ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Обновить страницу. О трансформации Microsoft и технологиях будущего от первого лица
Замок мечты
Любовница Синей бороды
Личный тренер
За закрытой дверью
Автомобили и транспорт
Камни для царевны
Плейлист смерти
Прощай, немытая Европа
A
A

— Давайте-ка разливайте, — словно геологи принадлежали к его подразделению, скомандовал майор. И потом, обратившись к Вороняну, распорядился:

— Состряпай-ка нам нормальную закусь, что ли!

Кроме меня и Вороняна, все остальные пили. И пили молча.

Через некоторое время, радуя глаз и желудок «пирующих», появились куски дымящегося мяса. Цвет жаркого был темно-коричневым. А запах уносил в заоблачные дали. Мы в очередной раз поражались мастерству нашего повара.

— Здесь этого зайца называют кустарником, потому как он только по кустам и водится, — объяснял нам Женя, кивая в сторону хорошо приготовленной дичи. — Мы с вечера силки на них ставим. А к обеду и заяц тут как тут.

Мы ели с удовольствием. Наслаждались, не торопились.

Галкин насытился первым и, вытерев жирные руки, заговорил:

— Сколько ружей у них с собой было?

Тот, которого все звали Сеней, закатил глаза, словно что-то припоминая. Однако его опередили.

— Да у них у каждого по ружью было, — ответил за старшего молдаванин Светлан. — Я их сам по распоряжению бати чистил.

— Что за ружья?

— Две старые «ижовки» и новая «тулка», — ответил геолог.

— Поясняю, — блеснул своими знаниями майор — заядлый охотник, — ИЖ-12 и ТОЗ-54. — И тут же вновь обратился к молдаванину: — А чего же это они на сайгу с ружьями пошли? Без винтовки сайгака не взять.

— А в сайгака только батя стрелять собирался. У него один ствол со вкладышем, — просто ответил Светлан, — остальные расчитывали что-нибудь попроще взять. Ну, там вихляев или голубей. Поэтому они, собственно, к чинку [i] и отправились. Там диких голубей… — не договорив, он прочертил рукой выше головы невидимую черту.

— Я так понимаю, что там, у чинка, вы машину и нашли? — сменил тему майор.

Ленинградцы закивали.

— Там склон довольно пологий. Они на него почти до половины въехали. А потом, видимо, у них мотор заглох, или что-то сломалось… — рассказывал Сеня.

— Ага, — произнес майор. Он всегда произносил это «ага», когда его пытливый ум начинал свое расследование.

— А с чего вы взяли, что у них там какая-то неполадка произошла? — задал вопрос Стриж.

— Так ведь следы колес только до середины, а потом обратно, но почему-то юзом, — колеса явно не крутились, будто ее какая сила против воли водителя назад тянула.

При этих словах Галкин крякнул. Остальные военные только переглянулись.

— Что еще? — поинтересовался майор.

Сеня пожал плечами, но продолжал молчать.

— В одном месте нашли следы сапог. Судя по расстоянию между ними, их хозяин на горку взбегал, — вставил свое слово Женя.

— Если я тебя, Женя, правильно понимаю, то вы обнаружили следы только одного человека? — прищурился Галкин.

— М-м-м-м, — задумчиво промычал тот, а потом сказал: — Странно, не правда ли?! — И тут же добавил: — Но и этих следов было немного, остальные засыпаны. Похоже, будто там небольшой оползень произошел.

— Оползень?

— Ну, в общем, такое впечатление, что земля по всему склону осыпалась. Однако как-то странно это происходить должно было…

— Почему?

— А вдруг…! — даже не отреагировав на вопрос майора, воскликнул геолог.

Все посмотрели на говорящего, ожидая продолжения.

— Что?! — быстро спросил Галкин.

— Знаете, вот когда ледяную горку зимой строишь… ну, в детстве, то есть…

— Ну, ну, — поторопил его капитан Стриж, — уже все поняли, продолжай!

— Вот! Не знаю, как в других местах, а у нас это при помощи картонок и досок делалось. Мы таким образом снег в одну кучу сгребали. Чем выше гора становится, тем дальше и снег на нее загребать приходилось. Но как бы ты ни старался, какая-то его часть назад по склону скатывается. И все-таки движение, вызвавшее сход маленькой лавины, было направленно вверх. Я понятно объясняю?

— Женя у нас сначала на физмате учился, — сконфуженно пояснил один из геологов.

Все посмотрели на него и тут же вновь перевели взгляд на Женю.

— То есть ты хочешь сказать, что что-то, или, может быть, кто-то, двигался вверх по склону вслед за нашими охотниками? — предположил Галкин.

— Может быть, и не прямо вслед за ними, но однозначно после того, как прошли наши…

Майор Галкин откинулся назад.

— А собственных следов этого кого-то ты не заметил? — глядя геологу прямо в глаза, задал вопрос старший нашей группы.

— Не-а! — ответил тот.

— Ну, ты, Женька, загнул! — прервал тишину Светлан. — Если кто-то толкал впереди себя по склону картонку, то его следы должны были ложиться поверх следов картонки. А там их нет! — Его глаза весело блестели. Было заметно, что на него водка уже начала действовать.

— Ах, закрой ты рот, Светлан! — отмахнулся от него Женя. — Какая там картонка? Ты опять ничего не понял и все перепутал.

Остальные, пытаясь не задеть самолюбие молдаванина, прятали свои улыбки.

— Я вот что сейчас подумал, — продолжал говорить бывший студент физмата, — если собрать все факты и предположения воедино, то получается, что кто-то, или что-то должно было быть плоским. И к тому же иметь солидные размеры. Этакий ковер-самолет. Только в этом случае объясняется отсутствие всякого присутствия его следов. Или?!

— Почему же именно ковер-самолет? — негромко спросил капитан Стриж.

— Но ведь он же куда-то девался бесследно, значит улетел.

— Ладно, разберемся на месте, — быстро ответил майор Галкин, тем самым, давая понять, что этот разговор окончен, — а сейчас всем воякам ложиться спать. Это приказ!

Подъем был в шесть. А уже в семь часов утра наша группа находилась не меньше чем в пятнадцати километрах от лагеря геологов. Еще не совсем отойдя от сна, я уже изо всех сил соображал, откуда же взялся ГАЗ-66, на котором мы сейчас тряслись. Хотя, если учесть то обстоятельство, что ночью я будто бы слышал шум вертолетных винтов, появление грузовика можно было без труда объяснить. Машину вел сам Галкин. С ним в кабине расположились Стриж и старший лейтенант Журавлев. Дороги не было. Но там и тут встречались следы грузовых автомобилей. Когда майор заруливал в эти колеи, начиналась настоящая свистопляска: нас метало из стороны в сторону, а ящики с аппаратурой и инструментами, наши палатки и спальные мешки начинали летать по кузову. Еще хуже было, когда машина спотыкалась о пухляки. Так здесь называют характерные для ландшафтов Устюрта ямы и колеи, заполненные пылью. Распознать их на земле практически невозможно. Но опасность они могут представлять довольно серьезную. Бывали случаи, когда на таких вот колдобинах ломались рессоры и мосты. А что означает потеря хода в этих богом забытых местах, нетрудно себе представить.

Искореженный УАЗик мы заметили издалека. Трудно было распознать в этой скомканной крупногабаритной консервной банке транспортное средство. Потемневшее железо, местами насквозь проеденное ржавчиной, наводило на мысль о солидном возрасте автомобильных останков. И все же это был тот самый УАЗик, который еще несколько дней назад лихо бегал по здешнему бездорожью. Галкин остановил машину в нескольких десятках метров от изуродованного УАЗа. Мы ждали команды к выгрузке. Однако вместо нее к нам в кузов залез капитан Стриж. Сбросив с наших вещей полог, он открыл оружейный ящик.

— Магазины примкнуть, — выдавая нам автоматы Калашникова, говорил он, — поставить на предохранитель!

Появился Галкин и, постучав по откидному борту, скомандовал:

— А ну, выходи!

Старший прапорщик Щеглицкий и старшина Дятлов занялись тщательным изучением и фотографированием останков машины. Лейтенант Синицын и сержант Воронян обследовали склон. Меня приставили к Журавлеву, а Стриж и Галкин поднялись на вершину чинка. Старший лейтенант Журавлев долго возился в кузове, пока, наконец, после очередного мата он не позвал меня:

— Принимай! Только очень осторожно! — сердито сказал он и протянул мне конец довольно длинного свертка. Старший лейтенант спрыгнул на землю и стал быстро расстегивать чехол. В нем оказался дельтаплан нетипичной трапециевидной формы. Когда все трубки были соединены в прочный каркас и парусина крыльев натянута, мы понесли летательный аппарат вверх по склону.

вернуться

1

Чинки — обрывистые труднодоступные уступы (обрывы), распространенные главным образом в Казахстане и Средней Азии.

15
{"b":"18489","o":1}