ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дейдре придала лицу серьезный вид и расстегнула четвертую пуговицу на платье. Затем снова взглянула на своего спутника. Никогда раньше ей не приходилось выставлять напоказ свое тело. Но Дейдре предпочитала, чтобы Хантер смотрел на нее, а не на других женщин. Однако он неожиданно посерьезнел и сказал:

– Застегнись.

– Но ты хотел, чтобы я вписалась в местную обстановку. Кажется, я сделала то, что и требовалось.

– Я не хочу, чтобы на тебя пялились другие мужчины.

– Неужели? – усмехнулась Дейдре и выпрямила спину, слегка выпятив грудь вперед.

– Черт возьми! – рявкнул Хантер и бросился застегивать на ней платье. Словно пораженная ударом молнии Дейдре молча смотрела на него. Она не ожидала, что Хантер поведет себя так грубо и бесцеремонно.

– Я думала…

– Не нужно думать!

Появилась официантка, поставила перед ними два бокала с виски и, получив с Хантера деньги, улыбнулась ему. Дейдре успела уловить приторный запах дешевых духов.

– Не теряйте времени. У вас много посетителей, – сердито бросила она официантке.

Девушка сильно удивилась:

– Конечно, дорогуша. Мне не нужно то, что принадлежит другой женщине. Но если ты вдруг решишь избавиться от него, подтолкни его в мою сторону.

– Ты знаешь старого Нейта? – Хантер незаметно вложил еще одну монету официантке в руку.

– Само собой. Морская акула сводной рукой, которой скоро стукнет сто лет.

– Так эта акула здесь?

– Да, но только не вздумайте шарить глазами по сторонам. Когда она появится в этой мутной воде, то вы обязательно ее заметите. – Официантка засмеялась и снова взглянула на Дейдре: – Не забудь, что я сказала тебе о твоем мужчине.

Девушка повернулась и пошла к барной стойке, намеренно сильно покачивая бедрами.

– Какая наглость! – Дейдре раздраженно взглянула на Хантера. – Она даже начальную школу-то, наверное, не закончила. И уж точно не суфражистка.

Хантер захохотал.

– Хватит смеяться надо мной. Я серьезно говорю.

– Я знаю. Именно поэтому мне и смешно.

– При других обстоятельствах я бы взяла с собой эту несчастную на собрание суфражисток, чтобы она узнала, чего лишена.

– Ты просто ревнуешь. Она пыталась увести твоего мужчину. Да?

– Ну да, ну да. Ведь мы играем в эту игру. Хантер налил виски и чуть приподнял бокал вверх:

– За успех.

Дейдре сделала глоток и отчаянно закашляла. Напиток обжег ей горло.

Хантер погладил Дейдре по спине и наклонил ее голову к своему плечу, чтобы кашля не было так слышно.

Коснувшись его плеча, Дейдре почувствовала, каким теплым и крепким было тело Хантера. Ей вдруг стало холодно, потом снова жарко. Она подняла голову и посмотрела Хантеру в лицо. Он наклонился к ней. Дейдре уже знала, что сейчас Хантер ее поцелует, но у нее не было ни сил, ни желания сопротивляться. Наоборот, ей хотелось, чтобы он прикоснулся к ее телу, чтобы то напряжение, что накопилось в ней, наконец вышло наружу.

Но Дейдре оказалась неготовой к тому потоку чувств, к той страсти и нежности, что вдруг внезапно на нее обрушились. Когда губы Хантера прижались к ее губам, она услышала его тихий стон и почувствовала, как внутри у нее вспыхнуло пламя.

– Эй, вы, молодежь, подождать немного, что ли, не можете? – раздался рядом чей-то голос, и Дейдре резко отодвинулась от Хантера. Она подняла голову и увидела перед собой пронзительные глаза какой-то старухи. У нее не было одной руки. Седые длинные волосы были стянуты в хвост. Сухая, высокая, со странно прямой спиной и глубокими морщинами на загорелом лице, она не отрываясь смотрела на Дейдре. – Нейт. Меня зовут Нейт. Старая Нейт. Если хотите, Натали. Так меня называли родители, упокой Господи их души. Как вам виски?

– Отвратительное.

– А что вы ожидали найти в таком месте?

– Так вы женщина! – Дейдре не могла скрыть своего удивления.

– Да, черт возьми. Самые жестокие пираты, бороздившие просторы Карибского моря, всегда были женщинами. Я вышла в море в первый раз, когда мне было десять. И осталась на корабле после того, как потеряла родителей. Но в возрасте около восьмидесяти мне пришлось навсегда сойти на сушу. Не то чтобы я не справлялась, просто сейчас стало скучно заниматься такими делами. Все изменилось…

– Около восьмидесяти! – проговорила Дейдре с восхищением. – Вы независимая женщина.

– Да, стало быть, так. Я лучший штурман, какого когда-либо видели здешние воды. Я не потеряла ни одного корабля.

– Вот это да! – восхищенно воскликнула Дейдре. Этой старой Нейт даже пистолет не нужен, подумала она. Ее тут уж точно никто не тронет.

– Что вы знаете о кораблях «Кларк шиппинг», которые недавно потерпели крушение на Багамах? – спросил Хантер.

– А кого это интересует?

– Мы пытаемся прояснить дело. – Хантер протянул старухе монету.

Она покачала головой.

– Тут один тоже пытался прояснять, а потом исчез. Я хочу оказать вам любезность и предупредить, что не нужно соваться в это дело. – Старуха сделала шаг назад. – Заходите сюда, когда будете рядом. – Она еще раз окинула Хантера и Дейдре внимательным взглядом и отошла от их столика.

– Она суфражистка?

– Боюсь, у нее на это нет времени. Но я уверен, что она что-то знает.

– Думаешь, мы сможем заставить ее заговорить? Хантер проводил взглядом старую Нейт.

– Не знаю, но можно попытаться еще раз. – Позже.

– Да-да, обязательно. Мне бы хотелось обсудить с ней права женщин. Интересно, что она думает об этом?

На этот раз Хантер не засмеялся. Допив виски, он поднялся из-за стола, протянул руку Дейдре и с нежностью в голосе произнес:

– Идем, нам нужно доделать кое-что…

Глава 7

– Что именно нам нужно доделать? – Дейдре догадывалась, какой последует ответ, и ее сердце забилось сильнее.

Хантер взял ее за руку и вывел на улицу из «Приюта контрабандиста». Они решили прогуляться вдоль берега. Полная луна щедро серебрила набегающие на берег волны. Тихий плеск и окружающая темнота создавали неповторимую атмосферу умиротворенности и близости.

Хантер остановился и посмотрел на Дейдре. В его глазах читалось откровенное желание.

Дейдре тоже поддалась волшебному очарованию ночи. Она коснулась руки Хантера.

– Мы делаем одно дело. И тот поцелуй лишь часть игры. Ведь так?

Хантер прикоснулся пальцем к нижней губе Дейдре и осторожно провел по ее контуру.

– Если это была игра, то теперь я должен сыграть свою роль. – Он наклонил голову, и Дейдре, сама не зная почему, подставила ему свои губы.

Они поцеловались. Нежно, осторожно, словно боялись, что пламя может вспыхнуть в любое мгновение и сжечь их.

Хантер обхватил Дейдре за талию и прижал к себе. Дейдре вздрогнула и положила руки ему на плечи, чтобы не потерять равновесия. Ее тело жаждало его прикосновений, его ласк.

– Я не сделаю тебе больно, – сказал Хантер, на мгновение прервав поцелуй.

– Помни, мы…

Он не дал Дейдре договорить, накрыв ее губы поцелуем. Но на этот раз в нем ощущалась страсть и настойчивость. Его язык скользнул Дейдре в рот. Хантер почувствовал, как волна наслаждения накрывает его, лишая возможности рассуждать здраво. Он так долго мечтал об этом мгновении. Хантер провел рукой по спине Дейдре, а затем опустился чуть ниже. Рука его неожиданно замерла. Дейдре, без сомнения, девственница, мелькнуло в сознании. Хантер с сожалением отстранился от Дейдре, коснулся рукой ее подбородка и отвернулся в сторону. Он стал смотреть на море, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение.

Дейдре вдруг почувствовала себя потерянной, ненужной, отвергнутой. Она не хотела, чтобы Хантер останавливался. К чему бы это ни привело, она жаждала продолжения. Это не может просто так кончиться. Это не должно кончаться…

– Хантер! – позвала она тихо.

Хантер нежно обнял ее за плечи словно хотел уберечь от холода, боли или огорчения. Или, может быть, от себя?

Дейдре прислонилась к нему и тоже стала смотреть на море.

17
{"b":"1848","o":1}