ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Теперь мне понятно, почему ты не хочешь быть со мной! Потому что женщина тебе нужна только в постели! Ты их меняешь, используешь…

– По-твоему, такую, как Иветта, можно использовать? Это она использует нас, мужчин, в свое удовольствие. Сейчас ей по нраву Жан-Клод, но она не откажет любому, у кого возникнет охота.

– Не потому ли, что не может заполучить тебя?

– Я был у нее не единственный… Черт возьми, Жанетта, при чем тут она? Давай лучше обсудим план твоего спасения.

– Ты сказал, что позже за мной придут. Вот и хорошо, а ты можешь отправляться по своим важным делам!

– Это все из-за Иветты? Поверь, она никогда не имела для меня значения.

– Держу пари, ты повторишь эти слова ей, когда речь зайдет обо мне! А мне все равно! За сведения о Лисе ты уже получил плату. Прощай, Куинси.

– Ты не можешь говорить это серьезно!

– Еще как могу! К чему вообще весь этот спор? Для меня нет места в твоей жизни. Даже спасти меня ты посылаешь кого-то другого!

– Потому что так нужно.

– Ну конечно! Да оставь же меня в покое!

Куинси покачал головой, пораженный переменой в ее поведении.

– Что ж, раз ты этого хочешь, спорить не стану. У меня просто нет на это времени. Мне пора.

Она промолчала и отвернулась, удивляясь тому, как все надежды могут рухнуть из-за нескольких произнесенных не вовремя слов.

– Надеюсь, ты не станешь возражать, если я снова свяжу тебя, – произнес он со вздохом. – Если я этого не сделаю, твои тюремщики поймут, что кто-то здесь был, и насторожатся.

– Значит, мне снова придется становиться к своему позорному столбу? Я ничуть не удивлена! – С грустным смешком Жанетта прислонилась спиной к колонне и завела руки назад. – По-моему, я устраиваю мужской пол только в качестве пленницы!

– Ты знаешь, что это не так, – возразил Куинси устало, связывая ей руки. – Я просто не хочу, чтобы те двое знали о моем появлении. Не бойся, скоро ты окажешься на свободе. – Он помедлил, прежде чем уйти. – Я не лгал, когда говорил тебе о любви. Надеюсь, когда-нибудь ты это поймешь… Поймешь, почему я не могу позволить тебе быть со мной рядом.

Приподняв ее лицо за подбородок, он коснулся поцелуем нахмуренного лба, неохотно сунул ей в рот кляп и пошел прочь. Она резко отвернулась, когда он обернулся на верхней ступеньке.

Через мгновение в подвале стало темно, послышался ненавистный звук – скрежет ключа в замочной скважине. Слезы набежали так стремительно, что Жанетта и не пыталась их удержать. Отчаяние сделало мрак подземелья еще более непроглядным.

Глава 20

Она потеряла счет времени, дрожа от холода, чихая, кашляя и постепенно преисполняясь страха простудиться насмерть. Не это ли задумали Иветта с Жан-Клодом? Или им придется больше по душе, если она умрет голодной смертью?

По мере того как шли минуты, недавняя вспышка казалась все более нелепой и неоправданной. А если она умрет, так и не увидев Куинси? Это значит, он ничего не узнает о ее раскаянии! Зачем, ну зачем она накричала на него? Иветта осталась в прошлом, которое не к чему ворошить. Разве Куинси не сказал, что никогда не питал надежды? Чего ради ему было жить монахом?

Почему она так болезненно восприняла его признание? После предательства Жан-Клода трудно было поверить в чью-то искренность, и рассудок подсказывал ей, что нельзя верить никому. Но ведь сама она была искренней в своем признании! Она любила и хотела, чтобы любили ее, хотела быть рядом со своим избранником!

В затхлой тьме подвала Жанетта мечтала о том, как снова окажется на вольном воздухе, как разыщет Куинси и объяснит ему все это. Ее размышления были прерваны скрежетом ключа: в подвал пожаловал Жан-Клод под руку с Иветтой, одетой весьма небрежно – в легкую сорочку с таким большим вырезом, что тяжелая грудь едва не вываливалась наружу. Выражение ее лица не предвещало ничего хорошего. Жанетта решила притвориться совсем обессиленной в надежде, что ее оставят в покое. Она свесилась вперед и уронила голову на грудь.

На лицо повеяло теплом – очевидно, к нему поднесли лампу. Она приподняла веки и уставилась прямо перед собой, словно не в силах сфокусировать взгляд на чем-то конкретном.

– Наша маленькая аристократка очнулась, – хмыкнула Иветта, наклоняясь.

При этом обе ее груди вывалились из сорочки. С минуту она с интересом переводила взгляд со своего тела на тело Жанетты, потом, как уже было однажды, вдруг больно ущипнула ее за соски. Лицо девушки исказилось от боли.

– Жаль все-таки, что мы не прихватили ее с собой, Жан-Клод.

– А что? Мы переборщили? – осведомился тот встревожено. – Она совсем слаба?

– Сейчас проверим.

Иветта наклонилась еще ниже и прижалась ко рту Жанетты полными горячими губами, не обращая внимания на кляп. Та рывком отвела голову.

– Как видишь, не так уж и слаба, разве что слегка продрогла. Ничего странного, с такой-то холодной кровью! Придется забрать ее наверх и согреть, иначе она потеряет всякую ценность. – Немного поразмыслив, Иветта просияла: – В задней части дома есть каморка со всяким старьем, в том числе и с кроватью. Мы ее уложим, прикроем – и готово. Потом можно будет продолжить начатое. Признаюсь, Жан-Клод, ты почти заставил меня забыть Куинси! Что ж, зато он меня запомнит – запомнит надолго, когда узнает, как я обошлась с его новой подружкой!

От ее злорадного смеха Жанетта похолодела.

– Надо прикрыть ее плащом, чтобы не бросалась в глаза, – предложил Жан-Клод. – Мало ли кто может попасться по дороге.

Отвязывая Жанетту от столба, он с сожалением размышлял о том, что не сможет в ближайшее время уделить ей внимание, так как вынужден и дальше играть навязанную Иветтой игру. Куинси сделал его посмешищем, поэтому он может забыть о щепетильности и придумать самую изощренную месть, воспользовавшись для этого любым оружием. Таким оружием стала для Жан-Клода Иветта. При всей своей пронырливости она на глазах тупела, как только оказывалась в объятиях любовника, и готова была выложить любые сведения тому, кто ее удовлетворит. Именно постель помогла выудить у нее местонахождение Куинси, а вернее, адрес его берлоги. Поначалу его развлекало ее ненасытное сластолюбие, но вскоре он пресытился. Иветта не понимала тонкостей постельных игр, ее вполне устраивало обычное соитие, от которого она получала огромное наслаждение. Ее похоть изнуряла, наводила скуку. То ли дело неопытная страсть Лоретты, с тоской думал Жан-Клод, не говоря уже о волнующей, провоцирующей холодности Жанетты, о ее утонченной прелести.

С Жанеттой на руках он быстро и бесшумно покинул подвал. В доме было гораздо теплее, и девушка постепенно начала приходить в себя. Когда они проходили мимо открытой двери в комнату старика, раздался его дребезжащий голос:

– Что это ты бегаешь по дому в таком виде, а, женушка? Иветта грубо выругалась себе под нос, потом изобразила на лице улыбку и заглянула к мужу.

– Не обращай внимания, милый. Я выходила по делу, а теперь возвращаюсь к себе. Спи, любовь моя, я вовсе не хотела тебя будить.

– Мне показалось, что ты не одна.

– Верно, я выходила переговорить с одним из постояльцев, – нетерпеливо объяснила Иветта, надеясь, что старику не взбредет в голову поприветствовать ее спутника.

– Хм… – проворчал он. – Ты день и ночь в заботах о постояльцах…

– Как же иначе? От них зависит наше пропитание. А теперь спи.

Старик ничего больше не сказал, а чуть погодя начал тихонько похрапывать. Иветта сделала Жан-Клоду знак следовать за ней на второй этаж.

– Чтоб его черти взяли! – шипела она. – Не хватало еще, чтобы он обо всем догадался!

– А не проще ли от него избавиться?

– Избавиться? Да ты с ума сошел! На другой же день я окажусь на улице без гроша в кармане! Все имущество записано на него, орава родственников только и ждет, чтобы прибрать к рукам пансион и прочее. Мне остается ждать, пока не выпадет счастливый шанс. Старик обожает Куинси и вообще всякую шваль. Если он узнает, что я связалась с аристократом…

36
{"b":"1847","o":1}