ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Миллион вялых роз
Алмазная колесница
Блондинки тоже в тренде
Потерянная Библия
Мой учитель Лис
Мужчине 40. Коучинг иллюзий
Переговоры с монстрами. Как договориться с сильными мира сего
Американская леди
Пятьдесят оттенков свободы

— Да, Бренда. Как это мило с его стороны. Значит, ты простила Гарри? До свидания, Куинн. — Шелби чуть отстранила трубку. — Э… позже?

— Позже. Обещаю. — Он нагнулся и поднял корреспонденцию, которую почтальон подсунул под дверь, так как все почтовые ящики внизу проржавели и не открывались. — Кладу на стол, — добавил Куинн и удалился. Он думал о холодном душе. А затем, возможно, о повторном холодном душе.

Шелби смотрела, как Куинн уходит, и удивлялась, почему позволяет ему уйти, когда больше всего ей хочется, чтобы он взял ее на руки, отнес на кровать, окруженную кантри-певцами и заваленную игрушками, и занялся с ней безумной и страстной любовью.

Пока Бренда продолжала распространяться о том, какой Гарри чудесный, Шелби взяла письма и стала лениво просматривать их, хотя там не было ничего, кроме счетов для Бренды и всякой макулатуры.

Потом Шелби увидела конверт, на котором значилось ее новое имя. Адрес был написан печатными буквами, обратного не было. Прижав трубку плечом, она открыла конверт и вытащила листок бумаги. В центре листа была только одна строчка, тоже написанная заглавными печатными буквами: «Немедленно уезжай из города. Есть места понадежней».

— Бренда? Мне пора заканчивать разговор, — сказала Шелби, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно. — Да, у меня мокрые волосы, и они все еще завернуты в полотенце, и мне, видимо, придется вымыть их еще раз, чтобы привести хоть в какой-то порядок, прежде чем я пойду на работу. Хорошо. — Она подалась к телефону, чтобы положить трубку. — Да, потом, пока.

Затем Шелби села на диван — у нее дрожали руки, ее всю трясло — и перечитала эти несколько слов.

Глава 23

Куинн уже целый час сидел у Тони за столиком в углу, притворяясь, что обедает. Парень в потертых джинсах, застиранной майке и кожаных туфлях ручной работы — тоже.

Именно туфли и выдали его. А еще то, что он наблюдал за Шелби. Вообще-то за Шелби наблюдали все. В своей роскошной одежде, со струящимися волосами, с великолепной осанкой, широкой искренней улыбкой и всем тем, о чем Куинн грезил по ночам, она представляла собой выдающийся объект для наблюдения.

Но этот парень был чужаком. Его никто не знал, хотя он поздоровался со всеми так, словно всю жизнь прожил в Восточном Вапанекене. А так как люди в Восточном Вапанекене жили приветливые, они тоже поздоровались с ним. Потом, как видел Куинн, они смотрели на соседей по столу и шептали что-то вроде: «Кто это? Мы знаем его? «

Куинн мысленно погладил себя по головке за то, что просочился в город и в жизнь города без всякого шума.

А этот парень в туфлях ручной работы был так же незаметен, как пикапчик Мэка, въехавший в ресторан Тони. По крайней мере для Куинна.

Десять минут назад он вышел на улицу и проверил автомобили на парковке. «Кадди» мэра Бробст, занявший два места прямо перед входом. Три мотоцикла, так как троих завсегдатаев не было — половина парней не вернулась из конторы по трудоустройству. Три других автомобиля Куинн узнал, потому что видел их на стоянке раньше, но только два из них он мог соотнести с постоянными клиентами Тони.

Третий — «БМВ», последней модели, должно быть, принадлежал Туфлям Ручной Работы. Вот только до сегодняшнего дня Куинн не видел этого парня в ресторане. Он почесал затылок, перебирая в памяти свои первые дни у Тони, когда сидел, притворяясь, что делает заметки, а сам наблюдал за Шелби, и внезапно все вспомнил.

В самом конце прошлой недели здесь появился другой парень, высокий, худой, за тридцать, невыразительный. Один из тех невидимок, которых свидетели потом описывают как «среднего роста, среднего телосложения, в брюках цвета хаки… нет, кажется, он был в джинсах. И в рубашке. Да, на нем была рубашка, уверен… Ну как, я помог вам? «

Тот парень просто вошел, заказал кофе и пирожное, немного поговорил с Табби и ушел. Поговорил с Табби? Черт, это было лучше и гораздо продуктивнее, чем круглые сутки смотреть Си-эн-эн.

Куинн взглянул на свои часы, потом на Туфли Ручной Работы, расплатился по счету и на прощание помахал Шелби, разбиравшей меню. Кивнув, она вернулась к подсчету маленьких карточек со специальными блюдами, которые прикреплялись к основным меню. Шелби улыбнулась ему, но казалась настолько поглощенной своим занятием, словно пересчет карточек был для нее почти непосильной задачей.

Теперь, отметив это, Куинн понял, что она довольно бледна и ведет себя непривычно тихо, даже разговаривая с глухой Амелией Бробст. Проклятие, он должен был раньше обратить на это внимание, но был слишком занят, наблюдая, как Шелби двигается, восхищаясь ее длинными ногами, вспоминая вкус ее поцелуя, предвкушая сегодняшний вечер, когда они снова будут вместе.

И теперь обе его антенны — полицейского и телохранителя — задвигались. Из Куинна Делейни, полного надежд влюбленного, он превратился в Куинна Делейни — защитника невинных.

Еще не успев выйти на улицу, он вытащил из кармана свой сотовый.

— Сомертона Тейта, пожалуйста, — приказал Куинн тому, кто ответил в особняке Тейтов. — Не важно, кто звонит, черт побери, позовите его к телефону. Немедленно.

Через несколько секунд Сомертон был на линии.

— Делейни, это вы? По грубости с моим персоналом я сразу понял, что это можете быть только вы. Что-то случилось?

— Можно и так сказать, — ответил Куинн, нашаривая в кармане ключи от «порше». — Пусть Уэстбрук будет в вашей гостиной через час. Нам надо поговорить. — И дал отбой, прежде чем Сомертон успел задать хоть один вопрос.

Куинн пошел на стоянку за пансионом, затем в последний момент поднялся наверх и взял куртку, потому что, похоже, собирался дождь.

Направляясь по коридору к своей двери, Куинн подумал: «Надо бы предупредить Шелби, что я уеду почти на весь день. После моего исчезновения в воскресенье она вряд ли обрадуется этому сегодня». Он напишет записку и подсунет под дверь.

И затем его антенны заработали снова. Куинн не знал почему. Он никогда этого не знал. Но зато научился прислушиваться к своей интуиции.

Глянув вниз с лестницы и убедившись, что миссис Бричта не шныряет поблизости и ничего не вынюхивает по своему обыкновению, Куинн достал из бумажника кредитную карточку и подошел к двери. Замки в этом заведении, как он уже знал, были просто детской забавой. Чуть-чуть повозившись с ручкой и пару раз поднажав, Куинн оказался в квартире Бренды и закрыл за собой дверь.

Знать бы, что он здесь делает.

В гостиной Куинн пробыл недолго, так как уже видел ее и не ожидал найти какие-нибудь вещи Шелби. Для них здесь не нашлось бы места. Все поверхности Бренда заставила безделушками — от безвкусных до не очень безвкусных. Однако в комнате царила атмосфера тепла и уюта. Шелби повезло бы гораздо меньше, если бы она не встретила Бренду и если бы эта добрая женщина не приютила ее.

Что-то коснулось его ног. Куинн опустил глаза вниз и увидел, что Принцесса трется о него.

— Мышей больше нет? — Он наклонился и почесал кошку за ухом, отчего та заурчала, как автомобильный мотор. — Будешь хорошо себя вести, и я, так и быть, куплю тебе иномарку, если пообещаешь показать ее Шелби, когда она будет дома одна, завернутая в полотенце. — И Куинн пошел по коридору к спальням.

Метод дедукции подсказал ему, что огромная кровать принадлежит Бренде, а маленькая односпальная — Шелби.

Куинн окинул комнату взглядом и тряхнул головой при виде ее убранства. Он тщетно пытался представить себе, как Шелби спит здесь с большой плюшевой собакой, которая лежала сейчас на аккуратно заправленной кровати.

На бюро он обнаружил серебряную щетку для волос, а рядом — флакончик ее любимых духов. Темно-синие лодочки были задвинуты в угол. Гора чемоданов — в другой. Розовый кружевной бюстгальтер висел на холодном металлическом радиаторе под окном. Возможно, Шелби сушила его, простирнув в раковине в ванной комнате.

Забавно, Куинн никогда еще не чувствовал себя незваным гостем, никогда не отделял объект от работы, не наделял объект человеческим лицом. Работая в полиции, он провел множество обысков и знал, почему делал это, какие имел для этого основания. Догадывался и о том, что надеялся найти окружной прокурор, выдавший ордер.

33
{"b":"18422","o":1}