ЛитМир - Электронная Библиотека

Я начертала перед собой защитный символ и сказала:

– Э-э-э… Карлос, можете спокойно отправляться на свой сеанс. Я сама закрою дверь, когда со всем здесь управлюсь.

Я покосилась на Карлоса. Некоторое время он колебался, но потом, очевидно, решил, что чем быстрее покинет это место, тем быстрее согреется.

– Вы уверены, что хотите остаться здесь одна? – Он обвел комнату взглядом и невольно вздрогнул.

– Да. Не волнуйтесь за меня. Я не боюсь таких мест, напротив, нахожу их очень спокойными. – Так действительно было до того, как я впервые вызвала привидение. У меня просто руки чесались опробовать себя в этом доме с призраками. – Положите ключи у моей сумки, и я закрою после себя дверь, а утром завезу вам ключи на работу.

Карлос пребывал в нерешительности.

– Точно?

Я сглотнула комок и отмахнулась не глядя.

– Абсолютно. Попробую вызвать какой-нибудь дух, а потом осмотрю остальные комнаты. Ведь аномальные явления были замечены только на верхнем этаже, не так ли?

– Верно.

– Вот и ладненько! Я загляну в эти комнаты, а потом побреду в отель. Приятного вам сеанса.

Не успела я закончить фразу, как Карлоса уже словно ветром сдуло. Я молча сидела, вслушиваясь в звук его торопливых шагов: вот он спускается по лестнице, глухо хлопнула дверь черного входа… Я нервно втянула в себя воздух и окинула взглядом комнату. Вот и осталась я одна-одинешенька в здании, которое, по слухам, облюбовали лондонские привидения.

Да, иногда на меня находит затмение.

Прошел час. Я устало поднялась с колен в комнате, где якобы был убит владелец свинофермы. От сидения на твердых деревянных досках одеревенела нога, пальцы рук окоченели от холода – даже перчатки не спасли, а нос совсем отмерз.

– Тоже мне, дом с привидениями… – уныло оповестила я пустую комнату, собрала приборы и направилась к лестнице.

Дурное предчувствие, охватившее меня после ухода Карлоса, никак не желало исчезать. Но не для того я столько времени работала над собой, чтобы спасовать перед таким нелепым страхом. От ужаса у меня шевелились волосы на затылке, но я, скрепя сердце, обследовала все до единой комнаты на верхнем этаже и четыре раза пыталась вызвать призрак. Но мне не везло. Больше всего на свете я сейчас мечтала о термосе горячего кофе и о большом куске пирога с лаймом.

– Кофе с пирогом здесь точно не появится, – вздохнула я, ковыляя вниз по лестнице.

Эта фраза вырвалась у меня где-то на уровне третьего этажа и отдалась странным эхом. У меня по телу мурашки побежали, но ни один из двух детекторов у меня в руках ничего не показывал. Молчал и самый чувствительный прибор – моя развитая интуиция по части разных паранормальных явлений. Я остановилась на лестничной площадке, затаила дыхание и раскрылась навстречу этому дому, представила, как я не спеша перехожу из комнаты в комнату… На этом этаже все было спокойно, да и на нижнем тоже, а вот где-то под землей, в подвале, таилась какая-то непонятная темная зона, от которой меня в дрожь бросало. Я никак не могла проникнуть мыслью в эту темноту, но физически ощущала присутствие страшного мрака, который есть нечто большее, чем просто отсутствие света.

Там, внизу, было что-то бездушное.

И это что-то следило за мной.

Глава 2

– Только без паники, Элли. Этого и следовало ожидать, – успокаивала я себя, борясь с желанием опрометью слететь вниз по лестнице и выскочить вон из здания. – Ты же так долго училась! К тому же ты уверяла Антона, когда нанималась к нему, что справишься с любым заданием. Это твоя работа. Ты не смеешь пасовать! Ты просто обязана исследовать этот феномен, иначе – сама знаешь, что тебя ждет!

Еще бы не знать! Все, за что я сражалась в течение последних семи лет, все набитые шишки; маленькие достижения, начиная с того, что я научилась подводить баланс чековой книжки и кончая устройством на работу; победы, одержанные над монстром, так долго державшим меня в порабощении, – все это пойдет прахом, будет пущено коту под хвост. Я окажусь никчемной неудачницей, как на повышенных тонах предсказывал некогда Тимоти. Мол, ни на что я не гожусь, настолько тупа, что в одиночку мне не выжить. И вообще чокнутая какая-то.

Я вскинула подбородок, прижала к себе сумку и, сгорбившись, продолжила медленно спускаться по лестнице. На мою долю выпало столько испытаний, что теперь уже ничто не могло меня напугать – если у меня хватило сил покинуть мужа-тирана, значит, не спасую и перед этой настороженной тьмой.

Я уцепилась за эту мысль как за спасительную соломинку. Но чем ближе я подходила к подвалу, тем сильнее становились дурные предчувствия. Кто-то словно нашептывал мне: «Остановись!» – а здравый смысл твердил, что черт с ней, с честью, надо спасаться, пока то, что за дверью, меня не сцапало.

Меня накрыла холодная волна ужаса, и я застыла посреди лестницы, мертвой хваткой вцепившись в пыльные перила, – ноги отказывали мне. Я не могла дышать: на меня давила чернота за дверью. Ни сглотнуть не могла, ни моргнуть – казалось, даже сердце остановилось. До моего настороженного слуха из комнаты донесся еле слышный звук – приглушенные удары.

– Чье-то сердце бьется, – прохрипела я, с трудом двигая онемевшими от страха губами, и тут же пожалела о своих словах: теперь зловещая тьма еще более сгустилась. Ее внимание было приковано ко мне.

– Блин, – прошептала я, разрываясь между желанием бежать и двигаться дальше. Судьба бросает мне вызов: я просто обязана узнать, что находится в этой комнате!

Сердце словно оттаяло и забилось, стремительно набирая скорость. К содержимому моей черепной коробки прихлынула кровь. По-прежнему кружилась голова, и я неважно ориентировалась в пространстве, но выбор был сделан.

Самое главное, не пуститься наутек, хотя убегать от опасности – один из основных инстинктов. Свободной рукой я отодрала пальцы от перил, тихонько хныкнула и спустилась на одну ступеньку вниз.

– Раз, – считала я таким тихим голосом, что его заглушил бы даже звук упавшего перышка. Еще один шажок. – Два. Осталось еще три ступеньки. Три. Осталось еще две.

Мой желудок готов был вывернуться наизнанку – я уже жалела о том, что напилась воды.

– Четыре. Еще одна ступенька, Элли. Ты сумеешь!

Мое неровное, взволнованное дыхание становилось все громче – отвлекающий маневр, дабы заглушить здравый смысл, твердивший: «Беги! Спасайся!» Преодолев последнюю ступеньку, я предстала перед закрытой дверью.

Теперь уже без всяких усилий я чувствовала, что за дверью находится нечто. Я не только не открывала свое сознание, а, напротив, выстраивала барьеры, заслон между собой и этой сущностью. Все без толку. От комнаты веяло муками, страданиями, болью – эти терзания были ужасны тем, что не имели ни начала, ни конца. Повсюду царила тьма, чернота, полное отсутствие света. Комната дышала безнадежностью. Мне вспомнились древние карты, на которых были изображены морские чудовища и стояли подписи типа: «Здесь обитают драконы».

Да… Я бы предпочла встречу с драконом.

Обратившись к четырем сторонам света, я начертала защитные символы. Лишь приложив титанические усилия, мне удалось обуздать страх. Быстро, не оставляя себе времени на раздумья, я ухватилась за ручку и распахнула дверь.

Поначалу казалось, что свет фонарика не в силах развеять кромешную тьму. Затем до меня донесся слабый звук: кап, кап, кап… Я посветила фонариком влево.

Луч фонарика упал на деревянный стол. На столе обозначился темный силуэт – с виду явно человек. Я робко шагнула вперед и вдруг вспомнила! Выронив сумку, я бросилась к неподвижному силуэту. Это был мужчина из моего сна, мужчина, умерший ужасной смертью. Его призрак, обреченный на вечные страдания, остался в этой комнате в ожидании того, кто сумеет избавить его от земных мук. Он ждал меня!

– Ах ты бедный! – прошептала я и склонилась над ним, ломая руки. Мне очень хотелось к нему прикоснуться, но я знала, что этого лучше не делать: может нарушиться энергетическая структура призрака. Несмотря на закрытые глаза – в моем сне они были открыты, – я чувствовала, что ему известно о моем присутствии.

4
{"b":"18494","o":1}