ЛитМир - Электронная Библиотека

Выехав на бескрайние просторы прерий, где они сразу же оказались затерянными среди моря колышущихся трав, Рейвен ощутила вдруг одиночество и неуверенность. Расстилавшаяся вокруг на много миль равнина подавляла ее, и к ней вновь вернулись все страхи и сомнения, которые терзали ее накануне вечером. Рейвен думала о том, от чего ей уже пришлось отказаться и что еще предстояло пережить. Чувствуя, как сжимается сердце, она занервничала, в голове теснились тревожные мысли.

Рейвен вспомнила, как сегодня на рассвете с большим сожалением рассталась с дядей. Она очень беспокоилась о нем, но знала, что помочь ему можно было одним-единственным способом – возвратив племени пропавшее Тайми. А для этого Рейвен необходимо было уехать, покинув дядю на время. Рейвен видела, что кайова любят своего жреца, поэтому у нее не было причин опасаться, что о нем не позаботятся в случае необходимости, – ведь дядя прожил всю жизнь со своим племенем, а с ней был знаком всего лишь один день. И все же голос крови был очень силен, и Рейвен не могла не тревожиться за жизнь старика, который был очень слаб.

Собственное положение тоже вызывало у нее беспокойство, хотя Рейвен не желала признаваться себе в этом. Покинув цивилизованный мир и оказавшись в прериях, она поняла, что постепенно утрачивает уверенность в себе. А, познакомившись с кайова, она почувствовала, что теряет почву под ногами: Рейвен больше не ощущала своим ни тот мир, который покинула, ни тот, в котором оказалась.

Слейт был для нее мостиком между этими двумя мирами, но теперь ее тревожило будущее их отношений. Быстрый Орел заронил в ней сомнения. Рейвен не знала, искренни ли ее чувства. Подобные мысли никогда раньше не возникали у нее, но со вчерашнего вечера она постоянно размышляла над словами индейца. И все же Рейвен не могла подумать всерьез о том, что не любит Слейта, что он не нужен ей, что они должны расстаться.

– Как ты думаешь, нам действительно понадобятся два-три дня для того, чтобы добраться до Анадарко? – спросила она, повернувшись к Слешу.

– Да. Так сказал Бегущий Медведь.

– Я никогда не ездила так далеко верхом. И сказать по правде, мне становится плохо от одной мысли, что я буду так долго находиться в седле.

– Я могу помочь тебе скрасить это путешествие, – с лукавой улыбкой сказал Слейт, стараясь приободрить ее. – Когда мы остановимся на привал, я постараюсь сделать так, что ты почувствуешь себя намного лучше.

– Я знаю, что у тебя это получится. Но мы не можем слишком долго отдыхать в пути. Бегущий Медведь с каждым днем слабеет, нам надо спешить.

– Я знаю, что ты беспокоишься о здоровье дяди, но для того, чтобы достичь цели, нам понадобится долго, упорно работать. Если же мы будем суетиться, если не побережем свои силы, то не сумеем довести дело до конца, и наша неудача окончательно подкосит твоего дядю.

– Ты прав. Мне кажется, я теряю способность трезво мыслить, когда речь заходит о кайова.

– Все в порядке, Рейвен. Я просто хочу побыть с тобой наедине.

– Но ведь мы сейчас совершенно одни.

– Да, но я не могу заключить тебя в объятия.

Рейвен засмеялась.

– Ладно, я не буду возражать против привала. Лошадям, во всяком случае, отдых пойдет на пользу.

Слейт направил Черную Плясунью поближе к Рейвен и протянул руку. Рейвен дала ему свою, и Слейт крепко пожал ее.

– Я бы не отказался прямо сейчас испепелить тебя в жарких объятиях. – Слейт засмеялся. – Но тогда мы нескоро доберемся до Анадарко.

– Вот именно, – согласилась Рейвен и опустила руку.

Они уже миновали горы Уичито, а на голой равнине было очень немного укрытий по сравнению с горным ущельем, по которому протекала река. Рейвен заметила, как хорошо кайова приспособились к местным условиям. Преследуя стада буйволов в прериях, они привыкли обходиться без природной тени, используя кустарник и вигвамы в качестве укрытий, когда останавливались в пути и разбивали лагерь.

Когда наступил день, стало еще жарче. Рейвен как никогда радовалась тому, что у нее есть широкополая шляпа, которая хоть как-то защищала ее от невыносимого зноя и нещадного яркого солнца.

Она пила больше, чем следовало, пытаясь ощутить прохладу, но теплая вода не спасала от зноя, и вскоре Рейвен почувствовала страшную сухость во рту и нестерпимую жажду. У нее появились отеки. От долгого путешествия верхом разболелись ноги, и их начала сводить судорога, но она не хотела, чтобы Слейт знал о ее страданиях. Даже если они и сделают привал, Рейвен не собиралась отдыхать слишком долго, потому что им следовало как можно скорее добраться до Анадарко.

В конце концов, ей стало так не по себе, что она заерзала в седле, чтобы дать возможность крови прилить к ногам и унять ноющую боль. Заметив это, Слейт нахмурился.

– Тебе нехорошо, Рейвен? – спросил он.

– Нет, Слейт, со мной все в порядке. Я просто пытаюсь устроиться поудобнее.

– Очень жаль, что у этих седел нет стремян, но Бегущий Медведь сказал мне, что кайова обычно ездят вообще без седел. Седла используются главным образом для того, чтобы перевозить сумки и мешки во время переездов племени.

– Ты считаешь, со стременами мне было бы легче?

– Да. Ты могла бы привстать, более свободно поворачиваться в седле и уменьшить нагрузку, которая падает на ноги. Но сейчас мы устроим привал, чтобы перекусить, и ты сможешь отдохнуть. Думаю, место выбирать не приходится. Давай остановимся прямо здесь.

Рейвен огляделась вокруг. Со всех сторон их окружали бесконечные просторы, поросшие любимым кормом буйволов – травами, волнуемыми порывами ветра. Было тихо, слишком тихо, слышались только поскрипывание седел, да изредка раздавался крик ястреба, парящего в небе. Рейвен подумала, что никогда не привыкнет к этой дикой пустынной земле.

– Помоги мне спешиться, – попросила она, обращаясь к Слейту и стараясь, чтобы ее голос не звучал слишком усталым и измученным. – Не знаю, смогу ли я устоять на ногах без посторонней помощи.

– Неужели? Я не узнаю отважного чикагского детектива, своего напарника!

– Забудь о нем, он остался в Чикаго. А тут с тобой зеленый новичок.

Слейт помог ей спешиться, стащив со спины Белого Ветра, и на мгновение прижал Рейвен к себе.

– Мне очень жаль, что это путешествие оказалось таким трудным для тебя, Рейвен. Но если мы поедем дальше без остановок, то на закате доберемся до реки Кэш. Там мы сможем разбить лагерь и устроиться на ночлег.

– А я могла бы искупаться.

– Правильно, я помог бы тебе.

– Дело говоришь, ковбой, – с улыбкой промолвила она, стараясь шутить и выглядеть более выносливой, чем была на самом деле. – А теперь, пока ты будешь готовить еду, я немного разомну ноги.

У нее ныло все тело, но небольшая прогулка облегчила ее страдания, ослабив судороги, сводившие ноги.

Слейт некоторое время внимательно наблюдал за ней.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил or

– Уже лучше.

Он одобрительно кивнул и снял седельную сумку со спины Черной Плясуньи. Пока лошади щипали траву, Слейт предложил Рейвен перекусить и протянул ей флягу с водой и кусок сушеной говядины.

– Прости, что обед получился таким скудным, – горячая пища нас ждет в Анадарко.

Рейвен глубоко вздохнула. Силы возвращались к ней. Может быть, ей в конце концов удастся приспособиться к окружающему ее суровому миру? Бросив взгляд на Слейта, Рейвен с удивлением увидела, что он пристально смотрит вверх, озабоченно хмуря брови.

– Что-то не так? – спросила она, проследив за его взглядом.

– Мне не нравится, как выглядит небо. Погода в прериях изменчива, и очень скоро может разыграться гроза. На северо-западе появились тучи. Надо как можно быстрее добраться до реки Кэш. Там мы смогли бы найти укрытие от непогоды.

Они вновь тронулись в путь. Когда солнце начало клониться к закату, Рейвен увидела впереди мерцавшую в его лучах извилистую ленту реки. Это была речка Кэш. Зеленые кроны тополей по ее берегам обещали путникам долгожданную тень.

18
{"b":"1849","o":1}