ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Жанетта очень надеялась, что поездка будет короткой и ей не придется долго оставаться в столь неприятной компании, но карета все ехала и ехала. Она решила, что ее везут за пределы города, однако копыта лошадей неизменно цокали по булыжной мостовой. Минуты слагались в часы. Мало-помалу ей стало казаться, что карета описывает круги по городу. От долгого сидения у Жанетты разболелась спина и затекли ноги. Зато человек напротив не выказывал никаких признаков усталости. Он ни разу не сменил позу, ни разу даже не шевельнулся.

– Долго еще? – наконец робко осведомилась она, угнетенная его молчанием. – Может, вы двое хотите таким образом запутать меня и сбить с толку? Но ведь мы все еще в Марселе, верно?

Ответа не последовало. Решив, что ее тупой попутчик не понял вопроса, она попыталась снова обратить на себя его внимание, на этот раз строя фразы самым доступным для него образом.

– Сколько еще мы с вами будем находиться в этой карете?

Ни слова в ответ, и все тот же стеклянный взгляд. Жанетта некстати вспомнила окоченевший труп Жака. Захотелось ткнуть в коротышку пальцем, чтобы убедиться, что он хотя бы теплый. Но она не решилась, подумав: кто знает, как он это воспримет? Возьмет да и убьет ее без долгих размышлений!

Повозившись на сиденье, девушка устроилась поудобнее, чтобы дать отдых усталым мышцам. Жан-Клод не оставлял ее в покое, и конца этому не предвиделось.

Карета остановилась только на закате. Жанетта протянула руку, чтобы раздвинуть занавески на окошке, но ее спутник внезапно подал признаки жизни, издав предостерегающий утробный звук. Она быстро отдернула руку. Тогда, выразительно коснувшись торчавшей из-за голенища рукоятки ножа, он вытащил из кармана шарф и жестом показал, что нужно наклониться вперед.

Она отшатнулась, уверенная, что ее собираются задушить, а труп закопать. В этом случае она исчезла бы бесследно.

Рассерженный неповиновением, коротышка схватил ее за волосы и рванул к себе. С неожиданной ловкостью он завязал Жанетте глаза, а руки связал за спиной. Вне себя от ужаса, она вслепую пнула его ногой и, должно быть, причинила боль, потому что с новым утробным возгласом он выбросил ее в открытую дверцу кареты. Вылетев наружу, она тяжело распласталась на земле. Она барахталась в пыли, пока кто-то рывком не вздернул ее на ноги.

Они вошли в какое-то помещение. Жанетту бесцеремонно волокли ее провожатые сначала по полу, потом вниз по лестнице. Наконец ее бросили на холодный влажный пол, и шаги начали удаляться.

– Не оставляйте меня в таком виде! – в отчаянии закричала девушка. – Прошу вас, прошу!

Вместо ответа хлопнула дверь, и в замке повернулся ключ. Она долго ерзала по полу, пытаясь сесть, но ее ноги скользили по влажному полу, и она снова падала на спину. В помещении царила промозглая сырость, холод быстро просачивался через плащ и одежду. Судя по запахам, на сей раз ее заточили в винный погреб. Жанетта содрогнулась: она с детства ненавидела погреба, и если уж возникала нужда отыскать какую-нибудь особенную бутылку старого вина, старалась не задерживаться в подвале замка ни одной лишней минуты.

Впрочем, долго размышлять над своим плачевным положением не пришлось. Дверь снова открылась, по ступеням простучали легкие женские каблучки. За ними последовали мужские шаги. Жанетта повернула голову на звук и снова попыталась подняться. Ее возня вызвала у гостьи смех. Жанетта приготовилась к худшему.

– Поверить не могу, что Куинси мог плениться подобным созданием! Ты, должно быть, разыгрываешь меня, Жан-Клод!

Жанетта охнула, получив пинок острым носком башмачка.

– Согласен, сейчас она не в лучшем виде, но может выглядеть очень неплохо! Впрочем, она не в моем вкусе, не то что ты. Красная кровь – не чета голубой.

Кто-то принялся развязывать ей руки. Потом с глаз ее сняли шарф. Она сразу начала растирать онемевшие запястья. Женщина снова расхохоталась.. Когда глаза привыкли к сумрачному освещению погреба, Жанетта наконец разглядела ее. Рядом с усмехающимся Жан-Клодом стояла смуглая брюнетка, в изобилии наделенная женскими прелестями.

– Ну и что в ней хорошего? – осведомилась она пренебрежительно.

– В одежде разве разглядишь? – многозначительно заметил Жан-Клод.

Незнакомка так рванула с Жанетты плащ, что та, только что поднявшись на ноги, снова повалилась на пол. Она быстро вскочила, яростно сверкая глазами:

– Я требую, чтобы меня избавили от этой женщины!

– Высокомерная сучонка! – хмыкнула та.

– Дамы, дамы! – воскликнул Жан-Клод, от души наслаждаясь ситуацией.

– Могу я по крайней мере покинуть этот зловонный подвал? – спросила Жанетта, с отвращением обводя взглядом ряды бочонков и бутылок, сплошь обвешанных паутиной.

– Так что ты о ней скажешь, Иветта? – невозмутимо спросил Жан-Клод.

– О ней? Разве что о ее платье! Оно не стоит того, чтобы его беречь.

С неожиданной силой Иветта разорвала наряд Жанетты от горла до подола. Девушка занесла руку для удара, но Жан-Клод перехватил ее и грубо заломил за спину.

– Не забывай, что ты пленница, а пленники должны беспрекословно повиноваться, – произнес он с угрозой.

Она с трудом сдержалась, чтобы не закричать от боли. Наконец мучитель выпустил ее руку.

– Что дальше? – обратился он к Иветте.

Та ответила не сразу, с ненавистью и завистью разглядывая совершенные очертания тела Жанетты под прозрачной сорочкой. Догадавшись, что должно последовать дальше, она даже не дрогнула, когда последнее одеяние было сорвано с ее тела. Она стояла, гордо вскинув голову и стараясь не дрожать в ледяном холоде погреба. Ей хотелось исцарапать Иветте лицо, изо всех сил сдавить ее полную шею. Она впилась ногтями в ладони, чтобы сохранить самообладание.

– Для аристократки неплохо, – констатировала Иветта. – Но что, скажи на милость, будет делать с ней Куинси? Зачем ему этот кусок холеного мороженого мяса? К тому же она тощая. Я-то хорошо знаю, что он любит совсем другое!

– Кто знает, кто знает… – задумчиво протянул Жан-Клод. – Видела бы ты, как Куинси набросился на нее в замке «Вивифан»! Он был просто на себя не похож.

При этом он не сводил глаз с обнаженного тела Жанетты. На лицо пышнотелой красотки набежала тень.

– Нельзя ли ненадолго забыть о ней, дорогой? – кокетливо спросила она и потерлась грудью о спину Жан-Клода. – Здесь так сыро и холодно, а наверху ждет мягкая постель…

– Ты знаешь, когда подать дельную мысль, – засмеялся Жан-Клод, грубо ее тиская. – А с ней как поступить? Вдруг ей взбредет в голову поднять шум? Постой, я кое-что придумал.

Глаза Иветты сверкали злобным торжеством, когда он тащил Жанетту к одному из каменных столбов, что поддерживали своды подвала. Чтобы связать ей руки за спиной, пришлось грубо их выкрутить, но девушка не могла даже кричать – рот ей забили кляпом.

– Счастливо оставаться, – процедила Иветта, снимая с ее ног изящные башмачки.

– Прости, Жанетта, но придется тебе поскучать, – насмешливо сказал Жан-Клод, когда он и Иветта, прежде чем покинуть подвал, остановились перед пленницей. – Ничего, позже мы позабавимся втроем. Надо же тебе получить пару уроков настоящей страсти!

Эта идея привела его спутницу в восторг. Посмеиваясь, она провела кончиком пальца от правого соска Жанетты вниз, к золотисто-рыжему треугольнику волос.

– Не хочешь немного поиграть с ней прямо сейчас? – предложила она Жан-Клоду.

– Предпочитаю поиграть с тобой.

Негодующее, оскорбленное выражение на лице Жанетты вызвало у Иветты новый, приступ хохота. Наслаждаясь беззащитностью жертвы, она несколько минут оглаживала ее груди и бедра.

– Кожа хороша, ничего не скажешь, – наконец буркнула она сердито. – Может, это нравится Куинси? Все остальное есть и у меня!

Больно ущипнув Жанетту напоследок за соски, она повернулась к Жан-Клоду с пренебрежительной улыбкой на красных губах.

– Холодна как лед! Как распалить такую? Разве что бросить в камин! Куинси спятил, если позарился на нее.

34
{"b":"1847","o":1}