ЛитМир - Электронная Библиотека

— Гарри? Все это очень интересно, но куда нас приведет?

— А, ну да. — Гарри немного обиделся. — Потому что именно тогда Джим — он водопроводчик, мы работаем вместе на этом объекте, ты понимаешь. У нас там субподряд, поскольку так дешевле и существуют городские правила и все такое, поэтому приходится нанимать настоящего водопроводчика. Ну так вот, тогда Джим и сказал нам, что хозяйка дома просто чуть с кату… э… что она здорово расстроилась из-за этих унитазов с малым сливом, которые мы установили в ванных комнатах. Они просто головная боль, понимаешь, но это федеральные правила. Все новые унитазы должны быть такого типа, а они — настоящая головная боль. Джим говорит, какой смысл использовать меньше воды, если приходится смывать дважды, может, трижды? Но это все федеральное правительство, по словам Джима, и я…

Куинн запустил пальцы себе в шевелюру, — Сосредоточься, Гарри. Сосредоточься.

— Да, правильно. — Гарри откашлялся. — Поэтому я сказал ему, что в Канаде таких правил насчет унитазов нет. Они по-прежнему ставят все те же. Один раз нажал — и дело в шляпе. Ну и Джим говорит мне: «Знаешь, Гар, а мы ведь можем заработать целое состояние». А я ему: «Про что это ты, Джим? « Он предложил мне поехать в Канаду на моем грузовичке, купить пару дюжин унитазов, привезти их сюда и продать по тысяче баксов за штуку людям вроде этой дамы, которая просто чуть с… э… очень расстроилась из-за этих дурацких унитазов.

Куинн потер лоб, размышляя о незаконных унитазах и пограничниках, об условиях в тюрьме и в целом о реакции Бренды на этот блестящий план.

— Бренде эта идея не понравилась? — спросил он. Гарри взялся за кружевную салфеточку на подлокотнике.

— Она сказала, что хочет поехать на Ниагарский водопад на наш медовый месяц и что слив воды желает видеть только в виде этого водопада на канадской стороне.

Гарри нашел в салфетке ниточку и потянул за нее. Куинн быстренько вызволил вещицу, опасаясь, что миссис Бричта увидит ее и, вероятно, убьет его.

— И тогда мы поссорились, — закончил Гарри, вздыхая настолько театрально, насколько это доступно человеку такого могучего сложения.

Куинн понимающе кивнул.

— Из-за контрабандных унитазов.

Гарри, явно озадаченный, посмотрел на него.

— Нет, — уточнил он. — Из-за свадьбы. Ты что, не слушал?

— Видимо, нет. — Куинн решил, что настало время выпить пива из холодильника. — Продолжай, Гарри. Теперь я слушаю.

На это ушло еще десять минут, но наконец Куинн осмыслил все.

— Ты все испортил, — промолвил он, попивая пиво и глядя на Гарри. — Здорово все испортил.

— Да, знаю, — согласился Гарри, ставя пустую бутылку на стол, и Куинн снова вскочил, чтобы найти подставку и подсунуть ее под бутылку. «Миссис Бричта точно вымуштрует меня», — решил он, а затем вернулся на диван.

— Ну и что мне делать? — спросил наконец Гарри. Куинн не имел ни малейшего представления.

— А что ты намерен сделать, Гар?

— Я хочу, чтобы моя мама и Бренда подружились, но этого не произойдет. О, я не виню Бренду, совсем ее не виню. Думаю, с мамой бывает трудно иметь дело, но она же вдова и одинока, а я ее единственный сын. Я ей нужен, понимаешь? А вот Бренда этого не понимает.

Куинн, тоже не понимавший этого, отнес пустые бутылки на кухню, чтобы выиграть время для ответа. Учитывая его собственные затруднения, он, вероятно, последний человек на земле, которому подобает давать советы в отношении действий на любовном поприще.

Тем не менее вникать в проблему Гарри куда легче, чем тратить время на рассмотрение собственных. Куинн вернулся в гостиную и сел.

— Вот что я тебе скажу, Гарри. Дай Бренде пару дней . остыть, затем спроси, не хочет ли она, чтобы вы вместе тоже поехали в этот круиз и обвенчались в море. По-моему, это выход, а?

Гарри чуть не захлебнулся собственной слюной.

— Чтобы мама и Бренда . вместе, на одном корабле? Ты спятил? Да все только и будут каждые десять минут кричать: «Человек за бортом». Боже, Куинн, я считал, ты мне поможешь, но если это все, на что ты способен…

Куинн посмотрел на часы.

— Одиннадцать часов. «Филадельфийцы» играют дома. Что скажешь, если мы с тобой съездим на игру?

— Поехать на бейсбол? Но мы с Брендой по воскресеньям всегда ездим за покупками. Утром я вожу маму, а днем — Бренду. Мы так делаем, сколько я себя помню.

— Но Бренда не отвечает на телефонные звонки, Гарри, не отвечает по домофону. Может, если ты сегодня вынудишь ее самостоятельно закупать продукты, она с большей охотой поговорит с тобой, когда ты позвонишь в следующий раз. Или ты собираешься слоняться у входной двери, как побитый щенок, пока она тебя не простит?

— Ну да. Так обычно и бывало, — с тоской подтвердил Гарри, затем расправил плечи. — Ты прав, Куинн. Человек должен знать, хотят окружающие или нет, чтобы он вернулся. А я всегда возвращался, и Бренда это знает. — На мгновение его решимость как будто ослабела. — Разумеется, до сегодняшнего дня она всегда впускала меня.

Подойдя к Гарри, Куинн похлопал его по плечу.

— Держу пари, Гар, на этот раз Бренда здорово разозлилась. Я знаю: она ждет свадьбы. Как по-твоему, не лучше ли оставить ее ненадолго, чтобы она успокоилась? Давай, Гар, матч начинается в час. Игра между лигами, с «Янки». К счастью, я знаю одного человека, у которого есть сезонные билеты в ложу. Мы заедем к нему, я сбегаю и возьму билеты, и все будет в порядке.

— Чтобы успокоилась? Думаешь, она успокоится? — Гарри встал и подтянул брюки. — Да, именно так и будет. Она всегда успокаивается. «Янки», говоришь? Ложа? И мы поедем в твоем «порше»? Черт, Куинн, что мы тут делаем? Поехали.

Куинн подкинул на ладони связку ключей, посмотрел на ключ от своей квартиры, на тот, с помощью которого собирался добыть билеты в ложу, и последовал за Гарри,

Это проще, чем идти обедать к Тони. Легче, чем снова увидеть Шелби.

Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда он запирал дверь квартиры. Это была Рут. Кто еще, кроме нее? Она звонила, чтобы прочистить ему мозги, сказать, чтобы он раскрыл Шелби всю правду о себе и дал фишке лечь так, как она ляжет. Рут явно не намеревалась предложить ему подождать, посмотреть, что случится между ними, увидеть, любовь ли это — Боже великий, любовь! — или Шелби заинтересована в нем только как в составной своего приключения, а его тянет к ней лишь потому, что… потому что… черт, он не знает, почему его влечет к ней.

Но Куинн собирался узнать. Но не узнал бы, не сказав ей правды немедленно. Рут этого не поймет, а он понимает.

Поэтому Куинн запер дверь, так и не подойдя к телефону.

Это трусость. Он мерзавец.

Но он подумает об этом позже, когда встретит Шелби после работы…

Глава 22

Все воскресенье Шелби ухаживала за Брендой, не давая той расклеиться окончательно. Обслуживая завсегдатаев, снабжая бумажными носовыми платками Бренду, сидевшую за ближайшим к кухне столиком и орошавшую слезами стоявшие на нем искусственные цветочки, и стараясь вернуться к жизни после своей второй — и определенно последней! — попытки отыскать счастье на дне бутылки с вином, Шелби слишком замоталась и не заметила, что Куинна поблизости нет.

Нет ни Куинна, ни Гарри. Негодяи!

Хотя Шелби считала отсутствие Гарри хорошим признаком, потому что Бренда готова была отступить, простить его и снова ступить в этот нелепый круг, который вот уже долгих двенадцать лет не давал ей добраться до алтаря. Сама не зная почему, Шелби считала делом чести спасти Бренду от такой ошибки.

Поэтому ей пришлось нянчиться с подругой у Тони в течение большей части дня. Она удвоила усилия, когда Бренда все же не выдержала, позвонила Гарри домой и нарвалась на его маму.

— Что ты, дорогая, я не знаю, где он, — сладко проворковала мзмаша Мэк. — Гарри что-то упоминал о том, что куда-то с кем-то поедет на весь день. Может, у него свидание? Ну а как твои дела, дорогая? Все полнеешь? Как печально!

30
{"b":"18422","o":1}