ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Пока, мамуля, — пробурчал он и вышел. Лицо Джоанны, хотя еще и не того невероятного красного цвета, как ее волосы, являло дивный образчик сочетания малиновых тонов.

Она замерла на секунду, прежде чем вылить весь свой гнев на голову этого придурка, который осмелился войти, когда она работает.

— Послушайте, господин… — она начала с угрозой.

— Прежде чем вы продолжите, — сказал он спокойно, глядя ей прямо в глаза. — Я друг Тары, и у меня важное дело.

Пыл Джоанны охладили властные нотки в его голосе. Лицо его было суровым, манера вести себя — энергичной.

— Меня зовут Дэн Маршалл. Позвольте присесть? — Не дожидаясь ответа, он сел перед столом Джоанны и начал быстро говорить.

— Мисс Рэнделл, я живу на севере. Я приезжал в Сидней, чтобы увидеться с Тарой, и улетел обратно в Квинсленд. Дома меня ждала информация, которую я стремился добыть несколько месяцев.

— Простите, как, вы сказали, ваше имя? — Джоанна была растеряна. «Чего он хочет?»

— Маршалл. Дэн Маршалл. То, что я узнал, было для меня настолько важным, что я развернулся, сел на ближайший самолет и прилетел сюда. Это касается Тары.

— Послушайте, вы ее достаточно хорошо знаете?

— С Квинсленда, с давних пор. — Он заколебался. — Мисс Рэнделл, я знаю, что Тара вам доверяет.

— Ну… — Теперь заколебалась Джоанна. — Насколько она вообще доверяет людям.

— Много ли она вам рассказывала о себе?

Джоанна не понимала, к чему он клонит.

— А почему вы спрашиваете?

Дэн вспыхнул, но выдержал ее взгляд.

— Я люблю Тару, — сказал он. — Я просил ее выйти за меня замуж.

— Да? — Джоанна насторожилась. Так это был один из тех чокнутых, что преследуют знаменитых красивых женщин?

— Она встречалась с каким-то другим мужчиной. Я хотел бы знать, кто это.

С Джоанны было достаточно. Каковы бы ни были его проблемы, она содержала не агентство по розыску лиц для услуг всяких странных типов, которые забредают с улицы, томясь от желаний и изнывая от любви по ее прекрасным клиенткам. Она глубоко вздохнула.

— Так вот в чем дело, господин Маршалл?

Но, не обращая внимания на нее, он продолжал:

— Это — Грег Марсден?

— Послушайте, вы, кажется, приличный человек. Правда? Но вы должны понимать, что я никогда не вмешивалась в личную жизнь своих клиентов. Я уверена, если бы вы…

— А что, если я скажу вам, что такого человека — Тара Уэллс — не существует вовсе?

— Что? — Да!

— Вы имеете в виду, вы хотите сказать, что Тара Уэллс — не ее настоящее имя? Многие манекенщицы…

— Не только это.

Джоанна лихорадочно соображала. Что за чертовщину несет этот человек?

— Ну, если она не Тара Уэллс, то кто же она?

Ответ последовал не сразу. Но когда он прозвучал, понятнее не стало.

— Стефани Харпер.

Казалось, проходили часы, а не секунды, пока Джоанна пыталась осмыслить информацию. А голос Дэна, настойчивый, властный, продолжал звучать.

— Стефани Харпер не погибла на реке Аллигаторов. Она не утонула и не была съедена заживо напавшим на нее крокодилом, как считали многие. Она, правда, была сильно искалечена, это точно. Но каким-то образом, я не знаю как, она добралась до клиники в Северном Квинсленде, где за несколько месяцев перенесла серию операций, которые полностью изменили ее наружность. Затем она вернулась в Сидней, назвавшись Тарой Уэллс.

— Ха, вы что думаете, я поверю в эту сказочку? Это совершенно невероятный бред.

— Я могу вас уверить, что это правда. И, не считая меня и моего друга, который помогает разыскивать пропавших людей через полицейский департамент в Квинсленде, вы единственный человек, который знает об этом.

— Но… Стефани Харпер было бы сейчас около сорока.

— Ей и есть столько… если она еще жива!

У Джоанны настолько все перемешалось в голове. Она не могла осмыслить этого. Она не знала, что нужно делать.

— Боюсь, я очень занятой человек, господин Маршалл. Поэтому, если вы…

— Доктор Маршалл, — поправил он сердито. — Я тот хирург, который делал пластические операции Таре. Вы можете справиться обо мне в Австралийской медицинской ассоциации. Моя специализация — косметическая и реконструктивная хирургия. Я помог создать Тару Уэллс.

— Так вы врач?

— Да, боже праведный! До этого времени я никогда не нарушал врачебную тайну.

Он застонал, сбросив на минуту маску профессиональной беспристрастности.

— Но я никогда раньше не был влюблен в свою пациентку. И, кроме того, я считаю, что она находится в большой опасности.

— Опасности?

— Да. Это так очевидно, что надо было быть дураком, чтобы не вычислить этого даже до того, как я узнал, кто она.

Дэн бегло рассказал о желании Тары вначале измениться, потом скрыть свою историю, важный план, от которого она не могла отказаться ни ради любви, ни ради жизни самой, ее вынужденное признание, что есть кто-то другой, хотя он всей душой чувствовал, что не любила она того таинственного соперника, — все указывало на одно объяснение.

— Я догадался, что она пытается осуществить правосудие в его первозданном виде, отомстить за причиненную ей несправедливость, не доверяя обществу сделать это за нее. И как мужественна или как глупа она должна быть, чтобы ввязаться в это снова: противостоять человеку, который уже пытался убить ее однажды и которому будет просто необходимо убить ее, если он раскусит ее.

— Мисс Рэнделл… — он запнулся и произнес со всей силой, на какую был способен, — теперь, пожалуйста, скажите мне, с кем она встречалась! Кто он?

Джоанна едва слышно прошептала:

— Грег Марсден. Лицо Дэна вспыхнуло:

— Где я могу найти Тару?

— Я не знаю.

— Да перестаньте. Найдите лучший ответ!

— Я думаю, что Грег Марсден все еще в особняке Харперов в Дарлинг-Пойнт. Возможно, Тара с ним.

— Спасибо, мисс Рэнделл, вы настоящий друг. Уходя, он обернулся, и его смуглое лицо осветила лучезарная улыбка. «О боже, — подумала Джоанна с чувством сожаления, — как же я сразу не заметила, как он хорош?»

«Пока все идет прекрасно. Так и надо продолжать, и все будет хорошо, — сказала себе Тара, проходя по коридорам Эдема в кухню. — Ленч прошел весьма удовлетворительно. Надо признать, Грег выходит из себя, пытаясь быть обходительным, как и в те первые дни его ухаживаний — только теперь была незримая, но существенная разница».

Она видела, что в проявлениях его заботы было больше чувства, больше неподдельной теплоты. Но бедную Стефани так легко было обмануть. Она никогда не знала настоящего чувства, а потому с готовностью принимала все за чистую монету.

Когда Тара вошла в кухню, она застала там Кэти, смущенную, с виноватым видом убирающую бутылку столового хереса в шкафчик.

Она подошла и поставила несколько тарелок, которые принесла с обеденного стола, как бы обозначив, зачем она пришла на кухню.

— Я как раз хотела идти за ними, — сказала Кэти подозрительно. — Оставьте их здесь.

Тара подошла ближе.

— Я хотела поблагодарить вас за прекрасный обед, Кэти…

Но приход Грега прервал их разговор.

— А, вот ты где. Я пришел спросить, что бы ты хотела делать после обеда? Есть порох в пороховницах?

— Смотря для чего.

— Хочешь прокатиться на лошади и осмотреть окрестности?

Тара засмеялась.

— Ну, для этого пороха у меня достаточно. Я езжу верхом с детства.

«Езжу верхом, ха! — усмехнулась Кэти про себя. — Ты бы посмотрела на Стефани на Кинге. Она скакала на лошади, как вихрь, лет с пяти-шести. Ей не было равных на этом жеребце». Внезапно ее охватил страх.

— Кинг — ее лошадь, не забудьте. С тех пор никто на нем не ездил!

— Никто не собирается кататься на Кинге, Кэти, — сказал раздраженно Грег. — Полно других лошадей. Я тебя буду ждать на улице, когда будешь готова, Тара.

Выйдя из кухни, Грег пошел отдать приказание седлать лошадей. Ни Криса, ни Сэма нигде не было.

— Черт побери! Когда нужно, их никогда не найдешь, а не нужно они путаются под ногами. — Когда он все уладил, появилась Тара. Под покато спускающейся верандой с тонкой плетеной металлической решеткой они ждали, пока приведут лошадей.

72
{"b":"18437","o":1}