ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Тяжело вздохнув, он опустил ее на землю.

— Вот видишь, — нежно сказал он, — какая ты опасная. Но я не жалею, что пришел.

— Я рада слышать это.

— И снова приду, стоит тебе лишь позвать. В любое время.

— Спасибо.

— Но сейчас… сейчас я тебе не нужен. На этот раз ты победила, Стефани. У меня такое предчувствие.

— И я так думаю.

— Но не забывай старого друга… — В глазах его отразилось страдание.

— Это я тебе тоже обещаю, Амаль.

— О да, помню, конечно, помню. — Старая монахиня даже с некоторой обидой посмотрела на мать-настоятельницу и Тома, которые стояли в изножье узкой кровати в келье с голыми стенами. — Просто я не могу вспомнить быстро, вот и все. Не торопите меня! — Она погрузилась в молчание, и можно было подумать, что она роется в памяти, но Том боялся, что она просто задремала. Он едва сдерживался.

— Терпение, сын мой, — тихо произнесла мать-настоятельница. — Молите Бога, чтобы в трудную минуту он послал вам терпение.

Терпение! Том завыть был готов. Как только он выдержал эту ночь, которая показалась ему самой длинной в жизни! Едва он добрался до гостиницы и снял комнату, выяснилось, что ни заснуть, ни даже усидеть на месте он не может, хотя уже несколько дней, а то и всю неделю даже не ложился. Короткой прогулки вполне хватило, чтобы ознакомиться с Клонкарри, небольшим городком, притулившимся прямо у шоссе. Ему было нечего читать и нечего делать. Опасаясь оскорбить монастырь запахом алкоголя, он даже кружки пива не выпил. Он считал часы, лежа на жесткой кровати, стараясь не думать о Саре, и нетерпеливо дожидался утра.

И вот теперь он предстал перед женщиной, у которой могли быть ключи к тайне, — и проблемы его умножились тысячекратно. Сестре Агнес было больше девяноста лет, и она была уже старухой, когда его сюда привезли младенцем. Сейчас она была маленькой и высохшей, как кузнечик, ей хватило бы половины монастырской койки, где она лежала, плотно завернутая в одеяло.

— Сестра Агнес теперь проводит большую часть времени в постели, — предупредила Тома мать-настоятельница. — Иногда она забывается, потом снова приходит в себя. Так что будьте готовы к этому.

Неожиданно старая монахиня снова заговорила высоким тонким голосом, глаза были все еще закрыты.

— Был младенец, его привезли издалека, из Эдема. О, это был чудесный ребенок. Его привез крупный мужчина, его звали Мак… Мак…

— Макмастер, — подсказал Том.

— Макмастер. Вот-вот. Он самый. Он не хотел оставлять ребенка. Но ему пришлось. Потом он уехал… — Сестра Агнес снова надолго замолчала, и Том бросил умоляющий взгляд на мать-настоятельницу. Та предупреждающе покачала головой. Том не осмелился перечить ей.

Так же внезапно, как замолчала, монахиня заговорила вновь:

— Потом он вернулся. Он хотел взять ребенка. Очень хотел. А ты кричал в яслях. Вот мы и отдали ему тебя.

— Отдали ему меня? Так я, что… — Том едва выговорил слова от волнения, — я был не тот, кого он привез?

Снова нестерпимая по продолжительности пауза.

— Тот умер. Ребенок из Эдема умер. Но этот мужчина и его жена так хотели его. А тебе была нужна семья. Матерью твоей была молодая ирландка, приехавшая сюда с побережья. Она была сиротой и умерла родами — бедное создание… такая юная.

— Сестра! — требовательно проговорила мать-настоятельница. — Ее имя?

— Кэллаган.

— Благодарю вас, сестра. — Ее широкое лицо осветилось победной улыбкой, она увлекла Тома из кельи и плотно прикрыла дверь.

— Больше нам сейчас ничего не нужно, — сказала она. — И не стоит более утомлять сестру Агнес, выспрашивая подробности. Впоследствии мы все запишем в графу, где значится имя вашей матери.

— Моя мать… — Том все еще никак не мог осознать случившегося.

— Боюсь, судя по отзывам, мы мало чего хорошего можем сказать о ней, — строго сказала мать-настоятельница.

— Это не имеет значения. У меня есть мать. — Доброе, любящее лицо Рины встало у него перед глазами. — И коль скоро это не Стефани Харпер, мне нечего больше желать.

Глава тридцать девятая

— Сорок два процента! — Деннис с раздражением стукнул кулаком по столу и повернулся к остальным.

— Так это же хорошо, Деннис, — сказала Сара с вымученной бодростью.

— Вовсе нет, Сара, — мрачно вставила Стефани. — Эта цифра повторяется уже три дня подряд.

— Мы не прибавляем, — заметила Касси, просматривая сложные данные, выдаваемые ее компьютером. — Ясно, что свободный рынок мы подмели дочиста…

— Добавьте еще акции пайщиков, симпатизирующих компании, на которые мы не рассчитывали, — перебила Сара, желая быть справедливой.

— Но всего этого недостаточно! — взорвался Деннис. — Мы можем считать и пересчитывать до посинения. Но это ничего не дает!

— Так что же дальше? — Сара изо всех сил старалась сохранить хладнокровие. — Мы что…

— Нет, еще не проиграли, — решительно сказала Стефани. — Во всяком случае, пока не проиграли. Я не собираюсь от вас ничего скрывать. Дела выглядят не лучшим образом. Но у меня еще есть в запасе один, нет, два патрона. И если уж нам суждено пойти ко дну, то только после того, как мы полностью отстреляемся.

Касси оказалась единственной, кто выдавил хоть подобие улыбки.

— Ну конечно, — глухо сказала она.

Стефани посмотрела на угрюмые лица.

— Вторая половина дня свободна, — решительно объявила она. — Отправляйтесь куда-нибудь, хоть на рыбалку, что ли. А я еду в Сидней.

Бледный свет осеннего солнца золотил мост и отбрасывал блики на потрясающее по красоте здание Оперы.

Высоко над ним Джейк стоял у окна своего кабинета, прижимая к уху трубку, в которой звучал отрывистый голос брокера:

— Она готова, тут никаких сомнений нет.

«Готова… знал бы он только».

— Она застряла на сорока двух — с утра никакого движения.

— И не осталось неучтенных акций.

— Точно.

— Ладно, спасибо за звонок.

— Вы вроде не очень-то рады.

— Ну как же, рад. Танцую джигу на столе.

— Тут, знаете ли, вас с тыла очень прилично поддержали.

— Знаю, знаю, — мягко сказал Джейк. — Весьма признателен. Вы отлично поработали.

— Рад слышать это, — уже более довольно сказал брокер. — Всегда к вашим услугам. — Он повесил трубку.

Джейк тоже. Если это победа, почему же он чувствует себя побежденным? Или он уже дошел до такого состояния, когда не может отделить одно от другого? На столе зажужжал селектор:

— Мистер Сандерс?

— Я занят, Хилари.

— Но, мистер Сандерс… — Он отключился и вернулся к окну. К его удивлению, кто-то вошел в кабинет. Яростно обернувшись, чтобы выставить непрошенного визитера, Джейк встретился глазами с той, чей образ не давал ему покоя днем и преследовал ночью. Рот у него открылся, но с губ не слетело ни единого слова.

Стефани рассчитывала захватить его врасплох. Но ее доброе сердце дрогнуло, когда она увидела, как сильно он побледнел и как застыли глаза, словно перед ним явился призрак.

— Привет, Джейк, — сказала она, вкладывая в голос больше теплоты, чем предполагала. — Я решила перенести боевые действия на территорию противника.

— Прошу… — Он с видимым усилием взял себя в руки. — Присаживайтесь.

— Нет, это не светский визит. Вам известно, что я выигрываю?

Он заставил себя удержаться от язвительной усмешки:

— Вот странно, а мой брокер только что сообщил мне нечто прямо противоположное. Боюсь, вам еще далеко до возвращения в этот кабинет.

— Вы бы поступили разумно, просто отдав его мне, — невозмутимо продолжала она. — Я пришла, чтобы предложить вам выгодную сделку. Я выкупаю ваши акции по самой высокой цене. Таким образом, вы уйдете, сохранив достоинство. Просто возьмете деньги и уедете.

— А как насчет моего предложения? — тихо спросил он. — Вы обдумали его?

— Насчет какого предложения? — саркастически спросила она. — Что вы имеете в виду: кровать или президентский пост? К тому же не забывайте, я замужем.

86
{"b":"18438","o":1}