ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Светлые кудри разбросаны по атласным подушкам словно живое золото. Нежная кожа, кремовая, мягкая на ощупь; груди с темными сосками, золотистое гнездышко в том месте, где сходятся бедра, завораживающее скрытыми в нем сокровищами; тончайшая талия, расширяющаяся в чудные ягодицы и пышные бедра, — ну у кого еще могут быть такие формы?

Мелани нахмурилась, но лишь на мгновение. У Кэт Харвей нет и тысячной доли ее красоты. Волосы черные, будто немытые, шкура задубела на солнце и покрылась веснушками, долговязая фигура тощая и костлявая, грудь плоская — если она вообще есть у этой девки, — ведь ее не видно под теми отвратительными тряпками, которые она на себя напяливала. Да еще ее глаза. Странные, зачумленные, бесцветные глазищи. Может ли хоть какой-нибудь сумасшедший назвать ее красивой? Может ли Кэт Харвей хоть в ком-нибудь вызвать желание?

Улыбка Мелани стала еще шире. Уж во всяком случае, не в Гарте Стаффорде. Гарт Стаффорд распознал подлинную красоту, как только увидел ее. Ха, этот человек готов был пасть перед ней ниц, как только увидел.

И Гай. Как же она забыла про Гая? Ах, французы отлично умеют проделывать всякие забавные штучки. Он временами даже бывает груб, и тогда ему не хватает английского и он начинает гортанно болтать на своем французском. Но эта грубая звериная любовная игра так восхищает ее, столько приятного в этой боли, которую он нарочно причиняет ей. Мелани развлекалась таким манером еще в Бате. Нет! Она не будет думать об этом. Ей недолго ждать отмщения. Эта тварь приглашена на званый обед, а вместо этого ей придется сплясать смертельный танец, и тогда эта глава из жизни Мелани навсегда закроется и она будет спокойна, что ее дорогой Люсьен никогда про это не узнает.

Сердитые морщинки опять собрались на алебастровом лбу. У нее есть Гай. Она может заполучить Гарта — стоит только щелкнуть пальцами. Она может заполучить любого. Так отчего она по-прежнему хочет одного Люсьена?

Ведь он просто дурак! Ошивается у Эдмунда почти все время, как будто ему и впрямь есть дело до этого убогого. А когда он не торчит у Эдмунда, то слоняется возле детской, и сюсюкает с сопливым щенком Нодди, и дразнит Мелани, продолжая волочиться за Кэт Харвей. Он и сейчас сидит у нее. Раскудахтался над ней, как курица над цыпленком, и только оттого, что шлюшка, видите ли, хлопнулась в обморок в лабиринте! Смехота!

Мелани терпит его детские выходки, его мелочную месть, но сколько же еще ей терпеть? Она продумала все, она перенесла столько мучений за эти ужасные, пустые, потерянные здесь годы — и все для того, чтобы они смогли быть вместе. Но близится время, когда его играм придет конец. Ее нервы напряжены до предела, они вот-вот лопнут. Она уже не раз выдавала себя в его присутствии, ее одержимость брала верх над рассудком.

Ей больше нельзя допустить ни одной ошибки. Скоро она завладеет Люсьеном. Она заставит его понять, что он принадлежит ей, и только ей. Что они оба принадлежат друг другу — отныне и навсегда.

Вот только как? Эдмунд стоит им поперек пути. Кэт Харвей стоит им поперек пути. Даже Нодди создает проблему одним своим существованием.

Мелани придется оградить Люсьена от них и положить конец той возмутительной клевете, которую они возводят на нее.

Она вела себя так хорошо. На протяжении почти целой недели, благодаря Мойному зелью, опиуму и посещениям Гая, она была способна держать себя в руках. Она была просто образцом благовоспитанности. Вплоть до того вечера, когда Гарт проболтался, что Люсьен снова целовал Кэт Харвей. Она поддалась гневу, она позволила себе грубость, и Люсьену пришлось сделать ей выговор.

И как только она тогда досидела до конца? Если бы она не была уверена, что после обеда в мансарде ее будет дожидаться Гай — с его неожиданными трюками, его очаровательной изобретательностью, — ей вряд ли удалось бы взять под контроль чувственность Мелли.

Но даже Гаю не удается погасить в ней пожар на достаточно долгий срок. И Мойнино зелье этот пожар не погасит. Только Люсьен. Только он может дать ей счастье. Его руки. Его губы. Его пульсирующий член глубоко внутри нее, он вторгается глубже, еще глубже и приносит то единственное удовлетворение, которое ей когда-то довелось познать. Проживи она еще сто лет — ей и тогда не забыть то безмятежное спокойствие, которое столь удивительно, столь неожиданно она ощутила в его объятиях, когда они впервые занялись любовью.

Другие только брали ее любовь. И лишь один Люсьен, милый Люсьен, подарил свою любовь Мелли. А теперь, черт бы его побрал, он пытается заморочить ей голову своей жалостью, ласковыми словами и пустыми обещаниями. Она по-прежнему с радостью убила бы его, если бы не любила. О, как бы она наслаждалась, убивая его не спеша, слушая его мольбы о пощаде, мстя за его оскорбительное пренебрежение. Но она любит его. Черт бы его побрал! Ну почему ей суждено так его любить?

Мелани снова обратила внимание на свое отражение в зеркале. Она согнула ноги, развела колени пошире и принялась медленно покачивать бедрами, упиваясь своим видом. Если бы только Люсьен мог взглянуть на нее такую — открытую, готовую, влажную… Если бы только она могла найти способ заставить Люсьена снова захотеть ее — ну хоть чуть-чуть. Тогда он не сможет обходиться с нею так сдержанно, на него нахлынут воспоминания о том, как они были вместе, а ее горячая плоть втащит его глубоко внутрь себя и сделает его вечным ее рабом. Точно так же, как стал ее рабом Эдмунд.

Ее взгляд перебежал на бокал, стоящий на ночном столике. Там оставалось еще почти половина. Мелли приходилось растягивать питье, делить его на порции, чтобы продлить удовольствие.

Мелани улыбнулась своему отражению, ее руки скользнули вниз по шелковистому животу, а пальцы погрузились в теплое, влажное золотистое лоно. Она сделала Эдмунда своим рабом.

Это сработало однажды. Сработает и теперь.

— Ты собираешься один заглянуть в эту бутылку или не откажешься от компании?

Люсьен поднял глаза, увидел, что в дверях кабинета стоит Гарт, и приглашающе махнул рукой:

— Только будь добр, потрудись закрыть за собою дверь. Когда я спускался сюда, то заметил, что в комнате моей возлюбленной мачехи еще горит свет, как это ни печально. Мы ведь не хотим, чтобы она явилась сюда, верно?

Гарт рассмеялся, взял со стола бокал и налил себе вина.

— А как по-твоему: зачем бы еще я разыскивал тебя, если не в расчете на защиту? Мне крупно повезло, что сегодня за обедом, пока ты сидел у Кэтрин, Мелани, судя по всему, предпочла Гая. По-моему, это его утешило после того, как утром ты оставил его без ланча. Он уверен, что Мелани от него без ума. Впервые вижу такого воспитанного француза — и такую малопривлекательную красавицу. У меня все еще не восстановился аппетит после всего, что ты мне порассказал про нее прошлым вечером. — Он уселся в мягкое кожаное кресло и театрально вздохнул: — О, Люсьен, неужели я провел здесь всего два дня? У меня такое чувство, что прошли годы.

Люсьен покосился на друга из-под полуопущенных век:

— Ты волен уехать в любой момент. Вряд ли мне потребуется телохранитель. Или ты решил стать примерным сыном и намерен начать волочиться за леди Кэтрин?

— Что? Это чтобы ты лично нарезал меня на тонкие ломтики? Уволь, я не настолько храбр. Пребывание здесь, в Тремэйн-Корте, не лишено для меня приятности: так забавно видеть тебя укрощенным. Эта перемена в тебе восхищает меня после того приема, который ты оказал мне после возвращения с Полуострова.

Люсьен отпил из своего бокала изрядный глоток, задумчиво уставившись в камин. Они с Гартом проговорили чуть не до рассвета прошлой ночью, да и сегодня беседовали около двух часов, пока Кэт спала. Теперь Гарт знал все от начала и до конца — про Мелани, Эдмунда и почти все про Кэт. Он полагал, что она сбежала из Ветел от самодурства отца. Его друг не торопился никого из них осуждать, и за это Люсьен еще выше ценил его дружбу. Хотя, конечно, когда речь зашла о Кэт, Гарт не удержался от насмешек. Он просто не был в силах упустить возможность поехидничать над другом и даже не пытался скрыть, как его развлекает смущение Люсьена.

64
{"b":"18426","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Тень ночи
Метро 2035. За ледяными облаками
Результатники и процессники: Результаты, создаваемые сотрудниками
Девичник на Борнео
Забойная история, или Шахтерская Глубокая
Арк
Мой любимый демон
Как научиться выступать на публике за 7 дней
Она ему не пара