ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лу восторженно рассмеялся и шутливо двинул Грега кулаком в плечо. Этот парень просто не может не нравиться: всегда найдет, что сказать, в карман за словом не полезет, когда захочет выдать что-нибудь приятное. Он стал украдкой разглядывать правильный классический профиль Грега, его густые светлые волосы, открывающие лоб, и сильные загорелые руки, крепко держащие руль. «Боже мой, а ведь если бы я был девушкой, я бы точно влюбился в Грега Марсдёна, — решил он. — Ничего удивительного, что все теннисные фанатки с ума по нему посходили. А этой крошке-француженке настолько не терпелось прыгнуть к нему в постель, что она горы свернула, чтобы этого добиться. Говорят, горячая штучка: развлекалась с ним всю ночь и почти весь следующий день. Что же тут удивляться, что вечером он продул ответственный матч… — Лу улыбнулся про себя. — Это даже хорошо, что Грегу удалось хорошенько побеситься. Ведь со Стефани Харпер у него были самые тусклые перспективы по этой части. Ничего не скажешь, женщина она вполне приятная. Но быть партнершей мужику, который запросто мог бы стать чемпионом Олимпийских игр по сексу… Да, Грег, в таких соревнованиях ты меня без труда обставишь».

Прекрасно зная Сидней, Грег мастерски вел машину на опасно большой скорости, и таким образом ему удалось частично наверстать упущенное время. Проезжая последнюю пару миль, он заметно повеселел и еще прибавил скорости, когда его огромный автомобиль выехал на обсаженную деревьями аллею, идущую в сторону особняка Харперов. Выстроенный на превосходном участке с видом на сиднейский порт, особняк олицетворял триумф Макса Харпера, его могущество и величие. Он построил этот белый дом, когда его «Харпер майнинг» и ее дочерние предприятия начали завоевывать пространство к востоку от Северной Территории и ему потребовалось все больше времени проводить в деловой столице Австралии.

Теперь же величественный особняк на берегу моря стал одной из главных частных резиденций в Сиднее. Окруженный большими деревьями, тень от которых была спасением в полуденную жару, и ухоженными газонами, простирающимися до самого моря, со вкусом обставленный внутри, он был воплощением роскошной жизни. Грег представил себе яркий, залитый солнцем сад, просторные веранды и прохладные комнаты, бокал шампанского и уважительный прием, который ожидал его там. Вот это — жизнь! Вот на что он имел право, и еще на многое другое. И все это теперь было его. Настроение у него сразу поднялось.

Однако, когда Грег завернул за угол, подъезжая к особняку, его хорошее настроение мгновенно улетучилось. Перед воротами среди припаркованных «мерседесов» и «феррари», на которых прибыли гости, на тротуаре и даже на дороге толпились многочисленные репортеры и прочие представители прессы. Тут были все труженики пера, которых он знал по теннисным турнирам, да еще компания хищниц из иллюстрированных журналов. Кроме того, здесь были люди, которых он прежде никогда не встречал — очевидно, сотрудники агентств новостей и зарубежных изданий, — и, конечно же, стайка гибких загорелых фанаток, собравшихся, чтобы проводить своего кумира, а среди них…

— Мать твою раз-этак! — Уж не та ли француженка там, сзади, в красном платье? Грег покрылся холодным потом и почувствовал новый прилив ярости.

— Спокойно, Грег. — Ошарашенный свирепым ругательством, Л у предостерегающе посмотрел на него. — Вспомни австралийский совет насчет того, с чего надо начинать заигрывание: первым делом нужно взять себя в руки. На прессу плевать не стоит.

Грег через силу выслушал этот совет и молча кивнул. За оставшийся отрезок пути он полностью овладел собой, и, когда они вплотную подъехали к встречавшей их толпе, на лице его сияла приятная, непринужденная улыбка. «Роллс-ройс» плавно остановился перед живым барьером, загородившим ворота, и тотчас же на Грега спикировали газетные стервятники.

— Вот и он! — завопила какая-то репортерша, с магнитофоном наготове пробиваясь сквозь давку на передний край толпы. — Грег, какие чувства вызывает у вас женитьба на самой богатой женщине Австралии?

Грег наградил ее ослепительной улыбкой.

— Самые чудесные! — ответил он, растягивая слова.

— Мы уж было подумали, Грег, что вы не успеете приехать вовремя.

— По дороге были сплошные пробки. Да еще пришлось подождать, пока соберется мой шафер.

— А почему прессу не пускают на свадьбу? — недовольно спросил рассерженный репортер одного из международных агентств новостей. Грег обезоруживающе пожал плечами:

— Что поделаешь! Я понимаю, ребята, что вы разочарованы. Но дело в том, что Стефани хотела, чтобы присутствовали только родные и близкие. Она, в отличие от меня, не привыкла к прессе. И потом, она все-таки выходит замуж за меня, а не за моих болельщиков. — Он улыбнулся с извиняющимся видом. «Их надо умасливать, — подумал он. — Это так легко, когда знаешь, как к этому подойти».

Вокруг сверкающего белого «роллс-ройса» с надписью «ТЕННИС», вместо цифр на номерном знаке, суетился фотограф.

— Симпатичная машинка, — восторженно сказал он. — Свадебный подарок от невесты?

— Да, — холодно ответил Грег. — Точно.

Краешком глаза он заметил, что одна из журнальных стервятниц протискивается к дверце машины. Впервые за все время он пожалел, что из-за открытой крыши автомобиля он был беззащитен перед теми, кто его окружил, и подумал, как хорошо было бы поднять стекло перед самым ее носом. А она уже была тут как тут.

— Мои читатели во всем мире хотят знать, — требовательным тоном сказала журналистка, — каков будет ваш ответ тем, кто говорит, что вы женитесь на Стефани из-за ее денег.

Этот вопрос уже был не нов, и Грег расправился с ним не моргнув глазом:

— Это нас не волнует. Пусть говорят, что хотят. Главное, чтобы Стефани была счастлива со мной.

— Значит, это — в самом деле брак по любви?

— Совершенно верно. И я могу каждому посоветовать то же самое.

«Блестящий ответ, Грег, — восхищенно подумал Лу. — Умеет же он быть очаровательным, когда захочет! Ну, теперь не так уж много осталось выдержать».

— А как же с твоей карьерой, Грег? — Это был голос одного из ведущих теннисных журналистов, который следил за успехами Грега с тех самых пор, когда тот еще был невесть откуда взявшимся худым долговязым подростком, изумительным образом сочетавшим в себе силу, грацию и безудержное желание победить любой ценой. — Означает ли это, что теннис для тебя закончился?

Грег обиженно посмотрел на него:

— Ни в коем случае, приятель, ни в коем случае.

— Но ты должен признать, что весь прошлый год у тебя были проблемы с поддержанием формы. Откровенно говоря, она была не на должной высоте, правда ведь?

Может быть, ты несколько перебрал по части красивой жизни, а, Грег? Ты понимаешь, о чем я?

Лежавшие на руле руки Грега зачесались от желания хорошенько врезать этому хитрюге журналисту по зубам. Он с трудом заставил себя сохранить хладнокровие и переборол сильнейшее желание оглянуться на теннисных фанаток, чтобы посмотреть, действительно ли среди них была эта французская штучка. Он лениво улыбнулся:

— Ты же знаешь, приятель, что нельзя верить всему, что пишут в газетах.

— А как насчет твоего возвращения?

Грег широко раскрыл глаза с притворным удивлением:

— А я никуда не уходил!

— Значит, на следующий год тебе снова предстоит международное теннисное турне? Может быть, снова Уимблдон?

— Это зависит от Стефани, — ответил Грег. — Все зависит от того, захочется ли ей вообще куда-нибудь ехать. Теперь она для меня на первом месте.

— Грег, это ваш первый брак? — Это снова была репортерша с магнитофоном. Грег быстро окинул ее оценивающим взглядом.

— Да, — сказал он решительно, — и я провороню брачную церемонию, если буду и дальше торчать тут с вами, ребята. Мне пора. Счастливо.

Он включил сцепление, но, когда машина тронулась с места, не удержался от соблазна пофлиртовать с молодой репортершей, записывавшей каждое его слово на свой магнитофон.

— А ничего у вас фигурка, — сказал он ей с ухмылкой. — Обращайтесь с ней аккуратно. Ведите себя хорошо.

4
{"b":"18437","o":1}