ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Похититель ее сердца
Правила. Как выйти замуж за Мужчину своей мечты
До встречи с тобой
Крав-мага. Система израильского рукопашного боя
Королевство крыльев и руин
Дети мои
Система минус 60, или Мое волшебное похудение
Моя строгая Госпожа
Брачный контракт на смерть

— Я не невинная, — возразила Джейн и увидела, как Джон отошел от Брэнди и направился к ней. — Молли, — быстро добавила она. — Ты действительно считаешь, что в жизни нужно второе разочарование?

— Одно — чтобы поплакать, второе — чтобы выйти замуж. А что?

— Выйти замуж? А не просто… повеселиться с ним? Быстро, Молли, отвечай.

— Я не могу ответить. Джейни, что ты задумала, к чему ты… Джейни! Ты говоришь о Диллоне? Боже, ты, наверное, решила, что этот зануда — разочарование? Джейни Престон, не смей!

— Мне бы и в голову не пришло.

— Вот и хорошо. Я просто не смогу видеть тебя с очередной размазней, хотя у Диллона, конечно, есть свои плюсы. Но в основном он редкий зануда. Если хочешь повеселиться, прекрасно. Гульни. Я разрешаю и благословляю. Но не с Диллоном. С кем-нибудь другим, только не с очередным мягкотелым безопасным мальчиком.

— Заметано, — Джейн улыбнулась Джону, который вышел к ней на балкон. — Пока, Молли, и спасибо.

Она нажала на кнопку и бросила телефон в сумочку.

— Снова отмечаешься у мамы с папой? — спросил Джон, протягивая ей тарелочку с кусочками моцареллы в сухарях.

Джейн взяла один, откусила, поборолась с теплым тягучим сыром, наматывая нить на язык, откусила и сунула все в рот.

— Господи, — Джон покачал головой. — Не делай так больше, ладно?

— Извини, — она облизала пальцы один за другим.

— И так тоже не делай. Или хочешь сказать, будто не знаешь, что творишь?

Джейн облизала последний палец.

— Творю? Ничего я не творю. Они просто жирные, вот и все, — тут ее глаза расширились. — Ой…

— Да, — ухмыльнулся Джон. — Ой.

— Ой… Нет, я не… Я не хотела заводить… То есть я не нароч… Прекрати надо мной смеяться!

— А иначе я обижусь. То есть ты не хотела — что ты собиралась сказать? Ты не хотела меня заводить?

— Нет, конечно, нет. Зачем? Он шагнул ближе:

— Не знаю, зачем, но ты это делаешь. И часто. Безо всяких усилий.

— Ну… Это же твои трудности, верно? — выдохнула Джейн. Ну почему у него такие потрясающие глаза? Она отступила на шаг, чувствуя, как поддается его росту, пылкому взгляду и теплому тягучему ощущению внизу ее живота.

Он улыбнулся уголком рта. Очень славно для такого великана. Почти восхитительно, если бы только ей не хотелось найти где-нибудь стремянку, приставить к его широкой груди, забраться вверх и врезать ему прямо в нос.

— Значит, мои? — продолжал он радостно, что ее бесило. — Мы спим вместе, Джейни, помнишь?

— Может быть, это и твои трудности тоже?

Ну что ж. Двадцать четыре часа жизни правильной девочки, которая выбралась на сомнительный отдых, и вот она на перепутье. Хорошая девочка, плохой мальчик. А если девочка похуже, может, и мальчик получше?

— А что, если… — Она замолчала и облизала губы. — Что если я скажу «да»?

— Да? — Улыбка Джона погасла. — Что — да? Джейн вздохнула. Молли справилась бы гораздо лучше.

— Да, ну… ну… ты знаешь. То самое.

— Господи Иисусе, — Джон запустил правую руку в волосы. — Я создал чудовище… Джейн, я пошутил. Просто пошутил.

Она не знала, как ей удалось улыбнуться — было очень больно.

— Я тоже. Купился?

Джейн взяла с тарелки, которую он все еще держал, еще один кусочек моцареллы, откусила половину и оставила ниточку сыра висеть в воздухе. Обвила ее вокруг языка, медленно затянула в рот.

— М-м-м… так вкусно. Увидимся, Джон, мальчик мой.

Пусть страдает. И она прошмыгнула мимо него, чтобы найти ванную и ненадолго уединиться.

А нашла Диллона Холмса, который преградил ей путь, пока она обходила толстяка с пляжа — все еще с сигарой во рту.

— Вот и ты, Джейн, — Диллон положил ей руку на талию и повел к сенатору, который расположился у переносного бара со стаканом лимонада в руке.

Лимонад? Чуть раньше она видела его со стаканом неразбавленного виски.

Джейн огляделась, увидела телекамеры и все поняла.

Конечно. Лимонад.

— Я нашел ее, сенатор, — радостно прощебетал Диллон, поставив Джейн справа от большой шишки.

— Сенатор, — произнесла Джейн, выуживая из глубин памяти все правила этикета, которые мама годами вбивала в ее голову. — Я хочу поблагодарить вас за то, что вы пригласили нас с профессором на этот вечер. Чудесная вечеринка.

— Это я благодарю вас, Джейни, — сенатор обнял ее за талию. Пониже. — Но сейчас пришло время заработать себе на ужин или хотя бы на канапе. Диллон, мы готовы.

Рука сенатора скользнула еще ниже. Джейн хотела отойти, но прямо перед ней выросла камера и микрофон. Неожиданно включился свет, и какой-то человек, глядя в камеру, рассказал о том, что сенатор Обри Харрисон, главный кандидат своей партии на президентские выборы следующего года, приехал в Кейп-Мэй побеседовать с мировыми умами, лидерами промышленности и, конечно, с «рядовыми людьми».

Джейн покосилась влево, выискивая Джона, и подумала: «Угадай, кто ты в этом списке, Джейни. Ну, вперед, догадайся».

Репортер повернулся, все еще перед камерой, и произнес:

— Добрый вечер, сенатор Харрисон. Позволю себе сказать, что для Нью-Джерси большая честь принимать у себя любимого сына.

— Спасибо, Джим. Для меня нет лучше места, чем великий штат Нью-Джерси.

И пошло-поехало.

Джейн подумала, что, поскольку «Джим» стоит прямо перед ней, можно тихонько выйти из кадра, но сенатор крепче сжал ее талию. Нет, не талию. Его рука лежала ниже талии.

Она пыталась слушать интервью.

— За годы я беседовал со многими специалистами на разные темы, но лучший способ узнать, что происходит тут, в траншеях, так сказать, поговорить с людьми, которые каждый день проводят в этих траншеях. Как, например, Джейни Престон.

Джейн сглотнула.

— Джейни живет в Фэйрфаксе, штат Виргиния. С родителями. Эта одинокая женщина заботится о своих стариках и заведует Детским садом «Беззаботное детство» — это ее собственное небольшое предприятие. Его финансировало «Управление по делам малого бизнеса», Джейни?

— Нет, мы с родителями на самом деле не…

— Мы все знаем о нынешних проблемах с детскими садами, — перебил сенатор, — но абстрактно, если только у нас нет своих детишек и нам не нужно отдавать их в детский сад. А поскольку у меня нет своих малышей… — Пауза. Ожидание вежливого смеха. — …я пригласил Джейни Престон, которая расскажет мне, что тревожит родителей, которым так нужны хорошие и доступные детские сады. Верно, Джейни?

— Что ж, — ответила Джейни, не забывая о телекамере и Джоне, который стоял справа и скалился, — раз вы спросили, я могу изложить несколько четких идей о…

— Прекрасно, — сенатор, опустил руку еще на дюйм и ущипнул ее. Ущипнул ее! — Джим, Джейни — лишь одна из многих в нашей огромной стране, с кем я беседовал, чтобы определить цели предвыборной кампании, создать прочную платформу, которую моя партия построит в следующем году.

— Спасибо, сенатор. — Джим повернулся лицом к камере и снова загородил Джейн. — С сенатором Обри Харрисоном в Кейп-Мэй беседовал Джим Уотерс. Мы будем всю неделю вести прямой репортаж с конференции для шестичасовых новостей. Возвращаемся в студию, Сьюзан.

Лампы погасли, и Джейн отошла от сенатора.

— Вы ущипнули меня, — прошептала она, сверля его взглядом, когда он отвернулся от нее. — Как вы смели ущипнуть меня? Как вы смели использовать меня? И откуда вы знаете о моих родителях? Я ничего не говорила о них.

— Он не слышит вас, Джейни; он уже перешел к следующему пункту выступления, — Диллон взял ее за руку и отвел на балкон. А сенатор тем временем кивал всем, кто бросился к нему, будто лемминги в море, поздравлять с выступлением.

— Он ущипнул меня, — повторила Джейн Диллону. — И откуда он знает, что я живу с родителями?

— Дорогая, мы знаем размер твоего лифчика. Тут Джейн примолкла.

Диллон улыбнулся:

— Джейн, ты среди важных людей, представителей правительства и промышленности. Академиков. На один день сюда приедет президент. Ты думаешь, здесь обошлось бы без проверки? Как старший сенатор, мой дядя имеет доступ к твоим данным.

32
{"b":"18425","o":1}