ЛитМир - Электронная Библиотека

В эту поездку Рейвен взяла с собой также револьвер отца, который лежал сейчас в ее сумочке. Это оружие перешло к ней после гибели мистера Каннингема и напоминало дочери о нем и его любви. Револьвер тоже был своего рода талисманом, приносящим ей удачу и оберегающим от опасности. Возможно, все эти вещи, доставшиеся ей от мужчин, которых она любила, вовсе не были нужны Рейвен, однако с ними она чувствовала себя на Западе не такой одинокой и потерянной.

Чем ближе они подъезжали к реке Кэш, тем отчетливее становился шум, доносившийся с ее берега. Затем они почувствовали острый запах готовящейся на костре говядины. И наконец, до их слуха донеслись звуки одинокой гитары и слова ковбойской песни.

– Должно быть, владельцы ранчо понаехали со всей округи в полном составе, – заметил Тор.

– Никто из них не пожелал оставаться в стороне, – заметил Слейт.

– Не понимаю, как они успели так быстро организовать свой выезд. Ведь решение о собрании было принято лишь сегодня утром, – сказала Рейвен.

– Владельцы ранчо были наготове. Им оставалось только пригнать сюда свои фургоны и лошадей, – объяснил Тор.

– Кстати, кайова очень благодарны тебе, Рейвен, за то, что ты остановила перестрелку, – промолвил Слейт.

– Вы разговаривали с Быстрым Орлом? – спросила Рейвен.

– Да, – ответил Тор. – Мы оба ездили в его лагерь. Быстрый Орел пришел в бешенство, узнав о спиртном и оружии.

– О каком оружии? – удивленно спросила Рейвен.

– Молодых людей снабдили виски и оружием одни и те же люди, – объяснил Слейт.

– Кто именно? – продолжала расспрашивать Рейвен.

– Пока мы не знаем этого, но непременно выясним, – ответил Тор.

– Я поговорю с Быстрым Орлом и Перышком, когда мы доберемся до места, – пообещала Рейвен.

– Ты вряд ли сможешь сделать это сразу, – предупредил ее Слейт. – Полагаю, что прежде всего обе стороны займутся обсуждением вопроса об аренде пастбищ, а это может занять какое-то время. Ты согласен со мной, Тор?

– Да, мне кажется, именно так будет проходить встреча. Но все равно нам надо докопаться до сути и выяснить, кто дал молодежи виски и оружие. Этих людей необходимо остановить, и как можно скорее.

Доехав до пересечения речки Кэш и дороги на Форт-Силл, путники увидели, что им навстречу выехали два всадника – индеец из племени кайова и представитель владельцев ранчо. Рейвен, Слейт и Тор, осадив коней, подождали, пока те приблизятся к ним.

– Тор, – обратился к Гуннарсону фермер, – назначенная встреча состоится чуть ниже по течению реки. Скачите на север, и вы прибудете точно на место назначения.

– Рейвен Лунное Дитя, – добавил кайова, – твой народ ждет твоего прибытия. Вас встретят, как только вы доберетесь до лагеря.

– Спасибо, – сказала Рейвен, и они направились на север, продвигаясь вдоль восточного берега, где была протоптана узкая дорожка.

Рейвен, Слейт и Тор молчали, готовые в любую минуту дать отпор неведомой опасности. Однако, похоже, им ничто не угрожало, и они, миновав заросли кустов, спокойно въехали под сень тополей, росших по берегам реки. Первым на их пути возник лагерь владельцев ранчо, в котором на нескольких небольших кострах жарилась говядина. Рядом паслись лошади и стояли фургоны, под которыми можно было укрыться от дождя или палящего солнца. Фермеры пили кофе, курили, мирно беседовали; в стороне от всех один ковбой, перебирая струны гитары, пел, а другой подыгрывал ему на гармонике.

Когда Рейвен, Слейт и Тор въехали в лагерь, стало тихо, почти все его обитатели прекратили свои занятия, и один из старших владельцев ранчо встал навстречу гостям. Кивнув Тору, он внимательно взглянул на Рейвен.

– Мисс, я благодарю вас от лица всех собравшихся здесь владельцев ранчо за то, что вы сделали сегодня. Вы спасли наших мальчиков, и мы этого никогда не забудем.

– Я рада, что смогла вам помочь, – сказала Рейвен и обвела взглядом всех присутствующих.

– Это больше чем помощь. Вы спасли жизнь нашим детям и спасете наши хозяйства от разорения, если нам удастся заключить договоры на аренду пастбищ. Ковбои будут петь о вас песни, мисс Рейвен.

– Спасибо, – поблагодарила его Рейвен, тронутая до глубины души. Она понимала, что эти люди были такими же, как и ее народ кайова. Они тоже старались выжить в трудных условиях. Интересы фермеров и индейцев пересекались, и это было очень плохо. Но может быть, фермеры и кайова смогут договориться хотя бы о пастбищах и это сблизит их?

– Не благодарите нас, мисс. В том, что сделано, – лишь ваша заслуга, – ответил владелец ранчо, а затем, помолчав, добавил: – Дело в том, что мы тут сбросились и приготовили вам небольшой подарок в знак благодарности. Правда, ребята? – обернувшись, обратился он к другим фермерам, стоявшим у него за спиной.

Они закивали, что-то говоря вразнобой с несколько смущенным видом.

– Мой сын Джек завоевал право вручить вам то, что мы для вас приготовили. Надеюсь, вам понравится наш скромный подарок.

Из толпы вышел долговязый нескладный юноша в сдвинутой на затылок ковбойской шляпе.

– Мисс Рейвен, – сказал он с робкой улыбкой, – мы хотим подарить вам вот это... на большее у нас, к сожалению, не хватило денег.

И он протянул ей что-то блестящее. Наклонившись, Рейвен взяла подарок и тут же восхищенно воскликнула:

– О, какие чудесные шпоры! Они очень красивые. Спасибо. Но ведь этот подарок, должно быть, стоит ужасно дорого!

Лица владельцев ранчо просияли от радости, и молодой ковбой, воодушевившись, добавил:

– Ну а теперь, когда вы получили такой подарок, вы должны непременно тоже стать ковбоем и остаться жить в Техасе, не так ли?

– Похоже, у вас стало больше поклонников, Рейвен, – сказал Тор. – Очень многие желали бы видеть вас у техасских загонов для скота.

– И я не исключение, – заметил Слейт.

Владельцы ранчо рассмеялись, а парень с гитарой затянул другую песенку, в которой говорилось о потерявших голову женщинах и одичавшем рогатом скоте.

Рейвен улыбнулась, ощутив себя частью этих людей, владельцев ранчо и ковбоев. Слушая песню, Рейвен поглядывала на Слейта. Может быть, он был прав, когда говорил, что, по его мнению, Рейвен предназначено стать жительницей Запада. Поглаживая серебряные шпоры, Рейвен клялась себе, что постарается оказаться достойной подарка владельцев ранчо. Эти шпоры были не только выражением благодарности, но и знаком ее признания. Рейвен заслужила уважение этих людей.

При мысли о том, что ее приняли в свои ряды жители Запада, техасцы, Рейвен чуть не расплакалась. Она и не предполагала, что теплый прием в лагере фермеров так растрогает ее. Только теперь Рейвен поняла, какое огромное значение имело для нее, что ее признали своей, и как ей не хватало чувства глубокой внутренней связи с людьми, которое она испытывала только в Чикаго, когда были живы ее отец и жених. Может быть, подспудно она и стремилась пережить вновь это чувство, когда бросилась сюда на зов кайова.

Услышав, как кто-то окликнул ее по имени, Рейвен вышла из задумчивости. Подняв глаза, она увидела Перышко, которая направлялась к ней.

– Рейвен Лунное Дитя! – воскликнула Перышко, пробираясь сквозь толпу владельцев ранчо.

– Приветствую тебя, Перышко, – сказала Рейвен.

Она была искренне рада видеть свою подругу из племени кайова.

– Я приехала, чтобы проводить тебя в наш лагерь, – сказала индианка, остановившись рядом с Белым Ветром и поглаживая его мягкий нос.

Перышко подошла к Черной Плясунье и тоже погладила ее по морде, а затем снизу вверх посмотрела на Слейта.

– Ты тоже желанный гость в лагере кайова, – сказала она.

Слейт прервал беседу и посмотрел на индианку.

– Спасибо, но у меня здесь дела, которые нужно срочно уладить.

Перышко кивнула и снова повернулась в сторону Рейвен.

– А ты готова отправиться со мной прямо сейчас?

– Что ты скажешь на это, Слейт? – спросила Рейвен.

– Поезжай. Увидимся позже.

И хотя улыбка смягчила жесткость его слов, Рейвен вдруг почувствовала себя лишней. Ее не хотели посвящать в дела владельцев ранчо. А ведь всего несколько минут назад она ощущала себя неотъемлемой частью сообщества жителей Запада. Теперь же от нее как будто хотели отделаться, отослать в лагерь индейцев.

59
{"b":"1849","o":1}