ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сварга. Частицы бога
Вещные истины
Жажда
Необыкновенные приключения Карика и Вали
Дар или проклятие
Время не властно
Нелюдь
Волшебная сумка Гермионы
Метро 2035: Бег по краю

Много позже, насытившиеся и довольные, они стали перешептываться хриплыми и срывающимися голосами, в то время как лошади беспокойно копошились в своих стойлах, встревоженные близостью возбужденных человеческих тел.

– Знаешь, а ты чертовски сексуальна!

– О, Грег, я больше не могла сдерживаться ни минуты.

– Мне тоже недоставало тебя.

– Мне казалось, что я умру. Грег… мне невыносима мысль о том, что ты прикасаешься к ней.

«Мне тоже», – безжалостно подумал Грег.

– Это продлится недолго, – сказал он.

– Я так сильно люблю тебя. И что мы будем делать?

– Доверься мне, крошка. Просто верь. Хорошо?

А на дальней стороне ранчо, сидя у костра и глядя в огонь, Крис почувствовал, как в кромешной темноте зарождается таинство извечного зла, расцветая в душном и влажном воздухе.

* * *

– Ну, Джилли, чем мы будем развлекать тебя в Эдеме? – встревоженно осведомилась Стефани в попытке рассеять необычайно угрюмую, как ей показалось, атмосферу, царившую за завтраком. Напротив нее, по другую сторону стола, сидел мрачный Грег, погрузившись в собственные мысли, пока Джилли, нервная и рассеянная, разливала кофе. Роскошный завтрак, приготовленный для них Кейти, явно не вызывал у нее ни малейшего аппетита.

Тревога охватила Стефани еще вчера вечером, за ужином, когда Грег и Джилли обменялись едва парой слов. С проницательностью, порожденной любовью и чувством опасности, Стефани заметила, что они избегают смотреть друг на друга, а если их взгляды и встречались, то оба поспешно отводили глаза и резко меняли тему разговора. Стефани, не будучи опытной хозяйкой, пришлось приложить массу усилий, дабы разрядить напряженную атмосферу, и к ней вернулись ее прежние страхи. «Я так и знала, что они не найдут общего языка, – мысленно убивалась она. – Я вижу, что оба пытаются подружиться, потому что знают, как это важно для меня, но у них ничего не получается». Ее страхи подтвердились, когда Джилли под явно надуманным предлогом мигрени пожелала лечь пораньше, а Грег так долго обходил перед сном дом и все дворовые постройки, что ей стало ясно – он не может заснуть, бедняжка. «Неужели Джилли так сильно действует ему на нервы? – обеспокоилась Стефани. – Она ведь только что приехала».

– Развлекать меня? – пожалуй, чересчур резко отозвалась Джилли. – Не забивай себе голову такой ерундой. В Эдеме есть чем заняться. Я… сама найду себе развлечение! – Глядя прямо перед собой, она невпопад рассмеялась.

– Что ж, у нас есть прекрасный бассейн… можно отправиться на увлекательную прогулку… да и в библиотеке полно хороших книг, и они полностью в твоем распоряжении, – жизнерадостно сообщила ей Стефани. Но сердце у нее болезненно сжалось, потому что, хотя сама она любила Эдем за возможность расслабиться и просто отдохнуть, она не могла тешить себя надеждой, что столь непритязательное времяпрепровождение придется по вкусу утонченной Джилли. И тут ей в голову пришла спасительная мысль:

– Да, и не забудь о теннисном корте! Я-то – полная неумеха, и потому кто-нибудь должен выбраться туда, чтобы дать нашему чемпиону возможность потренироваться!

– Стефани, перестань суетиться! – Грега лишь подстегнул тот факт, что обожание и любовь на лице супруги сменились болью и обидой, и он продолжал: – Сегодня с утра хлопочешь, как заботливая наседка. Что с тобой такое? Джилли – уже большая девочка, – Стефани заметила, как при этих словах губы его плотно сжались, – и она вполне может сама позаботиться о себе, разве нет?

– О да, Грег, я знаю. Я всего лишь… – Голос у нее сорвался, и она умолкла.

Грег с неприязнью уставился на нее. «Господи, когда она сидит вот так, глядя на свои руки и заламывая их на коленях, то выглядит как школьница, а не как взрослая женщина». Все ближе узнавая Стефани в Эдеме, где она могла быть самой собой и повела себя естественнее, он впервые заметил, какой наивной простушкой она была, и это открытие ему не понравилось. Ему пришлось зубами выгрызать право войти в мир больших состояний, гламура и привилегий, и потому та, которой все это было принесено на блюдечке с голубой каемочкой еще в детстве, а она отбросила эти вещи за ненадобностью, вызывала у него глухое раздражение. А ведь она могла бы стать лидером среди сливок общества, с презрением думал он. Но теперь он понял, что подобное качество попросту отсутствовало у нее как таковое. Увы, но ему придется отказаться от мысли, которую он лелеял еще до того, как они поженились, что ему удастся превратить ее в достойную спутницу Грега Марсдена, элегантную, ухоженную, изящную светскую львицу. Крах этой маленькой мечты он воспринял как личное оскорбление, которое ему было трудно простить Стефани.

Снедаемый мрачными мыслями, он взглянул на другую сторону стола, где сидела Джилли. Вот это – живое олицетворение того, какой должна быть настоящая женщина. Уверенная в себе, хладнокровная, умная и сексуальная (о да, непременно сексуальная!), организованная и обладающая самодисциплиной. Грег едва сдерживался, чтобы не улыбнуться, но все же сумел сохранить на лице выражение оскорбленного раздражения.

Даже в такую рань, сидя за столом в домашнем халате, без макияжа, подставив лицо безжалостным солнечным лучам, Джилли выглядела потрясающе. Он исподтишка пристально наблюдал за нею, глядя, как она отщипывает крошечные кусочки рогалика и подносит их ко рту. Нервные, беспокойные движения ее пальцев и блеск маленьких белых зубок возбуждали его. Джилли вдруг подняла голову и поймала его взгляд. Между ними сверкнула молния, которую тут же постарался погасить Грег – осторожность заставила его покоситься на Стефани. Та по-прежнему сидела, глядя на свои руки, и Грег ощутил прилив гнева: на себя – за то, что ведет себя как школьник, опасающийся, что его застигнут за чем-то недозволенным, и на нее, потому что она могла повелевать им. «Будь ты проклята, Стефани», – подумал он. В голову ему вдруг пришла мысль: «Эх, если бы у меня не было необходимости спать с нею». Тем временем Стефани решила забыть о собственных обидах и сосредоточиться на тех, кого любила.

– Извините, если я показалась вам обоим назойливой, – с открытой улыбкой сказала она. – Но я по-прежнему считаю, что вам неплохо бы сыграть в теннис друг против друга – это будет лучше, чем мучиться со мной. Почему бы вам не отправиться на корт сегодня утром, пока не стало слишком жарко?

* * *

Дни потянулись своей чередой, и, к великому облегчению Стефани, Грег и Джилли, казалось, начали понемногу ладить друг с другом. Тем не менее до полной гармонии было еще далеко. Она не могла не замечать неловкости, возникающей сразу же, стоило им троим оказаться вместе, внезапных пауз, беглых взглядов, не могла не чувствовать напряженной атмосферы. Она винила себя из-за того, что не может заставить их подружиться, и нашла выход в том, чтобы дать им возможность как можно больше времени проводить наедине, дабы они лучше узнали друг друга. Как же она бывала довольна и даже счастлива, когда стала замечать, что после игры в теннис, прогулок, поездок по ранчо или в местные салоны красоты они возвращались оживленными и дружелюбными, и лишь в ее присутствии становились чопорными и напряженными. Со своим комплексом самоуничижения Стефани не находила в этом ничего странного. С такими людьми, как Грег и Джилли, остроумными, привлекательными и интересными, скучная и неуклюжая Стефани ощущала себя третьей лишней, как бывало с ней всегда.

Впрочем, было и еще кое-что, кое-какие странности, над которыми она ломала голову бессонными ночами и которым не могла найти объяснения. Например, она знала, что, в отличие от нее самой, Грег с пренебрежением относится к аборигенам, жившим на ранчо. Она вынуждена была признать, хотя и с некоторой грустью, что у него не находится для них времени и что он никогда не захочет познакомиться поближе с их образом жизни и не сможет даже попытаться усвоить их мудрость. Но теперь, похоже, в нем стала проявляться жгучая и иррациональная ненависть к ним. Однажды, когда Грег и Стефани собирались отправиться на верховую прогулку после того, как Джилли объявила, что молодожены должны больше времени проводить вместе, иначе она начнет чувствовать себе кукушонком в их гнездышке, Стефани попросила Криса оседлать для них лошадей. В назначенный час супруги вышли из дому и, перейдя конный двор, направились к конюшне, где их уже поджидал Крис, держа под уздцы Кинга, огромного вороного жеребца, который в его умелых руках вел себя с притворной сдержанностью. Рядом стоял Сэм, держа на поводу длинноногую гнедую, на которой предпочитал ездить верхом Грег. Утро выдалось прекрасным, буш манил своими неизведанными просторами, и Стефани была на седьмом небе от счастья, предвкушая, что на протяжении следующих нескольких часов Грег будет принадлежать ей одной. Но, когда она приняла уздечку у Криса и уже собиралась подняться в седло, ее приподнятое настроение мгновенно развеялось при первых же звуках гневного голоса Грега.

19
{"b":"18438","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Приватир
Деньги. Мастер игры
Ghost Recon. Дикие Воды
Голос вождя
Что можно, что нельзя кормящей маме. Первое подробное меню для тех, кто на ГВ
Академия невест
Соблазню тебя нежно
Рестарт: Как прожить много жизней
Аргонавт