ЛитМир - Электронная Библиотека

— Уходишь отсюда? — закончил за нее Сен-Жюст. — Я даже не знаю, что хуже. Когда этот лекарь крутится возле моей задницы или когда ты заставляешь меня выслушивать свои соображения о постельных сценах.

— Ой, прости, — сказала Мэгги, не в силах спрятать улыбку. — Мы со Стерлингом подождем на улице. Поторопись.

— Поторопись? Ты просишь меня поторопиться после того, как сама задержала меня безо всяких причин? Это уму непостижимо, женщина. Неудивительно, что голова болит.

— Наконец-то мне есть за что вас любить, мисс Келли, — доктор Томпсон снова просунул голову в бокс и протянул листок. — Вот рецепт на ибупрофен. Ему понадобится.

Мэгги взяла листок и выпорхнула из бокса с высоко поднятой головой, уверенная, что ее оскорбили. Дважды. Как минимум.

Доктор Томпсон нажал кнопку, двери открылись, и Мэгги вновь оказалась в приемном покое. Она поискала глазами Стерлинга, но в креслах его не увидела.

— Стерлинг, — позвала она не так уж и громко, но он услышал, поскольку был возле справочной стойки.

— Я здесь, Мэгги. Позволь представить тебе мисс Марту Ковакс. Мисс Ковакс, это мисс Мэгги Келли, вы ее знаете как Клео Дули. Мэгги, мы прекрасно провели время, беседуя о твоих книгах.

Мисс Марта Ковакс оказалась пухленькой женщиной лет сорока. Крашеная блондинка с перманентом и слишком ярким макияжем. Она встала, обошла справочную стойку и потрясла Мэгги руку. Мэгги заметила, что на женщине свободная блузка с открытыми плечами и яркая цветастая длинная юбка. Словно крестьянка, которая отправилась за покупками на рынок.

— Ах да, мисс Дули. Я ваша большая поклонница. «Дело графа-самозванца» мой любимый роман. Я читала его раз десять.

— Он самый первый, — Мэгги слабо улыбнулась. Это намек на то, что с каждой книгой у нее все хуже и хуже? Да уж, сегодня удачный денек. — И вам она больше всего нравится?

— О да. — Мисс Ковакс слегка покраснела. — Когда виконт занимался этим… ну, в общем… с леди, как там ее звали… В траве позади оранжереи… Когда она обхватила его ногами за… ладно. — Мисс Ковакс замолкла, обмахиваясь ладонью. — Это моя любимая сцена.

— Не сам сюжет?

Мисс Ковакс взмахнула рукой:

— Ну да, конечно, и сюжет. Но Сен-Жюст… Умереть просто. Признаюсь, двери моей спальни всегда открыты для него.

— Ясно, спасибо. Приятно познакомиться. — Мэгги помахала Стерлингу, чтобы он шел за ней. — Для кого же я пишу, Стерлинг? — спросила она, когда они вышли на улицу. — Только, пожалуйста, не говори, что я пишу для нее. Это ужасно. Вот Алекс обрадуется… Кажется, ему, бедняге, предстоит и дальше совать деталь А в отверстие Б, ибо если Марта Ковакс хочет видеть его в постели, этого же захочет и Берни.

— Мэгги, я, правда, не очень понял тебя, но можно ли спросить про Сен-Жюста? Как он? Не покалечен? Мисс Ковакс сказала, что нет.

— Ой, прости, пожалуйста. Меня обычно несет, когда я не хочу думать о плохом, например, об Алексе под колесами автобуса. — Она крепко обняла Стерлинга. — Алекс жив и здоров. У него слегка болит голова, вообще неважное состояние, но в остальном — нормально. Как только он оденется, мы все вместе поедем домой.

Стерлинг заметно расслабился.

— Я очень надеялся, что прав, — он улыбнулся Мэгги. — Пока ты не убьешь нас, Мэгги, мы не можем умереть. Здорово, да? Значит, я могу есть сколько угодно чипсов.

Мэгги вытаращилась на Стерлинга. Все томные сцены тут же улетучились из головы.

— Я… я никогда не думала об этом. Ты, наверное, прав. Ведь его сбил автобус. Или он сбил автобус. Без разницы. Он может удариться, получить сотрясение, но не покалечиться. Классно!

— Да уж, классно, — проговорил Сен-Жюст прямо у нее за спиной, и она повернулась к нему лицом. Он стоял, опираясь на трость. — Классно и совершенно нелепо. Если я могу получить сотрясение, то могу и покалечиться. Я размышлял, пока лежал на этом пыточном топчане, и сделал свои выводы. Я уверен в том, что смертен. Стерлинг, хорошо, что ты пришел, беспокоясь обо мне.

— Значит, ты здоров? Должен сказать, я перепугался. Нам звонили из полиции.

— Кажется, этот город кишмя кишит полицейскими, санитарами да лекарями. Они хотели отвезти меня в другую больницу, но я отказался ехать куда-либо еще, кроме этого пыточного заведения, и они согласились. А сейчас отправимся домой и сообща подумаем, кто толкнул меня под автобус.

Мэгги нахмурилась:

— Как? Его не поймали? Мне казалось, что это очередной придурок, который толкает людей под поезд в метро, втыкает в них иголки и тому подобное. Добро пожаловать в большой город.

— Нет, моя дорогая, никого не опознали. Никто ничего не видел. Все говорили, что я либо споткнулся, либо сам прыгнул на автобус. Доктор Томпсон убежден, что я сознательно прыгнул под колеса. У этого человека большие затруднения, верно?

— Да уж, но тебя выписали, так что у него все наладится, — спокойно ответила Мэгги. — Пойдем поймаем такси.

— Нет необходимости, — проговорил кто-то за спиной Мэгги. Она ошеломленно обернулась — сегодня все подкрадываются к ней сзади — и увидела Стива Венделла. — Привет всем. Доставка на дом к вашим услугам. Такси уже ждет. — Он улыбнулся Мэгги. — Носокс сообщил мне, где ты. Я приехал за тобой. Мы же идем ужинать, помнишь?

Мэгги посмотрела на часы.

— Ой, прости! Я должна была позвонить.

— Не беспокойтесь. Блейкли, у вас выдался трудный денек. Я страшно огорчен. Правда. — Он подмигнул Мэгги.

— Так и есть, лейтенант. — Сен-Жюст чопорно поклонился ему, пытаясь сохранить достоинство в столь удручающих обстоятельствах. — Отрадно видеть вас в счастливом неведении и очень не хочется портить вам столь чудесное настроение, но, возможно, к делу Толанда следует отнести и то, что меня пытались убить.

Венделл перевел взгляд на Мэгги, и она кивнула.

— Классно, — проговорил он.

— Да уж, классно, — ответил Сен-Жюст с некоторым раздражением и, не найдя ничего лучшего, театрально повернулся к дверям. — Сегодня я только и слышу это ваше «классно». Мы можем идти?

— Эй, Блейкли, — позвал Стив Венделл. — Вы знаете, что у вас брюки порваны? Сзади.

Все накопившееся напряжение Мэгги вырвалось наружу, она повалилась на Стерлинга и расхохоталась. Пока не расплакалась.

Глава 18

— Полагаю, это своего рода наказание за мои грехи, — заявил Сен-Жюст, глядя на миску, которую Табита Лейтон поставила на кофейный столик и убежала на кухню в порыве хозяйственности. — К этому добавлю и все остальное, включая число дам, полных решимости привести сильного мужчину в угнетенное состояние духа своими суетливыми хлопотами. Стерлинг, будь добр, налей вина.

— Мэгги не разрешила тебе вино, Сен-Жюст. — Стерлинг склонился над ним, будто курица над цыпленком. — Это вредно для твоей головы.

— Для моей головы вредно, если всё будут смотреть на меня так, словно я взбешусь сию секунду, — отметил Сен-Жюст, с подозрением глядя на пресную похлебку. — Вино — это лекарство.

— Да, да. А не дать тебе нюхательной соли? Или нашатырного спирта? О, а еще жженые перья. Чудесно восстанавливают силы, если ты чувствуешь слабость и все такое.

— Я чувствую слабость, Стерлинг, — Сен-Жюст осторожно сел и сбросил шерстяной плед, которым его накрыла Бернис Толанд-Джеймс, — словно я долго скакал верхом и весь взмок. Но это не означает, что мне грозит неминуемая гибель. Только если в ближайшие десять секунд не принесут бокал вина.

— Сейчас принесу, — Стерлинг испустил тяжкий вздох и отправился к бару. — Только я совершенно не представляю, где достать перья. Можно распороть подушку. Только Мэгги это не понравится.

Сен-Жюст взял бокал, снова опустился на гору подушек, которую соорудила для него Мэгги, и глубоко вздохнул.

— Так намного лучше. Стерлинг, если ты хоть кому-нибудь проговоришься, я поколочу тебя. Но, должен признаться, у меня болит в таких местах, о существовании которых я не подозревал. Теперь объясни мне еще раз, что тут делают Бернис и миссис Лейтон?

56
{"b":"18420","o":1}