ЛитМир - Электронная Библиотека

– Хранители четырех сторон света, откройте мне свои души, наполненные кровью, виной и страхом. Я напьюсь от вас звериного зелья со вкусом… э-э-э… со вкусом… – Черт! Я забыла слова заклинания. Я отчаянно пыталась представить себе страницы книги заклинаний, которая осталась в кабинете Кристиана.

– В чем дело? Почему ты остановилась? – спросила Белинда взволнованным шепотом, не спуская глаз с нацистов, которые не спеша подходили к нам.

– Да у нас здесь ведьмы, парни, – весело сказал главный нацист, поигрывая битой. – А что мы делаем с этими грязными отродьями?

– Убиваем! – взревела толпа, поднимая вверх свое оружие.

– Я не могу вспомнить конец заклинания, – пробормотала я Белинде, снова пытаясь припомнить слова. – «Откройте мне свои души, наполненные кровью, виной и страхом. Я напьюсь от вас звериного зелья со вкусом…» Черт! Вылетело из головы! Никак не могу вспомнить, что там дальше.

– Пиво? – предложила Белинда, пятясь назад. Я пожала плечами:

– Что-то похожее. Сейчас, сейчас… есть! – Я лихорадочно замахала руками. Затем я быстро заговорила, протягивая мысленно ниточку к тьме внутри Адриана, вычерчивая в воздухе символы, которые медленно плыли к жертвам: – Хранители четырех сторон света, откройте мне свои души, наполненные кровью, виной и страхом. Я напьюсь от вас звериного зелья со вкусом скисшего пива!

Парни остановились, озадаченно глядя на нас. Я выжидательно следила за ними, гадая, как именно они начнут превращаться в маленьких серых созданий. Но секунды бежали, а ничего не происходило, если не считать того, что двое икнули, а третий почесал за ухом. Они по-прежнему оставались людьми.

Ну конечно, если считать нацистов людьми.

– И это все? – спросила Белинда, переводя взгляд с меня на парней. – Может, надо еще что-то добавить к заклинанию? Они разве не будут меняться? Или они только внутренне стали мышами, а с виду остались людьми?

– Видимо, есть что-то еще, но я не помню, что именно. Хм. Ладно. Как насчет этого: «Наци, наци, подите прочь, станьте крысами в эту же ночь!»?

Над нашими головами раздались раскаты грома. Опавшая листва взмыла вверх маленьким торнадо. Белинда испуганно крикнула и спряталась за меня. Я закрыла лицо руками, чтобы сухие листья не выцарапали мне глаза. Нацисты все до единого попадали наземь, закрыв головы руками.

Листья были такими беспощадными, а ветер таким холодным, что я на секунду отвернулась, а когда повернулась вновь, внезапный порыв ветра исчез так же неожиданно, как и появился. Листья снова опали на асфальт. Среди них лежали бесформенные серые кучки.

– Сработало? – спросила Белинда, протягивая к ним руку.

– Похоже, что да, – сказала я.

– Но они не крысы, – сообщила она очевидный факт.

– Нет, не крысы, – вздохнула я, обходя вокруг. – У меня с проклятиями раз на раз не приходится. Пожалуй, это знак свыше бросать это дело. Хотя надо признать, что есть в этом какая-то высокопарная справедливость.

– Ты думаешь? – спросила она неуверенно, следуя за мной по пятам.

Я улыбнулась:

– Кому еще превратиться в кучу мусора, как не нацистам?

Глава 21

Дом казался слишком уж тихим, когда мы вошли. Ни звука, ни шороха, воздух был плотным и обжигающе холодным.

– Хм! Еще одним нацистом, похоже, меньше, – пробормотала я, поддев ногой бурую массу рядом с картонной коробкой, в которой лежали пивные банки. Я вытянулась, как ретривер в стойке, стараясь открыть свое сознание дому.

– Ты чувствуешь Адриана? – шепотом спросила Белинда, изо рта ее вырвался пар, подчеркивая морозность воздуха. Судя по количеству бурых кучек слизистой грязи, на которые мы наталкивались по коридору и дальше на покрытых ковром лестницах, мое проклятие оказалось всепроникающим. Так что нам не было причины перешептываться, но, как ни странно, я чувствовала себя так же, как и она. В доме было слишком тихо. Мне казалось, что если Адриан, Сейер и Себастьян сойдутся в битве, то дом будет сотрясаться до самого фундамента, но пока мы шли по темным коридорам, заглядывая во все комнаты, дом оставался безмолвным, будто затаил дыхание перед отчаянным ударом.

– Нет, я не чувствую его. А ты чувствуешь Сейера? Мы спустились по ступеням вниз. Она покачала головой, лицо ее было белее мела.

– Может, воспользуешься ментальной связью? – предложила я, растирая руки, покрывшиеся гусиной кожей, и огляделась вокруг. В доме, похоже, было холоднее, чем на улице. Нацисты недолго пробыли в доме Кристиана, но этого хватило им, чтобы раскрасить свастикой и фашистскими призывами чудесные стенные панели из красного дерева.

Она снова покачала головой:

– Я не могу.

Я оглянулась на нее, стоя на нижней ступеньке лестницы.

– Что ты имеешь в виду? Не можешь, потому что не хочешь выдать себя? Не хочешь, чтобы Сейер знал о твоем присутствии?

– Нет, не могу – значит просто не могу. Раньше, до того как мы воссоединились, у меня получалось, а теперь… – она отвела взгляд, – не могу. Что-то пошло не так после этого.

– Странно. Ну да ладно, что уж теперь делать. Обойдем дом и найдем их. – Я молча помолилась, лишь бы найти Адриана живым. Меня потрясло то, что я не могла связаться с Адрианом. Я инстинктивно понимала, что он разорвал контакт со мной, когда встретился с Сейером, чтобы защитить меня. Но даже когда я разрывала с ним связь, я все равно чувствовала его. А теперь не было ничего.

Мы нашли Мелиссанду в подвале, связанную и с кляпом во рту, ее длинные светлые волосы занавеской закрывали лицо. Она откинулась на стуле, к которому была привязана.

– Мелиссанда! – Белинда подскочила к ней и опустилась на колени. Я обошла стул и нахмурилась, увидев, чем именно связали Мелиссанде руки. Я дотронулась до ткани и нахмурилась еще сильнее, когда на меня нахлынули воспоминания. – Что с тобой случилось? Ты в порядке? Бедная Мелиссанда! Кто это сделал?

Я развязала ей руки, а Белинда вытащила такой же кусок ткани, который использовали как кляп. Когда Мелиссанда подняла голову, Белинда ахнула и отпрянула назад, с ужасом глядя на нее.

Я обошла стул, чтобы посмотреть, поглаживая пальцем теплую ткань. Зачем Адриан разорвал свою рубашку и связал Мелиссанду? Вопрос, который едва не сорвался с моих губ, отпал сам собой, когда я увидела то, что так напугало Белинду.

Я слишком хорошо была знакома с символом, горящим на левой щеке Мелиссанды. От одного его вида меня бросило в дрожь. Мне сделалось дурно от воспоминаний, связанных с этим.

– Асмодей!

Мелиссанда закрыла глаза, из-под опущенных век потекли слезы. Они текли по прекрасной фарфоровой коже щек, пока не докатились до красного вздувшегося клейма.

– Асмодей? Повелитель демонов?

Мне стало совсем нехорошо. Теперь я понимала, почему в доме так холодно. Кто-то воззвал к Асмодею. А если учесть, что мы с Белиндой обшарили весь дом и не нашли никаких следов Адриана, Сейера или Себастьяна, то, судя по всему, Адриана постигла неудача, когда он воспользовался кольцом.

– Ах, надеюсь, он жив. Мелиссанда, кто сделал это с тобой?

Я стояла перед ней, смущенная гневом в ее глазах, когда она посмотрела на меня:

– Мой брат.

Я отвела взгляд, не желая признавать правду. Мне хотелось объяснить его жестокий поступок.

– Вероятно, Адриан…

– Не Адриан, – прервала она, голос ее пульсировал болью. – Сейер. Он сделал это со мной. Он сделал это после того, как я согласилась впустить его в дом. Он пометил меня символом власти, которую обрел, но сначала он пообещал мне спасти Деймиана.

– Спасти? – Я фыркнула и поморщилась. Мне пришлось крепко сцепить пальцы рук, чтобы удержаться и не схватить ее за шиворот, как я непременно сделала бы с Белиндой. Но с Мелиссандой я сделать этого не могла, кровь от ожога на ее прекрасной щеке все еще сочилась. – Спасти от кого? От его собственного отца? Вы что, не понимаете, что Адриан любит Деймиана? Неужели вы не видите, что он готов пожертвовать всем ради этого мальчика? Неужели предрассудки так ослепили вас, что вы не понимаете, что это Сейер хочет причинить мальчику вред, а не Адриан?

56
{"b":"18495","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Жестокая красотка
Мы – чемпионы! (сборник)
Охотники за костями. Том 1
Железные паруса
Гвардиола против Моуринью: больше, чем тренеры
Темный паладин. Рестарт
Дизайн Человека. Откройте Человека, Которым Вы Были Рождены
Подарки госпожи Метелицы