ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лицо Джилли приобрело ожесточенное выражение, и по нему пробежала тень насмешки:

— Дорогая, ты же знаешь, Филип никогда не спорит со мной! Он считает это ниже своего достоинства. Так или иначе, он закончил все свои дела. Мы как раз собирались вылететь в Акапулько, чтобы провести там недельку в обществе курортников и попытаться хоть как-то развлечься. Разве может это сравниться со свадьбой года, как окрестили ее газеты!

Стефани нервно улыбнулась и вновь стала искать поддержки у своей подруги:

— Да, я читала газеты. Я знаю, что они пишут… — Она на мгновение остановилась и принялась считать газетные обвинения, загибая пальцы, — что Грег женится на мне из-за денег, — этого мы ожидали с самого начала, так что теперь это уже старая история; что он намного моложе меня; что его спортивная карьера закончена и я для него — своего рода пенсионная страховка; что у него ужасная репутация по части женского пола…

— Что верно, то верно, — тихо сказала Джилли.

— Но, Джилли, мне это безразлично! — взорвалась Стефани. — Удивительное дело: я ведь всегда так беспокоилась о том, что обо мне подумают другие. Но на этот раз я настолько без ума от него, что мне это совершенно все равно.

Она снова повернулась к зеркалу и с решительным видом продолжала накладывать макияж, с торопливой горячностью говоря:

— Джилли, я до сих пор не могу поверить, что мне так повезло. Он в самом деле меня любит. Есть такие ситуации, когда человек просто не может сфальшивить.

Она остановилась, чтобы промокнуть бумажной салфеткой неяркую розовую губную помаду.

— И потом, кто я такая, чтобы судить о нем? При двух своих неудачных замужествах я просто не имею права его осуждать. Ты ведь помнишь, что я пережила из-за тех двух разводов. А теперь это не волнует никого, кроме меня. И я уже далеко не девочка: мне ведь уже скоро сорок, а много ли у нас остается впереди в таком возрасте?

В зеркале Стефани увидела, что Джилли с негодующим видом направилась к столику с винами, чтобы налить себе еще шампанского.

— Я не имею в виду тебя, — добавила она торопливо. — Ты моложе меня, и потом у тебя есть Филип. И ты всегда была настолько привлекательней, чем я, настолько уверенней в себе, стройнее…

Стефани запнулась и непроизвольно начала поправлять на себе жакет, как бы стараясь сделать менее заметной свою тяжелую грудь, которой она всегда ужасно стеснялась. Затем, собрав всю свою храбрость, она продолжила:

— Так или иначе, ты всегда была и всегда будешь красивой. Что же касается меня, я очень сомневаюсь, что принадлежу к числу женщин, которые с возрастом хорошеют. Какова бы ни была причина его женитьбы на мне, я бесконечно ему благодарна, вот и все.

Глаза Стефани были сейчас затуманены тревогой, а губы печально сжаты в тонкую линию, так хорошо знакомую Джилли. Она подошла к Стефани и нежно обняла ее за внезапно ссутулившиеся плечи. — Эй, ну-ка, перестань, — негромко сказала она. — Куда это вдруг подевался знаменитый харперовский бойцовский дух? До сих пор тебе не везло. Должна же была и к тебе наконец прийти удача.

На лице Стефани, как солнечный луч после дождя, засияла улыбка.

— Ты помнишь, как, бывало, мы еще маленькими девочками мечтали выйти замуж за прекрасного принца, когда вырастем? Так вот, Грег для меня и есть такой принц. Правда, мне пришлось подождать, но наконец он появился. И подождать его стоило. — Она с решительным видом повернулась к Джилли. — Он нужен мне больше всего на свете. И мне кажется, я ему тоже небезразлична.

Джилли серьезно посмотрела на нее, затем понимающе улыбнулась.

— Что ж, он определенно очень отличается от двух других твоих мужей, — сказала она беспечным ном. — Ты та еще мастерица их выбирать: сперва глийский аристократ, а за ним — американский ученый! Ты хоть понимаешь, Стефани Харпер, что сейчас ты впервые выбрала самого натурального, настоящего, подлинного австралийца? Не скажу, чтобы мне совсем уж не нравился достопочтенный сэр — как его там? Но уж очень он оказался нестойкий. А потом — этот твой заумный янки… Согласись, дорогая, жизнь у тебя была очень полосатой.

Стефани смущенно нахмурилась и попыталась сосредоточиться на вдевании сережек в уши. Эти серьги с крупными сапфирами в обрамлении бриллиантов были ее любимыми, но сейчас ее стали одолевать сомнения. Подходят ли они по цвету к ее синему костюму? Ей не терпелось спросить об этом Джилли, но та продолжала вовсю разглагольствовать:

— Знаешь ли, для женщины, которая уже не раз побывала замужем, ты темная лошадка. Давай-ка вспомним. Сначала ты в один момент собралась и уехала в Англию, хотя до этого практически не бывала нигде, кроме Эдема, и потом вернулась оттуда с мужем-англичанином и грудной дочкой. Затем, не успела я в первый раз поругаться с Филом, как ты уже распрощалась с одним и выскочила за другого. А сколько времени продержался отец Денниса?

— Не надо, Джилли, пожалуйста, перестань, — Стефани с несчастным видом принялась яростно сражаться с застежкой жемчужного ожерелья. — Ведь сейчас для меня начинается новая жизнь.

Джилли с сожалением оставила такую заманчивую тему, как прошлое Стефани. Поставив свой бокал, она помогла ей застегнуть ожерелье, а затем осторожно расправила элегантно-строгий кружевной воротничок ее блузки.

— Значит, на третий раз повезло? — Она взглянула на часы. — Когда же он приедет?

— Да, именно так и есть, Джилли, именно так и есть! — Стефани просияла. — Поверь мне, Грег хороший. Он тебе наверняка понравится, просто очень понравится.

В то время как белый «роллс-ройс» с открытым верхом петлял по извилистым улицам и шоссе, направляясь в сторону сиднейского Дарлинг-Пойнта его родитель кипел от ярости.

— Какой же болван опаздывает на собственную свадьбу? — в ярости процедил он сквозь зубы.

— Такой, как ты, Грег, — спокойно ответил его шафер. Перед этим он полтора часа просидел в квартире жениха, ожидая, когда тот наконец соберется, и теперь не видел особых причин стесняться в выражениях.

— Ты же нарочно решил приехать так, чтобы тебя пришлось подождать, чтобы слегка ее подразнить, правда ведь? Ну, признайся, что я прав. Ты просто не хотел чувствовать себя перед Стефани Харпер этакой домашней собачонкой с бантиком на шее, стоящей перед ней на задних лапках в ожидании, когда соизволят взять тебя в мужья, только лишь потому, что она может всех нас дюжину раз купить и продать.

— Да заткнись же ты! — зашипел Грег сквозь зубы, стискивая в руках руль «роллс-ройса», на полном ходу приближающегося к опасному повороту. — Я ушам своим не верю: сегодня день моей свадьбы, а мне приходится выслушивать всю эту гадость от молокососа, который и в теннис-то толком играть не умеет…

— Я выиграл у тебя на той неделе!

— В первый раз в жизни.

— Но, может быть, дружище, не в последний… Грег замолчал, погрузившись в тяжкие раздумья.

Это было правдой, и проигрыш был для него неприятным потрясением. До сих пор он без особых проблем справлялся с Лу Джексоном, который был на пять лет моложе его. Одно дело — проигрывать таким зубрам, как Макинрой. Но юнцу, который еще совсем недавно не умел как следует держать ракетку… Грег едва заметно поежился. Да, ему уже вовсю наступают на пятки. Самое время красиво уйти…

Ход его мыслей прервал Лу, который, видимо, почувствовал, что говорить жениху в день его свадьбы о своей победе над ним не годится.

— Тут дело в твоей ноге, а вовсе не во мне, — заметил он небрежно, — Тебе чертовски не повезло с этим твоим коленом, Грег.

«А может быть, как раз и повезло», — подумал Грег, втайне забавляясь: ведь ему было на что свалить любое поражение, тогда как каждая победа казалась особенно блестящей, когда он, морщась от воображаемой боли, завершающим ударом посылал мяч мимо в пух и прах разбитого противника…

— Не будем скулить, приятель, — сказал он вслух, изображая великодушие. — Оставим это занятие англичашкам. Это была очевидная и безусловная победа. Ты ведь — восходящая звезда. Иначе зачем бы я стал выбирать тебя своим шафером? К чему нам на свадьбе года уставшие герои прошлых дней, правда? Хватит с нас и тех, что будут там со стороны Стефани: взять хотя бы членов правления «Харпер майнинг»!

3
{"b":"18437","o":1}