ЛитМир - Электронная Библиотека

«Три центра? Гм-м…» Я попыталась изобразить любопытную туристку.

– Как замечательно! Целых три центра, говорите? Наверно, дома с привидениями? Обожаю такие места. Давно мечтаю посетить лондонский Тауэр. Вы его, наверно, уже весь облазили. А где они находятся, это ваши центры? Мне мало где довелось побывать в Англии, и то только ночью. Обычно приходится ограничиваться осмотром мест, феномены которых уже давно описаны.

Эдуардо снова растянул рот в фальшивой улыбке.

– Один центр находится в бывшем аббатстве, неподалеку от Лондона. Второй – в Шотландии, в одном примечательном местечке, повидавшем несколько кровавых битв. А третий центр расположен в маленьком домике в Корнуолле, где во время солнцестояний наблюдается поразительная активность духов. Думаем, там сильно влияние друидов.

– Надо же, друиды! Удивительно! А что вы делаете с призраками, которых вызывают члены вашего треста? – Я обернулась к Гарде. Господи, только бы она не сочла, что я проявляю излишнее любопытство! – Насколько я помню, вы говорили, что исследуете привидения прежде, чем их освободить. Какие именно исследования вы проводите?

Гарда пустилась перечислять обычный список: спектральный анализ, расщепление ауры, анализ ионов, проверка на детекторе СЭМИ, а также истории жизни и расспросы относительно существования в бестелесной форме. В общем, стандартный перечень, за исключением двух последних пунктов. Меня бесило то, что она врет. Заливает почем зря и не морщится.

Медиумы обычно сразу могут определить, кто говорит правду, а кто нет. Это как-то связано с повышенной чувствительностью к незначительным изменениям окружающей среды (появление призрака всегда предвещает легкое изменение комнатной температуры и плотности воздуха). Моя теория такова: наша способность различать малейшие колебания атмосферы помогает определять, кто лжет, а кто нет. Впрочем, у других медиумов может быть иная точка зрения на этот счет.

В одном я была уверена на все сто: Гарда мне лжет!

– Поразительно! Какая интересная беседа! Спасибо за то, что были так откровенны. Я подумаю над вашим предложением поселиться в общежитии и через пару дней сообщу вам свое решение. Ну а теперь я, пожалуй, пойду. Я обещала одному приятелю проверить подвал его дома: оттуда что-то веет холодом, и он считает, что там нечисто. Но завтра, с утра пораньше, я снова буду как штык. Мы отправимся в театр и попробуем вызвать пропавших призраков.

Я поднялась, но Гарда с Эдуардо остались сидеть.

– Боюсь, мы не можем на это пойти, Эллегра, – медленно произнесла Гарда и выдвинула ящик стола.

Я чуть не задохнулась от ужаса и уставилась ей за спину. Она и Эдуардо, очевидно, решили, что я заметила что-то из ряда вон выходящее, и посмотрели туда же, куда и я. Воспользовавшись тем, что они отвернулись, я быстро очертила перед собой в воздухе оберег. Времени у меня было в обрез, так что я успела очертить всего один (вообще-то в особенно опасных ситуациях рекомендуются четыре оберега – по одному на каждую сторону света). Я надеялась, что у меня хватит сил остановить пулю, если Гарда вдруг наставит на меня дуло пистолета.

– Ой, простите, – прошептала я, когда они недоуменно обернулись ко мне. В руке Гарда держала стопку бумаги. А я-то подумала… Я облегченно обмякла и выдала довольно слабенькое оправдание: – Мне показалось, что за вашей спиной что-то движется. Ну и трусиха я! Хорошо, что сегодня мне не придется работать.

Несколько бумажек не причинят мне вреда, верно ведь? Верно. Да и оберег поможет в случае чего. Украдкой я очертила за спиной второй оберег, а затем, прижав руку к больной ноге, третий. Для полной защиты нужно было бы и четвертый набросать, но как это сделать, когда прямо перед тобой стоит Эдуардо и не сводит с тебя своих холодных серых глаз?

– Как я уже сказала, вы представляете слишком большую ценность для треста, и мы не можем позволить вам блуждать по сырым подвалам из-за каприза какого-то случайного знакомого. Если бы это задание было возложено на вас трестом, мы бы, разумеется, позволили вам исследовать подвал, но лишь после предварительной проверки. Поймите нас правильно: мы очень печемся о наших подчиненных, – добавила Гарда и растянула губы в фальшивой улыбке.

– Конечно же, – ответила я. У меня душа ушла в пятки. Я чувствовала испускаемые ею флюиды враждебности. Она снова прощупала мое сознание, но барьеры держались по-прежнему крепко.

– Если вы подпишете эти бумаги, то официально станете нашим сотрудником, и мы вам выплатим первый гонорар.

– Да? А сколько это в денежном эквиваленте?

Она взглянула на Эдуардо.

– Пять тысяч фунтов за первый месяц работы, – спокойно ответил тот.

У меня чуть сумка из рук не выпала. Почти семь с половиной тысяч долларов за месяц! Ничего себе!

– Ни фига себе! – воскликнула я и выронила сумку. Н-да, иногда мысли материализуются в действия.

Сумка моя рухнула аккурат на маленькую вазочку, в которой стояла красивая желтая роза. Вазочка упала, тонкое стекло треснуло, а вода вылилась и устремилась к задней части Эдуардо. Тот выругался и отскочил от стола.

– Ой, извините! – Я воспользовалась замешательством, отвернулась и быстро начертала последний оберег. – Какая я неловкая! Жалко – красивая была розочка.

– Ничего-ничего, все в порядке! – Губы Гарды побелели от напряжения, но это еще пустяки по сравнению с тем, что испытывала я. Теперь я была полностью защищена, Гарда ничего уже не сможет со мной сделать, но я чувствовала разлитую в воздухе угрозу. Атмосфера так и дрожала от злобы. Гарда протянула мне ручку, но я замотала головой и попятилась, прижимая к груди сумку.

– Простите, не могу. В контракте, который я заключила с УПРА, говорится, что я не могу работать на другую организацию без их согласия. Прежде чем что-то подписывать, мне нужно спросить разрешение у своего босса.

– Мы ему сейчас позвоним. Помнится, его зовут Антон Мелроуз, верно? Скажите мне его номер, я ему позвоню, и вы с ним переговорите.

Она излучала такую властность, что меня чуть не стошнило. Я слегка пошатнулась и начала медленно пятиться. Затем вцепилась в спинку стула и почувствовала себя легче – хоть что-то отгораживает меня от ее стола!

– Нет, ведь сегодня… сегодня… среда! А по средам Антон всегда играет в гольф с архиепископом из… м-м-м… из Фресно. Сегодня его нет в офисе.

Эдуардо презрительно фыркнул. Я отступила еще на шаг.

– Тогда увольняйтесь, и вся недолга! Мы компенсируем все ваши финансовые убытки.

– Не могу, – солгала я и сделала еще один шажок назад. Хоть бы обереги защитили меня и он не понял бы, что я лгу! – Я обязана Антону всем. Не могу я вот так взять и уйти! Я на такое не способна!

Воздух за моей спиной задрожал. Я обернулась и удивленно захлопала глазами: меньше всего ожидала увидеть здесь эту женщину!

– Проблемы? – поинтересовалась отшельница Филиппа, обойдя меня за версту. – Ты так злишься, Гарда, что я это еще в коридоре почувствовала. В чем дело?

Она встала рядом с Эдуардо, и все трое уставились на меня. Я подобрала отвисшую от удивления челюсть и принялась быстро соображать. Если Филиппа – приятельница Гарды, значит, она тоже участница треста. Стало быть, Гарде наверняка известно об Эсме и мистере Вугамсе, а также о том, что мне не удалось их освободить.

Да, ну ты и влипла, горе-контактер Эллегра.

Возлюбленная? – раздался в моем мозгу сонный, но такой обнадеживающий голос Кристиана. Я не одна! – Ты что, напугана?

Очень, – ответила я, вцепившись покрепче в сумочку. – Я повела себя, как последняя дура.

Я почувствовала, как Кристиан вздохнул. Потом до меня донеслись его слова:

Наверное, как глупышка, но не как дура, Возлюбленная.

– Филиппа, какая неожиданность! Вот уж кого не ожидала здесь встретить.

Я сейчас в офисе Гарды. С Эдуардо и отшельницей – помнишь, я тебе рассказывала. Похоже, они хотят меня насильнопереселить в свою городскую штаб-квартиру. Судя по всему, они меня отсюда выпускать не собираются, Кристиан!

37
{"b":"18494","o":1}