ЛитМир - Электронная Библиотека

— Только не я, да? Это ведь ужин, а не очередная возможность допросить меня, когда Алекса не будет рядом?

Он засветился улыбкой, и у Мэгги подкосились ноги.

— Это свидание, Мэгги. Честно. Я зайду за тобой около шести, хорошо? Понимаю, что рановато, но я еще хочу поработать над этим делом, поэтому буду в офисе и в воскресенье.

— Хорошо, — ответила Мэгги. Она смотрела, как он подошел к лифту и нажал на кнопку. Она знала, что лифт приедет не сразу и ей придется вот так стоять и по-дурацки улыбаться. Поэтому она открыла дверь и с совершенно глупой улыбкой на лице шагнула в квартиру.

— Вот и он ушел. — Сен-Жюст уселся за кофейный столик и склонился над своим ноутбуком. — Хорошо. У этого человека серьезные трудности. В частности, явный недостаток ума.

— Угу, ясно, — неопределенно ответила она, прошла мимо дивана и, все еще улыбаясь, направилась в кухню. И лишь когда она начала убираться, до нее дошли слова Сен-Жюста. Она усмехнулась и громко произнесла: — Эх, а я такая пустышка, что мне это нравится.

— Интересно, — произнес Сен-Жюст.

После обеда он листал книгу, Мэгги в это время работала за компьютером — играла в шарики. Но это работа, уверяла она Сен-Жюста и Стерлинга. За уничтожением шариков к ней в голову приходили самые лучшие мысли.

— Что интересно? — не поворачивая головы, спросила Мэгги.

— Вот эта книга. — Он подошел и положил книгу перед ней.

Мэгги взяла ее и посмотрела на корешок.

— Ну? Один из моих справочников. Что с того?

— Сегодня Кларис читала отрывки из нее. Из этой книги и нескольких других. Несколько книг стояло не на месте. Я знаю, потому что приводил в порядок полки на прошлой неделе. В порыве хозяйственности, хвала господу, покинувшей меня.

Мэгги нахмурилась, прочитав название: «Мотивы. Методы. Возможности».

— Кларис нравятся детективы с убийствами. Она свихнулась на книжках о Сен-Жюсте, и я все время слежу, чтобы она получила гранки. Однажды она обнаружила ошибку, кстати, еще до того, как книгу отдали в печать. Какую-то штуковину я назвала булавой, а это оказалось совсем не то. Она много знает об оружии.

— И ты не находишь это странным? Мисс Серая Мышка одержима оружием?

Мэгги пожала плечами:

— Она одинока. А хобби есть хобби. Есть люди, которые находят странным то, что я отвечаю телевизору.

— Да, это правда. — Сен-Жюст чуть улыбнулся. — Как гласит пословица? Если ты разговариваешь с богом, это молитва. Если бог говорит с тобой, немедля беги к доктору — проверять, не повредился ли ты в уме. Думаю, то же самое и с телевизором. Но ты же не считаешь, что телевизор говорит с тобой, Мэгги?

— Нет, — она взглянула на него. — Я только считаю, что два моих персонажа вдруг ожили, живут у меня и все время задают идиотские вопросы. Но я абсолютно в своем уме, так ведь?

— Не ворчи, моя дорогая, это недостойно. Но вернемся к Кларис и ее любопытству относительно твоей справочной литературы. Она хорошо разбирается в других видах оружия? Огнестрельном? Ядах?

— Кларис? — Мэгги отдала ему книгу. — Вот тут ты переусердствовал. Кларис и мухи не обидит. Ее беда лишь в том, что она помешалась на этом Пинке.

— Она любит его, верно? Боготворит его?

— Да она убьет за него, — ответила Мэгги, разом прикончив целый ряд красных шариков, после чего удовлетворенно вздохнула.

— Неужели? — Сен-Жюст посмотрел на Стерлинга. — А твое мнение?

Стерлинг нахмурил брови и тряхнул головой.

— Вряд ли, Сен-Жюст. По словам миссис Лейтон, мистер Пинкер держал в руках мистера Толанда — все из-за той затеи с розовыми женщинами, помните? Разве выгодно мистеру Пинкеру убирать с дороги мистера Толанда? Нет. Я сомневаюсь.

— Спасибо, Стерлинг. — Сен-Жюст аккуратно поставил книгу на полку. — Я пришел к тому же выводу. Только если мистер Пинкер не увяз в азартных играх глубже, чем мы думаем, а мистер Толанд не собирался уличить его в растратах. Тогда было бы ясно, что устранение мистера Толанда из этого бренного мира стало благоприятным выходом для мистера Пинкера. А это, к моей радости, вновь указало бы на то, что у нашего дорогого мистера Пинкера был мотив.

— Не у Кларис? — Мэгги переключила компьютер в режим ожидания, направилась к дивану и завалилась в мягкие подушки. — Хорошо. Сначала мне показалось, Алекс, что ты упускаешь кое-какие моменты. Но я принимаю версию, что убийца Пинок. Серьезно. Я пойду завтра с тобой, ладно? Когда у тебя разговор с Пинкером?

— О, не стоит, дорогая. Это беседа двух джентльменов. Позвольте даже уточнить: одного джентльмена и одного негодяя. А если говорить прямо, ты будешь очень мешать.

— Я тоже тебя люблю, — проворчала Мэгги и поднялась. — Я бы поспорила, что Пинкер все равно не захочет разговаривать с тобой, так что ты ничего не испортишь. И есть еще одна причина, Алекс, почему я не пойду с тобой. Большую часть дня я буду готовиться к свиданию со Стивом Венделлом. Ах да, и в воскресенье останусь на ночь у Бернис. В понедельник она пойдет на допрос в полицию. Я буду ее морально поддерживать и все такое, как выразился бы Стерлинг. Она сказала, что необязательно, но все-таки я поеду.

Сен-Жюст одобрительно кивнул:

— Кажется, Парацельс сказал: «Когда мы процветаем, настоящие друзья приходят к нам по приглашению, но во времена невзгод они придут сами». Я одобряю. В самом деле, Мэгги, я чрезвычайно тобою горд. Ты настоящий друг.

— Да ладно… — Мэгги вспыхнула. — Спасибо, Алекс. Это так… так мило с твоей стороны. Ты правда не против, что останешься один со Стерлингом на эту ночь?

— Я уверен, мы сможем как-нибудь развлечь себя. Не волнуйся за нас.

Через три дня после четверга наступает воскресенье. Вечер воскресенья в «Стильном кафе» с Лузой.

Нет. Сен-Жюст не был против. Совсем не был против…

Глава 17

В субботний день, насвистывая, виконт Сен-Жюст вышел из дома Мэгги. Светило солнце. Сен-Жюст, поигрывая тростью, кланялся и приподнимал кепку с логотипом любимой бейсбольной команды перед каждой дамой. Он очень сожалел, что Стерлинг не изволил присоединиться к нему, но понимал, почему тот решил остаться дома: в пять начинался сериал «Зачарованные». У мужчины должны быть свои интересы.

С картой Манхэттена в руках он обошел Центральный парк тем же путем, что уже проделывал, когда совершал свою первую прогулку, и повернул направо — в западную часть парка. На первом же углу, напротив входа и «Зеленой таверны», Сен-Жюст задержался, чтобы послушать человека с безумными глазами, который стоял на перевернутом ящике. Он орал в мегафон, что тринадцатое мая — это День Страшного суда, когда Земля будет уничтожена.

Прохожие останавливались на несколько секунд, бросали мелкие купюры и монетки в плетеную корзинку, которая стояла тут же на тротуаре.

— Простите, милейший, — обратился к нему Сен-Жюст, когда он замолчал, чтобы перевести дух. — Тринадцатого мая, говорите? Так это будет завтра?

Человек снова заорал в мегафон:

— Завтра! Да! Завтра! Появятся Четыре Всадника — Смерть, Голод, Война и… м-м-м, в общем, все четверо!

— Мор, — подсказал Сен-Жюст. — Кажется, вы хотели сказать «Мор». Все четверо в один день? Боже правый, как же они будут заняты. Но, не сочтите за дерзость, сэр, если завтра наступит конец всему, зачем же вы сегодня собираете деньги? В этом нет никакого смысла, не так ли?

Человек убрал мегафон, наклонился к Сен-Жюсту и прошептал ему в ухо:

— Иди отсюда, малый. Это мой угол.

— И в самом деле, — легкая тень улыбки скользнула по лицу Сен-Жюста, — твой угол. И тебе позволено сидеть тут, выкрикивать глупости публике и собирать деньги?

— Ну. Вали отсюда. Не мешай работать.

— Конечно. — Сен-Жюст достал десятидолларовую купюру, держа ее на таком расстоянии, чтобы человек не мог дотянуться. — Еще кое-что, с вашего позволения. Сколько вы собираете денег за ваши проповеди?

Человек все-таки дотянулся до купюры, но Сен-Жюст проворно спрятал руку за спину.

52
{"b":"18420","o":1}