, кстати сказать, и информация о некоторых явно интересовавших его авиарейсах.

— А что же вы?

— Я еще тогда не знал, что именно нужно ему в этой Тавде. Я только понимал, что ему крайне необходимо туда попасть, если он пошел на убийство Лепорелло. Но зачем?

— И вы тогда…

— И я тогда, разумеется, захотел его опередить.

— Понятно…

— Я понял, что все сходилось на Климове. Выходило, что он убил Кубоцкого, людей в фуникулере, Мартина. Я был почти уверен, что он задумал убрать бедолагу Мартина, еще когда планировал поджог фуникулера. Ведь и сам этот пожар он придумал скорее всего именно потому, что узнал о существовании в городке маньяка-пиромана. Если кого и заподозрят, то сразу этого Мартина… Таков был расчет. К тому же Климов, очевидно, надеялся, что смерть Мартина еще больше убедит Дэзи в том, что все дело в пиромане.

— Если бы пожар в гараже удался, так бы оно и вышло, — согласилась Светлова. — А уж потом он бы постарался внушить невесте, что и «дядя Костя» помер без посторонней помощи.

— В общем, я был уверен, что, не побывав в том злополучном месте, которое Лепорелло отметил на карте крестиком, нельзя понять, что скрывается за этими убийствами. Зачем Климов скрывает свою профессию и выдает себя за художника? И главное, при чем тут Дэзи? Увы, очевидно, эта личная заинтересованность и оказалась главной, когда я принимал решение.

"Да уж, — подумала Светлова, — пожалуй, судьба оказалась к Никите немилосердной. Как говорится, «их разделяет пропасть»: дочь преступника и сыщик…

Ну просто мексиканские страсти. Вот ух, право, два мира, две судьбы. Может, для Сыщика и хорошо, что Дэзи прекратила тогда этот роман?"

И она грустно вздохнула.

— Что это вы так вздыхаете? — сразу насторожился Лопухин.

— Да так, ничего… Что же, значит, вы там, в Сибири, были никаким не Интерполом? — уточнила Анна, торопясь увести разговор от грустной темы.

— Никаким не Интерполом, — согласился Лопухин.

— И никаким не сыщиком и не детективом?

— Сыщик и детектив… Только получается, что я временно стал частным детективом.

— Значит, вы как бы выполняли частное поручение?

— Именно… Свое собственное.

— Как же вы все-таки решились?

— Понимаете, Анна, отпечатки пальцев Руслана Климова на компьютере ставили точку над "i".

— Отпечатки пальцев?

— Ну, разумеется… Ведь у меня, признаться вам, коллекция отпечатков пальцев всех обитателей отеля «Королевский сад».

— Любопытное признание! — ошеломленно заметила Светлова. — Значит, и отпечатки моих пальцев у вас тоже есть? — уточнила она.

— Извините, но на всякий случай я, конечно, снял и ваши пальчики! — не стал разубеждать ее Сыщик. — А вы как думали?

— Да я и не думала, — вполне искренне призналась Анна. — Я, знаете ли, расслабилась. Полагала, что вы мне доверяете.

56
{"b":"1841","o":1}