ЛитМир - Электронная Библиотека

— Пусть восстанет ото сна тот, кто превратился в прах! Заклинаю тебя, именем того, кто породил нас, ответь на мой призыв!

Как ловко она избегает называть по имени своего черного господина, думал Питер, похоже даже на христианскую молитву. Ну что за голос! Миссис Адамс не пришептывала, как это обычно делают медиумы, а ревела точно бык.

И ее рев был гораздо красноречивее и больше подходил к случаю: когда взываешь к мертвым, нужно кричать громче, иначе они не услышат.

Миссис Адаме снова нагнулась и бросила поверх раскиданной сухой глины два маленьких белых предмета. Они упали с громким стуком. Бормоча заклинание, она быстро замахала руками, и свечи потухли.

Питеру сначала показалось, что это произошло без всякого участия миссис Адамс. Но потом он вспомнил, что не раз видел в цирке, как фокусники точно таким же образом тушили свечи. Запах горячего воска не мог заглушить ядовитой гипнотизирующей вопи. Наоборот, она становилась все сильнее. Комната была запечатана, дверь и окна закрыты, и все же Питера не покидало чувство, что кто-то сюда проник и, притаившись, ждет... Когда свет погас, все вскрикнули, и потом слышалось только хриплое дыхание Кэт.

Питер решил, что, если призрак должен появиться, сейчас самое время. Ритуал свершился, заклинание произнесено. Да и с практической точки зрения полная темнота как нельзя лучше способствует возникновению материальных духов. Питер, в одних носках, вышел из круга. Было так темно, что он не видел своей руки, поднесенной к глазам, и был уверен, что его хватятся не сразу. Только чутье подсказывало ему, куда двигаться. Он шел в противоположный конец комнаты, в направлении двери и окна. Окно вызывало у него больше подозрений, так как Питер по собственному опыту знал, что там очень удобное место для материализации из мертвых.

Внизу, под окнами, что-то происходило. Похоже, призрак собирался раздвинуть шторы. И правда — Питер услышал, как шторы, отодвигаемые неизвестным, зашуршали, и увидел бледный квадрат неба, который все увеличивался. После кромешной тьмы кусочек серого ночного неба казался ярким, как солнце. Только одна вещь озадачила Питера: кто раздвигал шторы, если за ними никого не было?

В отличие от него этот призрак появился не из окна. Они — кто бы то ни были — имели больше времени на подготовку и сделали более эффектный номер. Безликая фигура плавно поднялась с пола — черный силуэт молодого мужчины, прямой и худощавый. Явление застало Питера на полпути к окну, и он почувствовал, как у него за спиной сгущается ужас. Молодой человек замер, пораженный догадкой. Призрак смутно кого-то напоминал... Это... это был...

— Боже всемогущий... — прошептал Питер, и его шепот эхом отдался в мертвой комнате.

Затем он бросился вперед, совершив самый длинный в своей жизни беспосадочный бросок. Когда пальцы его вытянутых рук коснулись твердой человеческой плоти, он почувствовал такое облегчение, что едва не выпустил добычу.

— Свет! — заорал Питер и неприлично выругался, потому что ему в руку впились острые, вполне материальные зубы.

Человек, которого он схватил, оказался бешеным животным. Он извивался, брыкался, кусался, визжал, и Питеру стоило большого труда его утихомирить. Когда зажгли свет, ослепленный Питер нанес ему последний удар, и призрак лег на полу всхлипывающей кучей. Питер поднялся, испытывая легкую тошноту.

Это, конечно, был Тимми. Ошибиться было невозможно, хотя сейчас он закрывал свое безобразное лицо руками. Не успел Мартин, который и включил свет, подойти к нему, как тот упал на спину и забился в припадке. Его тело свело судорогой, глаза закатились, на губах выступила пена. Питер отступил, а Мартин опустился на колени возле корчащегося Тимми, милосердно прикрыв его лицо.

— У него эпилепсия? — догадался Питер.

— Да, вдобавок ко всему.

Из-за спины Мартина Питеру было видно, как тот всовывает в рот Тимми скомканный носовой платок. Питер торопливо отвел глаза.

— Это все, что я могу сделать, — сказал врач, — припадок пройдет через несколько минут. Нет, Кэт, вам не стоит подходить сюда. Он сейчас... э-э-э... не слишком красив.

Кэт осталась, где была, в добрых десяти футах от Тимми. Ее лицо выглядело как маска смерти. Однако, несмотря на белизну, было заметно, что она испытывает облегчение и жалость.

— Тимми? — пролепетала она. — Всего лишь... Тимми?

— Всего лишь, — подтвердил Питер, машинально оттирая руки носовым платком. Взглянув на платок, он с удивлением увидел на нем какие-то красные пятна.

— Вы ранены, — всполошилась Кэтрин. Питер недоверчиво смотрел, как из-под манжеты вытекает новая струйка крови.

— У него нож! — воскликнул он, поворачиваясь к доктору. — Ради бога, отнимите у него нож, пока он не очнулся!

— Вот он. — Мартин вытащил нож из-под тела Тимми, который уже почти не дергался. — Какое счастье, что он не упал на лезвие.

— Для кого, может, и счастье... — Питер поднял рукав, и у него на руке пониже локтя обнаружился порез длиной в несколько дюймов.

Мартин взял его руку и поднес к глазам.

— Рана не глубокая. Кэт перевяжет вам руку, а я должен доставить в больницу несчастного мальчика.

Питера покоробила чрезмерная заботливость. Тимми, конечно, ненормальный, но он же пытался его убить! Вдвойне обидно оттого, что теперь, увидев рану, он почувствовал жгучую боль, которой не заметил сначала от чрезмерной ажитации.

— Вызвать «скорую помощь»? — предложила Кэт.

— Нет, не надо. — Мартин покачал головой. — Он скоро будет в порядке. Я сам его довезу. Вот, смотрите, он уже приходит в себя.

— Идемте наверх, мистер Стюарт, — позвала Кэт, — я сделаю вам повязку. Я бы с удовольствием поручила Тифани позаботиться о вас, но она успокаивает Берту.

Питер двинулся за ней, но в дверях остановился.

— Я не хочу залить кровью ваш персидский ковер, — сказал он. Обернувшись, она взяла его руку, чтобы увидеть рану. Это прикосновение

заставило обоих вздрогнуть. Кэтрин на секунду замерла, глядя на их соединенные руки, затем повернулась и стала подниматься. Наверху она вдруг остановилась. Это произошло так внезапно, что Питер едва на нее не налетел.

— Питер! Я поняла... Ведь это Тимми...

— Да. Это Тимми, — спокойно произнес Питер, — простой, дешевый трюк.

Он недооценил ее. Кэтрин не нуждалась в успокоении. Она досадливо тряхнула головой:

— Да нет же, я не о том! Для чего ему это? Ведь мы бы его узнали.

— Ну... в такой темноте...

— Почему же в темноте? — Пошуршав в кармане юбки, она вытащила маленький фонарик.

Питер сложил губы трубочкой и беззвучно присвистнул, рассматривая ее решительное лицо с невольным восхищением.

— Да... Этого Тимми не мог предусмотреть. У него не хватило бы мозгов. Но если за ним кто-то стоит, то этот человек должен был принять меры предосторожности. Лицо Тимми нельзя не узнать. Не было ли у него... вы это имеете в виду?

— Да, не было ли у него маски? Вы его не обыскали?

— Представьте, нет. Я даже не знал, что у него есть нож.

— Простите, я забыла. Идемте.

Две минуты спустя, критическим взглядом осмотрев свою работу, она одобрительно кивнула.

— Давайте я помогу вам раздеться и лечь в постель. — Питер молча смотрел на нее. Через секунду уголки ее сжатого рта медленно и неохотно поползли вверх. — Хорошо, я пришлю к вам Уилла.

Кэтрин схватила телефон на тумбочке у кровати.

— Доктора Мартина, пожалуйста... да-да, я подожду... Пол, это Кэт. Все в порядке? Хорошо. У меня к вам одна просьба. Мне пришло в голову, что Тимми хотел устроить маскарад. Не могли бы вы проверить, нет ли у него какой-нибудь маски, парика в кармане? Или, может быть, чулка? Ах вот как... Да, я поняла. Нет, ничего не случилось. Спокойной ночи, Пол. — Она взглянула на Питера: — Они обыскали его одежду. Никакой маски не нашли. Спокойной ночи, мистер Стюарт. Спасибо вам.

— В прошлый раз вы назвали меня по имени.

— Я оговорилась. — И она вышла, хлопнув дверью.

14
{"b":"18411","o":1}