ЛитМир - Электронная Библиотека

Но Куинн не подумал о том, что Шелби не просто заинтересует его, а он серьезно увлечется ею. И тогда именно с ним случится что-то дурное, если Шелби считает его частью своего великого приключения, видит в нем того, кем она насладится, прежде чем вернуться к семье и своему мерзкому жениху.

Куинн снова сжал ее пальцы, затем отпустил их.

Когда пикап остановился, Шелби отстранилась от него.

— Прекрасный вечер для прогулок.

Четверка, разбившаяся теперь на пары, поднялась по ступенькам. Бренда и Гарри направились к себе, а Куинн открыл дверь квартирки 2 Б и пропустил Шелби вперед. Она застенчиво взглянула на него, да, именно застенчиво, а не лукаво.

Куинн включил свет, полагая, что услышит смех Шелби. Она не разочаровала его.

— Куинн, здесь же повсюду оборочки! — воскликнула Шелби, обходя маленькую гостиную-кухню. — И кружевные салфеточки… и… и все эти цветы на диване. А это что? — спросила она, взяв лежавший на кухонной стойке розовый предмет, тоже весь в рюшах и кружевах, под которым оказался неиспользуемый тостер.

— Чехол для тостера, — пояснил Куинн. — Миссис Бричта сама его смастерила. Поскольку она здесь убирает, я боюсь выбросить его, чтобы не обидеть ее. В ванной комнате есть еще один такой, на рулоне туалетной бумаги. К его верху приклеена пластмассовая уточка. Просто очаровательно.

Шелби села на диван — пурпурные цветы на розовом фоне — и рассмеялась:

— О, Куинн! Да как ты работаешь в такой обстановке?

— Это нелегко. А теперь подожди здесь, я сейчас управлюсь.

Шелби прошлась по комнате, трогая салфеточки, внимательно рассмотрела фотографии большеглазых детей на стенах. А потом увидела стол у окна, занавешенного шторами с рюшами. На столе стоял портативный компьютер… и лежало несколько больших коричневых папок, весьма официального вида.

Решив, что это заметки Куинна для его книги, Шелби взглянула на закрытую дверь спальни, потом снова посмотрела на папки.

Что в этом плохого? Он же не о государственной тайне пишет. Кроме того, она может узнать из его записей что-нибудь про Восточный Вапанекен, поскольку Куинн, видимо, здорово умеет раскапывать сведения про маленькие городки.

Шелби уже потянулась к верхней папке, когда Куинн открыл дверь спальни.

Три секунды спустя она оказалась в его объятиях. Целуя Шелби, он уводил ее от стола, в сторону дивана.

Шелби растерялась от этого натиска. Осознание происходящего потрясло ее, пронзило насквозь, отчего ноги уже не держали ее. Когда Куинн опустил Шелби на диван, она обвила руками его талию и поцеловала.

Шелби целовала Куинна крепко и долго, потому что умерла бы, если бы не смогла этого сделать — узнать вкус его губ, его тело, прижавшееся к ее телу.

То, что началось, как самый надежный из известных Куинну отвлекающих маневров, превратилось в совершенно определенную угрозу, и он понятия не имел, как предотвратить ее. Шелби замерла в его руках, горячая и жаждущая, и Куинн желал ее с доселе неведомой ему силой.

Он прильнул к губам Шелби, его язык, дразня ее, искал и нашел вход, их тела соединились так, словно были созданы для этого. Куинн нащупал ее грудь, и у него перехватило дыхание.

— Думаю, теперь ты уже не хочешь гулять?

Она кивнула, сокрушаясь о том, что ее глаза наполняются дурацкими слезами.

— Нет, ведь уже поздно. И… завтра мне надо на работу. Так что я, пожалуй, пойду…

— Конечно, — отозвался Куинн, провожая ее к двери. — Не забудь постучать в свою квартиру.

Шелби грустно улыбнулась и, подавив слезы, посмотрела на Куинна, в его затуманенные страстью серые глаза.

— Да, я так и сделаю. Что ж, спасибо тебе, Куинн. Я действительно прекрасно провела…

— О черт! — Он привлек ее к себе и последний раз поцеловал, прижимая крепче и держа так, пока она не начала расслабляться в его руках. — Увидимся завтра? — спросил Куинн, зарывшись лицом в ее волосы.

— Завтра. Да, это было бы великолепно, — промолвила Шелби и выскользнула в открытую дверь, оставив его с тяжестью на душе.

Он закрыл дверь, убедившись, что она благополучно вошла в свою квартиру, потом прошел к столу и взял верхнюю папку. На ней стояла надпись: «Тейт Шелби. Степень секретности: нетипичные заметки телохранителя».

Положив эту папку и все остальные в свой дипломат, Куинн запер его и сунул под диван.

Он был близок к провалу. Очень близок.

Куинн пошел на кухню, вытащил из холодильника бутылку пива и, обойдя диван, опустился в огромное коричневое кресло, на подлокотниках и подголовнике которого лежало по салфеточке. Взял пульт, думая посмотреть телевизор, но тут же положил его.

Он побудет наедине со своей совестью.

А ночь обещала быть длинной…

Глава 20

Шелби прошла за Брендой в гостиную, видя, что Куинн стоял в дверях, пока ее подруга не ответила на стук.

— Бренда, извини, что я вернулась так быстро. Я не хотела, но… — Шелби огляделась. — А где Гарри?

— Не знаю, и мне все равно. — Бренда рухнула в кресло и сложила руки на животе. Этим вечером на ней было платье в крестьянском стиле — в белый и синий цветочек, и сейчас оно вздыбилось вокруг нее, как шляпка огромного гриба. — Чтоб глаза мои его больше не видели!

Шелби посмотрела в сторону двери, в сторону квартиры Куинна. Подумала о своей собственной проблеме, которая скорое озадачивала, чем пугала ее, а потом устремила взгляд на подругу. Бренда вздернула дрожащий подбородок и сморгнула слезы.

— Бренда, что случилось? — Шелби опустилась на колени возле кресла.

— Ничего. Все. Это… из-за мамы. Сегодня вечером мама сказала Гарри, что она записалась в круиз, который приходится на тот уик-энд, когда состоится наша свадьба. По ее словам, она внесла деньги месяц назад, еще до того, как мы назначили дату. Теперь их уже нельзя вернуть. И этот… этот здоровый, глупый, тупой недоумок купился на это. Он действительно купился на эту идиотскую историю. — Бренда откинула голову на спинку кресла. — Даже не верится, Шелли. Она гнет свою линию, а Гарри по-прежнему не замечает этого.

Шелби растерялась. Что сказать женщине, помолвленной и брошенной почти у алтаря? А ведь это происходило уже полдюжины раз за последние двенадцать лет?

— По-моему, я видела в холодильнике прохладительные напитки. — Шелби встала и пошла в кухню.

Она вскоре вернулась, решив, что сегодня вечером стаканы не понадобятся.

— Вот, черешневая. Выпей, Бренда, и я тоже выпью. По-моему, мы обе заслужили это. За мужчин… пусть они все отправляются прямиком в ад!

Бренда подняла голову, и у нее под подбородком образовался второй, хоть и очень привлекательный.

— Ты тоже? И что же это? А с виду вы напоминали голубков. Может, тут в воздухе что-то не так? Что случилось?

— Что случилось? — Шелби села на ковер и оперлась спиной о диван. — Не знаю, Бренда. Честное слово, не знаю. Он появился откуда ни возьмись, поцеловал меня… чуть не съел… а затем отшвырнул. Он даже извинился, Бренда, и худшего оскорбления я еще не испытывала, а потом поцеловал снова и пообещал, что мы увидимся завтра. — Шелби подняла бутылку и сделала большой глоток. — Очень в этом сомневаюсь.

— Ничего себе… — Бренда тоже опустилась на пол и прислонилась к креслу. И она сделала большой глоток. — Он не… ну, то есть… он не того, нет?

Шелби посмотрела на. уровень вина в бутылке и решила, что не может напиться.

— Чего не того, Бренда?

— Ну, ты понимаешь… того…

— О нет, Бренда, он не занимался со мной любовью, если ты об этом. «Тем хуже», — добавила про себя Шелби, снова поднося ко рту бутылку.

Бренда усмехнулась:

— Хорошо целуется, да? Шелби кивнула:

— У меня до сих пор все внутри дрожит.

— Но он сдержался. Повел себя как джентльмен.

— Не уверена, что это так. Представляешь, мы целуемся, а в следующую секунду я слышу: «Вот ваша шляпка, вы, кажется, торопитесь». Что во мне не так, Бренда? Паркер не хочет ложиться со мной в постель. Куинн только что не выкинул меня. Проклятие, Бренда, я хочу еще вина!

26
{"b":"18422","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Завоевание Тирлинга
Последний вздох памяти
Путь к характеру
Сердце предательства
Запасной выход из комы
Чувство Магдалины
Опекун для Золушки
Ты сильнее, чем ты думаешь. Гид по твоей самооценке
SuperBetter (Суперлучше)