ЛитМир - Электронная Библиотека

– Хочешь, подменю тебя? – предложила она.

– Нет.

Но вскоре ему пришлось остановиться и отдохнуть. Тут же Роза схватила лопату и принялась копать с того места, где он закончил. Шейн почувствовал себя бесполезным, стоя рядом с ней, пыхтя и отдуваясь, глядя, как она разгребает плотный снег. Не прошло и минуты, как он отнял у нее лопату.

– Я это сделаю.

Снова поднялся ветер, взметая снежные вихри. Чем больше Шейн копал, тем хуже у него получалось. Наконец, он сказал:

– Давай. Залезай внутрь. Мы не можем копать в таких условиях. Хотя бы попробуем тронуться.

Они уселись в машину, и Шейн повернул ключ зажигания. Мотор заурчал. Колеса завертелись. Грузовик забуксовал.

Шейн выругался. Он подал чуть вперед, затем дал задний ход, надеясь чуточку разогнаться, надеясь выбраться из сугроба.

Но он зарылся еще глубже. Скрипнули покрышки, сильнее погружаясь в снег. В кабине запахло паленым. Грузовик остался на прежнем месте.

В конце концов Шейн заглушил двигатель и стукнул кулаком по баранке.

– Черт.

– Ничего страшного, – сказала Роза.

Это был обман, который ничего не менял. Шейн почувствовал ее прикосновение и, обернувшись, увидел, что она тянет его за рукав.

– Все в порядке, – повторила она. – Идем. Вернемся в дом.

Шейн оставил лопату в машине. Они взобрались вверх по склону и начали спускаться с другой стороны холма. На спуске Роза поскользнулась, и Шейн схватил ее, удержав от падения.

– Осторожно!

Она повернула голову и улыбнулась, и Шейн почувствовал то самое влечение, которому безуспешно пытался сопротивляться с самой первой встречи.

Только сейчас он осознал, что она – не девушка Кэша.

Его словно громом ударило.

Шейн посмотрел на нее еще раз. Пристальным, оценивающим взглядом. С надеждой. Она взглянула на него… и да, в ее глазах это тоже читалось.

Шейн улыбнулся.

Что бы там ни говорил Кэш, Роза определенно была хорошенькой.

Если честно, хорошенькая – еще слабо сказано. Ее роскошные волосы составляют только часть ее привлекательности. У нее прекрасная кожа – даже покраснев на ветру, она не огрубела, а словно ожила. Шейну нравились ее высокие скулы, ее прямой носик и пухлые губы. Благодаря им ее лицо казалось более чувственным.

Он хотел прикоснуться к ней. Теперь он уже мог взять ее под ручку и отвезти в хижину.

На этот раз внутри их встретило блаженное тепло. Огонь в камине почти погас, и Шейн подбросил дров, скорее для уюта, чем для обогрева.

– А как насчет покушать?

Роза покачала головой.

– Я еще не успела проголодаться. Плотно поужинала.

– Не против, если я приготовлю?

Шейн видел, как в обеденный зал вносили огромные блюда с едой, пока он попивал в баре свое имбирное пиво. Гости кушали ребрышки и фирменный печеный картофель. А Шейн тем временем грыз орешки и сжевал горсть чипсов, усиленно думая, как бы ему выручить Кэша и Милли.

Лучше бы он больше ел, а меньше думал.

– Вовсе нет, – ответила Роза. – С радостью помогу.

Шейн достал банку с чили из буфета, вытащил из ящика консервный нож и остановился в задумчивости. Он взглянул на банку, на открывалку, на свою забинтованную руку и пожал плечами.

– Кажется, без помощи мне не обойтись.

Роза взяла у него консервный нож и открыла банку. Шейн залюбовался ее руками. Изящными, с длинными пальцами. Он представил себе, как эта ладонь гладит его по щеке. Он представил, как целует эти пальчики один за другим.

– Нечего столбом стоять, – поторопила его Роза. – Тащи кастрюлю.

Шейн моргнул и залился краской.

– Точно. – Он достал кастрюлю и поставил ее на плиту. Роза вывалила в нее чили и перемешала ложкой.

– Я этим займусь, – сказала она. – А ты не мог бы тем временем на стол накрыть?

Накрывая на стол, Шейн расспрашивал ее о «Розовом саде».

– Как ты стала цветочницей?

– Мне нравится ухаживать за растениями. Мне нравится играть с красками. Мне нравится говорить без слов. – Ее глаза сияли восторженным светом. – Аранжировка цветов дает мне возможность заниматься всем этим. Я люблю свою работу. Как будто мне подарили всю эту природную красоту и попросили сделать ее еще прекраснее.

– Ты давно этим занимаешься?

– Магазин у меня уже три года. Я работала в нем во время учебы в колледже, а потом выкупила у бывшего хозяина, когда он ушел на пенсию. – Роза наложила полную миску чили и вручила Шейну.

Шейн изогнул бровь.

– Да ты карьеристка.

– Это то, чем я хотела заниматься. – Внезапно в Розином голосе появилась твердость, и это позволило ему понять, сколько решительности скрывается за ее нежными улыбками. – И я не ошиблась, – добавила она после недолгого раздумья. Это навело Шейна на мысль, что в ее жизни бывали и ошибки, но расспрашивать он не осмелился.

– Похоже, ты добилась успеха, – искренне сказал он, усаживаясь за стол и набрасываясь на еду.

– Да, добилась. – Роза опять улыбнулась и села напротив Шейна. Их взгляды снова встретились. Теперь уже надолго. Шейн нарочно не отвел глаза. Роза отвернулась первой.

– Где ты училась?

– В университете штата Монтана. А ты?

– А я нигде. – Шейн криво усмехнулся. – Мне едва удалось окончить школу, – признался он. – Не потому, что я тупица. Скорее, мне просто там не нравилось. Знаешь, как говорят: «Жизнь удалась»? Ну так я жил своей жизнью, а школа была как-то побоку. Я пытался увлечься учебой, но после того, как… в общем, мне она надоела до чертиков.

Роза улыбнулась.

– Могу себе представить.

– Сомневаюсь, – мрачно буркнул Шейн, набивая полный рот чили. – А разве тебе не хочется?

– На тебя глядя, и мне захотелось. – Роза встала и подошла к плите, чтобы наполнить миску для себя.

Шейн любовался тем, как она движется. Ему всегда нравилось смотреть на женщин. Они ходят не так, как мужчины. В их походке есть плавность, изящество. Как будто плывут над землей.

Роза Гамильтон не исключение. Смотреть на нее особенно приятно. Ноги у нее длинные, как у жеребенка. Только красивее, конечно. Шейн различал очертания ее округлых бедер под шерстяными брюками. Он представил себе, как ее ножки, обнаженные, обвиваются вокруг него.

Вспышка желания оказалась такой острой, что Шейн вздрогнул и чуть было не опрокинулся вместе со стулом. Он взмахнул руками, вцепился в край стола, едва не вывалив на себя содержимое миски.

– Ты чего?

Смущенный, он с грохотом поставил стул на все четыре ножки.

– Все прекрасно! Просто слишком сильно наклонил стул.

Роза обеспокоенно на него взглянула и пожала плечами.

Шейн кашлянул.

– Ты здесь выросла?

– Да.

– Тогда почему я не встречал тебя раньше? Я знаю почти всех местных красавиц. – Он ухмыльнулся, с удовлетворением заметив, что вогнал ее в краску.

– Вряд ли ты мог меня заметить, – сказала Роза, поставив миску на стол. – Ведь ты намного старше.

Такого ответа Шейн не ожидал.

Он насупился.

– Не правда!

– Мне только двадцать пять, – серьезным тоном сообщила Роза.

– А мне тридцать два.

– Видишь? – ехидно заметила она. – Намного старше.

Шейн помрачнел, а потом сообразил, что она над ним смеется. Он ткнул вилкой в миску с чили.

– Значит, ты еще совсем малолетка, – проворчал он.

Роза нахально усмехнулась. Лучше бы она поменьше улыбалась, – подумал Шейн, – если не хочет, чтобы я схватил ее в охапку и уволок в спальню.

– По-моему, тридцать два года еще не старость, – смилостивилась она через мгновение.

– Спасибо, – буркнул Шейн.

– Ты тоже вырос в Ливингстоне?

– Я рос недалеко от Элмера. У моего брата там ранчо. Часто я туда возвращаюсь. Иногда приезжаю в Ливингстон. Я был там в ту ночь, потому что ранчо мне до смерти надоело.

– Это из-за твоего пальца? Тебе пришлось там задержаться?

Шейн кивнул.

– Почти на месяц. Я весь извелся от скуки. Мне хотелось что-нибудь сделать. Я решил, что украду Милли для Кэша. И выставил себя дураком.

8
{"b":"18497","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Дневная книга (сборник)
Спецназ князя Святослава
Блюз перерождений
Украшение китайской бабушки
Шантарам
Северная Корея изнутри. Черный рынок, мода, лагеря, диссиденты и перебежчики
После тебя
Девушка с тату пониже спины
Стражи Галактики. Собери их всех