ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В павильон вошел пенсионер в панаме и с рюкзаком. Толя опомнился, в два приема сгреб и переложил в свою сумку пачки банкнот, а «дипломат» вытащил и оставил у стены. Кто-нибудь наверняка его скоро прихватит, и если торгаш привел за собой ментов или бандитов, то они кинутся на этот чемодан, стоит его только вынести из павильона. Пусть, сколько хотят, трясут этого дурака и добиваются от него, куда он дел деньги. А когда через час Ольга явится домой целая и невредимая, они окончательно убедятся в том, что их обманули. Никто ведь не будет отпускать заложника до тех пор, пока не приберет к рукам требуемый выкуп, а раз она пришла, то, значит, деньги в надежном месте и на вокзале уже делать нечего. Так что вечером уже можно будет забрать сумку с «баксами», не опасаясь, что тебя завалят прямо на ступенях или привесят «хвоста».

Толя вышел из павильона, беззаботно помахивая полиэтиленовым пакетом, в котором виднелись бутылка пива, книга и плавки с полотенцем.

Серый проводил его задумчивым взглядом и переключил внимание на более интересный объект.

Радиомаяк продолжал выдавать устойчивый ровный сигнал.

Тимур Урбенин, менеджер АООТ «Русский медведь», должен был уехать поездом в 16.30 в Новосибирск, договариваться о поставке в город большой партии стиральных машин и сковородок. Накануне он получил в бухгалтерии командировочные, выслушал последние наставления начальника и покинул офис с твердым намерением отправиться домой и готовиться к командировке. Но вместо дома ноги привели его на презентацию фирмы, где работали двое старых знакомых. Презентация проходила бурно, и впоследствии Тимур, как ни старался, никак не мог вспомнить многие интересные вещи. Например, каким образом он оказался с секретаршей шефа на столе в компьютерном зале, куда пропал левый носок и кто утопил его ботинки в аквариуме. Тот из старых знакомых, который работал коммерческим директором, где-то потерялся, но второй, состоящий в должности начальника службы безопасности, погрузил Тимура в салон своего кабриолета, и они начали носиться по городу. Было очень весело, хотя временами Тимур погружался в забытье, откуда выныривал после увесистых толчков под ребра. За ними погнались гаишники, но начальник службы безопасности, сатанински хохоча и топорща буденновские усы, обеими ногами вдавил акселератор. Они с жутким ревом пронеслись по набережной и оторвались от погони. Потом было еще много всего интересного, но всему интересному приходит конец, и за час до отхода поезда Тимур очнулся на полу в своей квартире в рубашке и галстуке, но без штанов. На диване, в обнимку с какой-то рыжей лярвой, храпел его знакомый.

Сборы были короткими, но мучительными и бестолковыми. Когда они, наконец, погрузились в кабриолет, стало ясно, что на поезд он все равно не успевает, а половина необходимых вещей осталась забытой.

Старый знакомый опять пытался шевелить усами и давить акселератор, но, по сравнению с ночью, число машин в городе заметно увеличилось и из этой благородной затеи ничего не получилось. За ними опять, сверкая мигалками и ревя сиреной, пошла патрульная машина, но теперь уже было ясно, что оторваться не удастся.

— Водитель черного кабриолета «м 327 ПА», принять вправо и остановиться! — надрывался громкоговоритель гаишных «Жигулей». — Водитель черного кабриолета, приказываю остановиться!

— Придется остановиться. Ты выскакивай и беги, я с ними сам разберусь. Еще успеешь.

Когда кабриолет остановился, Тимур действительно выскочил и побежал, волоча за собой бьющий по ногам чемодан. Через тридцать метров он, задыхаясь, остановился. До отхода поезда оставалось пятнадцать минут. Добраться до вокзала за это время не было никакой возможности. Следующий поезд в Новосибирск ожидался только через два дня. Тимур выругался и поставил чемодан. Шеф никаких объяснений не примет.

В левой руке ощущался какой-то предмет. Осмыслив это наблюдение, Тимур поднял руку и увидел, что зачем-то прихватил из машины радиотелефон приятеля. Не успел он выругаться по этому поводу, как трубка запищала, и он зачем-то ответил.

— Шурик, твою мать, ты где?

Тимур ответил грубо, но очень ритмично и прервал разговор. Обернувшись, он увидел, что ни гаишников, ни черного кабриолета уже нет. «Ну и хрен с ним, сам виноват, — подумал Тимур. — Положу на вокзале в камеру хранения, потом позвоню ему… А добираться как-то надо, хоть с пересадками».

Тимур хотел сунуть трубку в карман пиджака, но замер, пораженный внезапной идеей. Выход был найден.

Присев на чемодан, он торопливо набрал «02» и стал ждать ответа, следя за секундной стрелкой своих часов.

— Алло, милиция, — услышал он равнодушный женский голос.

— Вы знаете, Восточный вокзал заминирован, — заговорщицким тоном прошептал Тимур. — В течение часа будут взорваны две мины. Одна заложена в поезд до Новосибирска, 1238. Другая, — Тимур лихорадочно порылся в памяти, отыскивая подходящее вокзальное строение и уцепился за первое подвернувшееся название, — другая заложена в камерах хранения. Торопитесь, или будет поздно. Я не могу назвать себя — если они узнают, кто я, то меня убьют. Но это очень серьезно.

Тимур оборвал разговор и захихикал, радуясь собственной находчивости. Отдышавшись, он набрал «01» и опять поведал про две мины. «Теперь уж точно приедут», — подумал он, поднимаясь и убирая трубку. Тимур знал, что АОН не может определить номер радиотелефона, и о будущем не беспокоился.

Он приехал на вокзал и еще почти три часа ждал отправления своего поезда, с некоторой долей удовольствия наблюдая за поднятой им волной. Плохо, что радиотелефон пришлось брать с собой — к камерам хранения почему-то не подпускали даже после того, как обследовали и открыли для доступа пассажиров все остальные помещения.

Как только Толя сообщил, что деньги получены, Марат погнал машину обратно в деревню, где они держали Ольгу. Он верил и, одновременно, не верил, что у них получилось. В голове была пустота, только назойливо билось банальное: «Так легко не бывает». Дорога заняла не больше двадцати минут, но Марату уже казалось, что он никогда не доедет. Только свернув с шоссе на пыльный разбитый проселок и увидев вдалеке черные силуэты полуразвалившихся домов, он облегченно вздохнул.

Олег ждал его в соседнем доме, сидя на перевернутом ведре около окна и положив перед собой пистолет. Это был «ТТ» — лучшая из всех «игрушек», оставшихся у него после ареста брата. Олег давно купил к нему запас патронов и несколько раз практиковался в стрельбе по банкам. Присутствие оружия успокаивало, хотя Олег прекрасно понимал, что если вместо Марата нагрянут менты или бандиты, «пушка» его никак не спасет. Останется разве что застрелиться из нее.

В отличие от своих «компаньонов», Олег был достаточно спокоен. Он был уверен, что у них все получится, но был готов и к худшему варианту. На этот случай он предусмотрел некоторые нюансы, которые, в зависимости от того, с кем придется иметь дело, гарантировали ему меньший, по сравнению с остальными, срок, или меньшие неприятности.

Когда на проселке появилась машина Марата, он отодвинул ведро, встал боком к окну и взял в руку пистолет. Прицелившись в петлявшие среди выбоин и кочек «Жигули», он с удовольствием обнаружил, что рука у него не дрожит вообще.

Машина остановилась. Хлопнула дверца, и Марат замер около капота, не зная, что ему делать: в дом или прыгать обратно за руль и удирать. Олег с усмешкой наблюдал за тем, как он дергается и озирается по сторонам. Убедившись, что в машине никого больше нет и «хвоста» не видно, Олег выбрался из укрытия и позвал друга. Марат, с облегчением вытирая взмокшую шею, направился к нему. На его лице играла неуверенная улыбка. Олег, сохраняя непроницаемое выражение, стоял на крыльце, поглаживая рукоятку засунутого в задний карман джинсов пистолета.

— Есть! — крикнул Марат, подойдя к нему. — Толик звонил, сказал, что они отдали деньги!

— Чего ты орешь-то? — поморщился Олег, и Марат остановился, словно наткнувшись на невидимую стену. — Понятно, что отдали. Это тебе не на квартиры налеты устраивать… Он деньги переложил?

18
{"b":"18448","o":1}