ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А я не намерен! – насмешливо возразил Ален, алчно выпячивая губы.

– Что здесь происходит? – крикнула Гретхен, но в тоне ее было больше испуга, чем твердости.

– Вас, мадам, это не касается! – отмахнулся Эдуард. – Слишком много соблазнов, слишком много свободы – нужно положить этому конец. Когда эти двое станут супругами де факто, между ними наступит мир.

– Да вы оба с ума сошли! – возмутилась Гретхен. – Это насилие! Эдуард, и вы позволите так поступить со своим единственным ребенком?

– Во-первых, Жанетта уже не ребенок, – сказал Эдуард с угрозой, – а во-вторых, она уже не моя. Она помолвлена, я передал ее с рук на руки жениху. Какая разница, когда это случится?

– Вы меня шокируете! Немедленно оставьте мой дом, вы оба!

– Только после того, как Жанетта станет моей!

– Однако!

– Все, хватит! – прикрикнул Эдуард.

Схватив Гретхен за руку, он повлек ее за собой по коридору, втолкнул в ее спальню и запер дверь снаружи. Только теперь Жанетта поняла, насколько серьезно ее положение. Сердце ее захлестнул ледяной ужас.

Когда Эдуард удалился, Ален захлопнул дверь и попытался схватить Жанетту. Она увернулась и бросилась в сторону, решив бороться до последнего. Он не спешил возобновить преследование и стоял у двери, иронично усмехаясь. Девушка вспомнила вечер помолвки и непристойности, которые он нашептывал ей на ухо. В числе прочего она узнала тогда, что Алену нравится сопротивление. Она поняла, что он собирается взять ее силой и это доставит ему огромное наслаждение.

– Я мог бы и дальше лицезреть тебя, но предпочитаю заключить в объятия, – нарушил молчание Ален. – Мне не терпится ощутить твою нежную плоть, видеть твои груди, прильнуть к ним губами…

Это была попытка любовного воркования, но в устах Алена любые слова звучали непристойно, потому что были лишь красивой оболочкой для низменной страсти.

– Перестань! – крикнула Жанетта. – Я не позволю тебе коснуться меня! Я вообще не желаю выходить за тебя замуж! Убирайся!

Он расхохотался. Потом глаза его потемнели, взгляд нарочито медленно прошелся по Жанетте.

– Мне нравится твой пыл…

Ален шагнул вперед. Жанетта отступила. Он быстро вернулся к двери, запер ее и положил ключ в карман.

– Ты не сделаешь этого!

– Моя невинная крошка! Пройдет совсем времени, и ты будешь умолять меня насиловать тебя, потому что это доставит тебе большое наслаждение.

– Я буду ненавидеть тебя! Я уже нанавижутебя!

– А за что скажи на милость? Я долго ждал, ждал бы и дольше, но ты перегнула палку своей строптивостью, Жанетта. Ты созрела для плотских утех, вот и давай предадимся им.

Что-то во взгляде и позе Алена подсказало Жанетте, что сейчас он на нее набросится. Она побежала к окну, хотя и знала, что не сможет спрыгнуть со второго этажа. Ален схватил ее за руки. Он был не столько силен, сколько массивен, и без труда подмял ее под себя, сорвав пеньюар.

– Отпусти меня сейчас же, животное! – крикнула Жанетта, сопротивляясь изо всех сил.

Она лягалась, кусалась, царапалась и в конце концов заставила Алена ослабить хватку. Вырвавшись, она поняла, что ей некуда бежать, негде укрыться. Тогда она забилась в угол за туалетный столик. Ален поднялся – растрепанный, с лихорадочным блеском в глазах – и начал медленно подступать к ней. Спешить было некуда, Жанетта сама себя загнала в ловушку.

Вскоре он уже склонялся над ней, тяжело дыша от предвкушения. Девушка попыталась нырнуть под его протянутую руку, но не сумела и в отчаянии забарабанила кулачками по его груди. Это, казалось, только разжигало его похоть. Наконец Алену наскучила борьба, он схватил Жанетту за руку, потащил к кровати и швырнул на нее, навалившись сверху. Руки его начали шарить по ее телу, едва прикрытому тончайшей сорочкой. Взявшись за ворот, он разорвал ее, и Жанетта предстала перед ним обнаженная.

Девушка пыталась прикрыть наготу, но Ален ухватил ее за оба запястья и сжал их одной рукой у нее над головой.

– Я знал, что хорошо разбираюсь в женщинах…

Жанетта испепелила его взглядом. Страх был забыт, остались ненависть и страстное желание любой ценой избежать насилия.

– Все равно ты станешь моей, – прошептал Ален ей на ухо, тяжело дыша.

Жанетта была прекрасна в гневе: аметистовые глаза потемнели, волосы рыжей гривой разметались по постели, грудь высоко вздымалась.

Не выпуская ее рук, Ален расстегнул штаны и грубым, бесцеремонным движением вошел в ее тело. Его губы, припухшие и мокрые, шарили по Жанетте, сколько могли достать, пока он упоенно насиловал ее.

Когда этот кошмар кончился и Ален, удовлетворенный, перекатился на спину, Жанетта не двинулась с места.

Боль и ярость смешались в ней воедино, слились с горечью от сознания, что все кончено, что она никогда уже не сможет подарить свою девственность любимому человеку.

Глава 7

Проснувшись на следующее утро, Жанетта ощутила боль во всем теле. Ей было трудно даже повернуться на другой бок. К счастью, Ален ночью незаметно удалился, и постель ее оказалась пуста. Зато оставался бессильный гнев, и она яростно сжимала кулаки, заливаясь слезами. То, что она мечтала подарить Жан-Клоду, было беспощадно отнято другим, и при мысли об этом ее охватывало невыразимое отчаяние.

– Ты все растоптал, Ален! – рыдала Жанетта, обняв подушку. – Ты растоптал меня!

Без сомнения, Жан-Клод ожидает найти свою невесту нетронутой. Возьмет ли он ее теперь – обесчещенной? На его месте почти каждый отвернулся бы от нее.

Нет, Жан-Клод все поймет! Он не бросит ее в беде!

Но Жанетта и сама не слишком верила в это. Жан-Клод был воплощением аристократа, дворянина, честь слишком много для него значила, и едва ли он захочет связать судьбу с девушкой, чья невинность досталась другому. И она уже не могла ничего изменить.

Но если Жан-Клод от нее отвернется, что тогда? Кому она нужна? Остается только Ален!

Она снова залилась слезами и забарабанила кулачками по постели. В эти минуты она ненавидела весь мужской пол – ведь это из-за них ее жизнь теперь загублена. Когда слезы иссякли, она еще долго лежала в постели, чувствуя, как сердце ее сковывает ледяной холод.

Нет, за Алена она не выйдет ни за что на свете! Она не покорится насильнику и не поступит по указке отчима, который потворствовал насилию. Если Жан-Клод не примет ее такой, какая она есть, значит, он недостаточно ее любит. Тогда останется только одно – снова обратиться в бегство. Бежать, бежать от всех! Но вопреки предостережениям рассудка сердце верило, что первая любовь преодолеет все преграды, что Жан-Клод окажется выше условностей и с восторгом примет ее в качестве своей супруги.

Потому что иначе незачем жить.

Укрепив свою решимость, Жанетта выбралась из постели и накинула пеньюар. И одежда, и сама она, казалось, несли на себе неистребимый запах мужчины, которого девушка ненавидела так же сильно, как любила Жан-Клода. Нужно было поскорее смыть с себя следы его ненавистных прикосновений.

Жанетта вызвала горничную, приняла ванну и переоделась. В гостиной ее ожидала Гретхен, но ни ласковое объятие тетки, ни слова утешения не сумели растопить глыбу льда, сковавшую ее сердце. Даже лицо ее стало походить на бесстрастную; застывшую маску.

– Нам нужно поговорить, малышка.

Жанетта примостилась на диване, передернувшись от болезненного ощущения между ног.

– Словами делу не поможешь, тетя. Что можно добавить к тому, что я обесчещена Аленом, но не могу стать женой этого негодяя?

Ее голос был пустым и холодным. Гретхен со вздохом протянула ей чашку горячего чаю.

– Порой мужчины поступают жестоко, потому что для них мало значит то, что так важно для нас, женщин. Впрочем, ты права – человек, который надругался над твоим телом, надругается и над твоей душой. Он сведет тебя в могилу, только и всего. Я не допущу этого.

В глазах Жанетты блеснула искра надежды.

– Я не хочу, чтобы вы тоже пострадали, тетя.

13
{"b":"1847","o":1}