ЛитМир - Электронная Библиотека

— Кажется, нам повезло. Пленка закончилась раньше, чем запас красноречия миссис Келли. Давай это просто сотрем?

— О боже, конечно. — Табита содрогнулась и обхватила себя руками. — Вернуться домой? Да Мэгги скорее щепки себе под ногти загонит. Знаешь, Алекс, мне изо дня в день приходится общаться с чокнутыми издателями и чокнутыми писателями, но эта женщина по-настоящему ужасна.

— Она уникальна. — Сен-Жюст нажал на кнопку «удалить». — Ну, вот и все. Не уходи, Мэгги скоро вернется. Я ненадолго тебя покину — Стерлинг просил принести ему чистящих средств.

— Ты — и вдруг чистящие средства?

Он продемонстрировал синее ведро. Из ведра торчали губки и пластиковая бутыль чистящего средства.

— Это для Стерлинга. Присоединишься к нам? Мы обнаружили один почти целый стул.

Он открыл дверь и провел мрачную Табби через холл в развалины, некогда бывшие его квартирой. Спальни и личный кабинет Сен-Жюста уже почти привели в порядок, кухню тоже, но к гостиной и столовой еще только приступили.

— Что… что стряслось?

Сен-Жюст сопроводил Табиту к единственному целому стулу в гостиной.

— Долго рассказывать, да и скучно. Если вкратце, то у бывших жильцов было что-то, что очень нужно кому-то, и этот кто-то решил поискать это что-то самостоятельно.

— Кража, — произнесла Табби. — Или нет? Не кража? Алекс, что происходит? Стив? И ты здесь? Ты что, убираешься?

У Стива были закатаны рукава, в руках он держал здоровенный мешок с мусором. Стив кивнул Табби:

— Алекс прав, это долгая история. Алекс, здесь работали профи. Ты это, наверное, и сам понял.

— Профи? — Табита посмотрела на Алекса. — Ничего не понимаю. Это как-нибудь связано с Берни?

Пришлось Сен-Жюсту объяснить ей все по порядку. Тем временем неожиданно трудолюбивые Киллер и Мари-Луиза начали раскопки руин гостиной и столовой.

— Мафия? — произнесла Табби в конце рассказа, яростно озираясь, будто решая, не рвануть ли на выход. — Но это же опасные люди. Ненормальные.

— А также очень безнравственные, — согласился Сен-Жюст, глядя, как Мари-Луиза собирает осколки разбитой люстры. — Но мы скоро приведем все в порядок.

— Только не говори мне, что вы остаетесь тут. Они же могут вернуться.

— Могут. Они искали во всех комнатах, и если они не нашли то, что искали, в последний момент, то ушли с пустыми руками. — Он слегка нахмурился, вспомнив о папке, которую дала ему Холли Спивак. — Ну, почти пустыми.

— Но сначала они оставили вам записку на зеркале, — вернулся Стив. — Алекс, я тут позвонил по мобильному, пока выбрасывал мусор. Ну, тому своему другу, помнишь? Он сказал, что мы, наверное, имеем дело с кланом Тотила. Голдблюм представлял их интересы. Энрико Тотила — игрок низшей лиги, с Джоном Готти[26] и рядом не стоял. У него алиби, он сидел в тюрьме за незаконное хранение оружия, когда Голдблюма убрали. Ему ничего не смогли предъявить. Тотила выпустили полгода назад. Здесь побывали его люди.

Табби поднялась на ноги:

— Пойду… попью водички. И вообще помогу на кухне. Да, точно. — Она схватила ведро и пошла через гостиную.

Из-за дивана высунулся Джордж с большими осколками разбитой вазы в руках. Парнишка упорно продолжал называть себя киллером, как Сен-Жюст ни старался сделать из него человека, занять делом (то есть труппой «Уличных Ораторов и Артистов»).

Киллер был худеньким, трогательным, похожим на ласку парнишкой с добрым сердцем, мозгами и мужеством тугой дверной пружины и недержанием мочи, как у маленького ребенка.

— Он сказал «Энрико Тотила»? — Киллер уронил осколки в металлический ящик для мусора, где они разбились вдребезги.

— Да, Джордж, по-моему, лейтенант именно это и сказал. А что? Ты знаешь этого человека?

— Кто, я? — Маленькие глазки Киллера от ужаса стали почти большими. — Нет. Я не знаю. Я его не знаю. Впервые слышу.

— Успокойся, Джордж, — примирительно произнес Сен-Жюст, после того как парнишка сделал три шага назад и треснулся об стену. — Держи свой мочевой пузырь в руках. — Он вздохнул. Киллер оставался одним из его разочарований. Местами он мог на парнишку воздействовать, но не изменить его по-настоящему. — Да не в прямом смысле, Джордж.

— Ты ведь из Морнингсайд-Хайтс? — спросил Стив, когда Киллер уронил руки по швам и покраснел. — Клан Тотила там не заправляет.

— Нет, сэр. Но его тетя Изабелла живет по соседству с моей бабушкой, и мистер Тотила ее навещает. Он как-то раз плюнул в меня.

— Как это мило. Спасибо, Джордж, что поделился с нами. А сейчас прогуляйся к Марио за его замечательными сэндвичами и салатами, чтобы я поблагодарил всех за помощь. Да, и не разговаривай с репортерами, если они еще не ушли.

— Конечно, — пролепетал как всегда покорный Киллер, взял протянутые Сен-Жюстом деньги и рванул к дверям.

— А теперь, — Сен-Жюст повернулся к Венделлу, — скажи, где мне найти этого Энрико Тотила?

— Тебе незачем его искать, — покачал головой Стив, — он сам тебя найдет. Черт, да он уже тебя нашел. Наше дело — выяснить, что… его головорезы пытались тут найти.

— Тебе наплевать, что я отказался вызвать сюда твоих коллег?

— В другой раз мне было бы не наплевать. И еще как не наплевать. Но сейчас я в гробу видел своих коллег, как ты их называешь. Кроме того, это моментально дойдет до Деттмера, хватит с него и Берни. И вообще, у меня такое чувство, что у тебя на этих парней особый зуб. Телевизор, да?

— Не могу с тобой не согласиться. Даже у Стерлинга на них зуб. Сначала мы сами поговорим с ними и только потом отдадим тебе. Если у нас все получится.

— Держите меня в курсе дел. Я дам вам удочку, но ловить рыбу вам придется самим.

— То есть ты поможешь нам отыскать братков, мы с ними разберемся, а затем ты устроишь облаву?

— Мэгги права. Ты слишком много смотришь телевизор. Мы не говорим «братки». Так только телеполицейские говорят.

— Правда? А как же их называете вы?

— Ублюдки, дерь… — нет, для телевидения это не годится.

— Да, ты прав.

— Кабельное телевидение. Да, для кабельного сойдет. И для кино тоже, — Венделл поправил журнальный столик. — Знаешь, Блейкли, похоже, мы начинаем ладить.

— Да, я заметил, — Сен-Жюст подобрал с пола вязаную салфеточку. — Весьма странно, учитывая, что мы с тобой конкурируем.

— Из-за Мэгги, да? — Стив запустил пальцы в шевелюру. — Она сказала мне, что вы не очень близкие родственники.

— О да, не близкие, — подтвердил Сен-Жюст. — Она мне… очень нравится.

Стив ухмыльнулся:

— Может, подбросим монетку? Ладно, шучу. Значит, ты остаешься? Не хочешь вернуться в Англию?

— Нет, я не планирую вернуться в мои… владения в ближайшее время. Я, понимаешь ли, долгие годы мечтал попасть сюда.

— Ну, попытка не пытка. Значит, мы конкурируем. Что ж, с этим можно жить. На это не значит, что мы не можем быть друзьями или работать вместе.

Сен-Жюст встал в позу:

— Тебе это неприятно.

— Тебе тоже. Верно. Но пока мы одна команда. В смысле, работаем вместе. Главное — чтобы Мэгги не совала нос в наши дела.

— Да, ее восхитительный маленький носик — это проблема, — согласился Сен-Жюст. — Давай вместе держать его подальше от наших дел, даже когда узнаем, что у нас разные шансы на достижение нашей общей цели.

— Если ты имеешь в виду, что мы должны защищать Мэгги, но при этом оба вольны… ну, за ней приударить, то я за.

— Вот и прекрасно. Заранее приношу свои искренние соболезнования в связи с твоими тщетными попытками ее заполучить. А сейчас, когда мы заключили дружеский союз, быть может, займемся делом? Теперь Бернис вне игры, и Мэгги непременно сунет свой любопытный носик не только в дело Бадди Джеймса, но и в эту маленькую неприятность с Тотила.

— С кем?

Сен-Жюст на секунду закрыл глаза, затем медленно обернулся и увидел Мэгги, которая крепко ухватилась за дверную ручку, чтобы не упасть.

— Ты так скоро вернулась? Какая радость. Бернис в порядке?

вернуться

26

Джон Готти (1940—2002) — глава нью-йоркской мафиозной семьи Гамбино. Ему принадлежат слова: «Коза Ностра останется Коза Нострой, пока я не умру». В 1992 году был присужден к пожизненному заключению, умер в тюремном лазарете от рака гортани.

29
{"b":"18419","o":1}