ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нечто в этом роде. — Сарказм Джоанны пропал даром. — Так что дело не просто в том, чтобы манекенщица была постарше. Нам нужен другой тип.

У Джоанны сердце упало. Новый тип? Завтра до утреннего кофе я тебе два представлю. Чтобы скрыть охватившее ее чувство подавленности, она подняла фотографии и невидяще посмотрела на них. Слишком молоды? Бог ты мой! Ведь еще совсем недавно, когда в моду вошла «крошка» Брук Шилдс, на нее нападали, зачем ее манекенщицы так стары, А в одном крупном заезде она проиграла конкурентам, потому что то агентство в выборе не стеснялось и выпустило на сцену тринадцатилетних. А теперь что же, ренессанс старушек? Ну что ж, сама возьмусь за старое ремесло, безрадостно подумала она, едва удерживаясь от слез.

— Что ж, надеюсь, мы еще вернемся к этому вопросу, хорошо? — МУЗ решил, что высказался он вполне ясно, и почувствовал, что как раз наступил момент мирно завершить беседу. — Конечно, если у вас будут трудности, нам придется обратиться в другие дома моделей, расширить, так сказать, поле деятельности. Но давайте все же еще раз потолкуем и лучше не откладывая. Идет?

— Я позвоню вам, — ровно сказала Джоанна. На столе звякнул селектор.

— Джейсон пришел, он хочет вас видеть, — донесся голос секретарши.

— Я ухожу, — сказал МУЗ, направляясь к двери.

— Пусть подождет чуть-чуть, а потом пригласите его.

Ей просто необходима была минутка отдыха между делами, хотя только что услышанное явно требовало более продолжительных раздумий. Но одна мысль прочно застряла у нее в сознании. Этот забег она не могла себе позволить проиграть. Дело не столько в деньгах, хотя, видит бог, модные мастерские в этом суперпрестижном квартале — Ливерпуль-лейн — обходились недешево. Нет, это скорее был вопрос ее профессионального достоинства, ее репутации владелицы лучшего дома моделей в Сиднее. «Я просто должна победить», — сказала себе Джоанна. Если нужна женщина, выглядящая по-новому, она найдет ее. Или создаст. Но выйдет она на сцену именно с нею. И скоро. Вот и все. Вздохнув, Джоанна потянулась к селектору позвать Джейсона. Он хоть взбодрит ее — а это сейчас совсем не помешает.

У себя в комнате Мейти собирался к выходу. С того самого времени, как он впервые переступил порог особняка, который одновременно стал его домом, он взял за правило проводить вечера на стороне. Иначе, с его точки зрения, невозможно было по-настоящему отдохнуть, приготовиться к новому рабочему дню и доказать себе, что твоя жизнь не сводится к работе, как бы она тебе ни нравилась. Так что, будь то дождь или ведро, зима или лето, Мейти отправлялся на прогулку. Скажем, в театр или на концерт — он обожал оперу, которую не без оснований считал восьмым чудом света. Иногда в кино или в ресторан, где придирчиво, глазом профессионала, наблюдал за работой официантов и мэтра. Довольно часто он искал приключений, тех самых, что привлекали в Сидней гомосексуалистов со всего света, — еще одна причина, по его твердому убеждению, никого не допускать в свою частную жизнь в нерабочие часы.

Бросив последний взгляд в зеркало, он вышел из комнаты и устремился вниз. Время шло, а такси, которое он вызвал двадцать минут назад, все еще не подъехало. Во всяком случае, у выхода его не было. Может, у ворот, хотя ему казалось, что они открыты. Все же он пошел по дорожке проверить. И еще издали увидел, что ворота закрыты. Подавив раздражение, он быстро зашагал по дорожке и с помощью дистанционного управления открыл ворота, выходившие на широкую улицу.

К его удивлению, там, прямо у стены особняка, стояла женщина. В этих местах, где и роскошные «порше» были не в диковинку, никто не ходил пешком. Разве что выгуливали борзых. А у этой дамы не было ни машины, ни собаки. Но ясно было, что пришла она не в гости — ни к кнопке звонка не тянулась, ни к воротам не шла. Она просто стояла и смотрела.

Мейти внимательно взглянул на нее. Дама приятной наружности. Может, он встречался с ней раньше? Что-то знакомое в ее облике было. Но наверняка сказать трудно, так как, едва заметив его, дама повернулась и, надев темные очки, поспешила прочь. У Мейти были свои проблемы, но он все же окликнул ее и она резко остановилась.

— Извините!

— Да? — Голос звучал низко и с хрипотцой.

— Я просто хотел спросить. Я жду такси. Не знаю, давно ли вы здесь… не видели машины?

Похоже, услышав этот вопрос, женщина испытала явное облегчение. Она покачала головой.

— Да нет, как будто. Я уже здесь довольно давно.

— Обещали прислать через двадцать минут, но с ними никогда нельзя быть уверенным. Раньше я ездил в центр автобусом и гора не знал, но в наши времена на такси, пожалуй, спокойнее.

Он помолчал и снова внимательно посмотрел на эту странную женщину. Она смотрела куда-то вниз, упорно избегая встречаться с ним взглядом. Может, ей нехорошо? Неожиданно в конце улицы показалось такси, голубой седан, и, ревя мотором, подъехало к ним. Мейти взялся за дверцу и остановился.

— Мисс?

Она все еще стояла на том же месте, где он застал ее.

— Может, подбросить вас куда-нибудь?

Она покачала головой и улыбнулась:

— Нет, благодарю.

Он поколебался, а затем все же спросил:

— Вам ничего не нужно?

Наконец женщина подняла голову, прямо посмотрела на него и снова улыбнулась.

— Нет, нет, спасибо. Право, все нормально.

Тара стояла посреди дороги и смотрела на такси, увозившее Мейти, до того самого момента, как оно не исчезло из вида. Мейти не узнал ее! Она совершенно не ожидала увидеть его, ибо из всех обитателей он реже других покидал дом. Но теперь можно не волноваться. Насколько можно было судить, он принял ее за незнакомку. А уж если Мейти не узнал, будьте спокойны, никто не узнает.

Она задумчиво прислонилась к стене. Она и самой себе не могла дать отчет, что привело ее глянуть на дом снаружи — знала только, что проснувшись этим утром, почувствовала, что просто не может не взглянуть на свое прежнее жилище. Ну что ж, свое желание она исполнила. И к тому же получила непредусмотренную возможность проверить свой новый облик на одном из тех немногих людей, которые по-настоящему хорошо знали ее, и убедиться, что все в порядке: Стефани Харпер исчезла бесследно. Теперь она — Тара. И женщина, которая стала Тарой, привлекает восхищенные взгляды старичков вроде Мейти. Она весело улыбнулась. «Старый добрый Мейти. И старая добрая Тара!»

Она поежилась. Вечером, как всегда, резко и неожиданно холодало. День был жарким, но ночью могло пробирать до костей. Пора двигаться. Нет, еще немного. Она стояла, прислонившись к грубо отделанной стене и глядя на бриллиантовую россыпь звезд, усеявших южное небо. Пора. Она было повернулась, как в дальнем конце улицы вспыхнули фары; какая-то машина быстро катила с вершины холма. Тара инстинктивно отпрянула под сень густой лозы, покрывавшей стену, и сделалась почти невидимой с дороги. Убедившись в этом, она осторожно выглянула. Машина притормозила неподалеку, перед старыми металлическими воротами, которые Мейти, уходя, тщательно запер. Лицо водителя легко было разглядеть. Это была Джилли! Под невидимым взглядом Тары Джилли вышла из машины и нажала кнопку домофона.

— Да.

По голосу, донесшемуся из маленького черного аппарата, потрясенная Тара узнала Грега.

— Милый, это я, Джилли. Я приехала, я здесь, отпирай поскорее. — Голос Джилли зазвучал настойчиво и соблазнительно.

Тара услышала жужжание механизма, при помощи которого открывались ворота. Джилли распахнула их, вернулась в машину и въехала на подъездную дорожку. Ворота за ней закрылись.

«Джилли? Но почему она?.. Как?.. — Тара никак не могла взять в толк всего этого. Она вернулась в спасительную тень, напряженно раздумывая. — Джилли?» Медленно, словно под водой, перед мысленным взором Тары мелькали картины прошлого: Джилли на свадьбе, Грег полуобнимает ее, она слабым голосом лепечет поздравления; Джилли играет в теннис в паре с Грегом, и победители обмениваются поцелуем; Джилли, вся обратившаяся в сторону Грега, той ночью, когда они все так долго болтали. Новые мысли, причиняя почти физическую боль, разрывая мозговую ткань, проникали в сознание Тары — в ту ночь Джилли не хотела уходить с вечеринки, Филип пошел домой один, это в порядке вещей, но уж больно долго Грег провожал ее домой…

39
{"b":"18437","o":1}