ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сумеречный Обелиск
Тамплиер. Предательство Святого престола
Дао жизни: Мастер-класс от убежденного индивидуалиста
Ты сильнее, чем ты думаешь. Гид по твоей самооценке
Темная ложь
Влюбленный граф
Мир Карика. Доспехи бога
Жизнь без жира, или Ешь после шести! Как похудеть навсегда и не сойти с ума
Попалась, птичка!
Содержание  
A
A

На этой стадии в дело вмешалась Контора. Бондарев и Марат двое суток шли по следу одной из групп в предгорьях Южного Урала. Они нашли «ядерный чемодан» и людей, которые тащили его на себе. Второй «чемодан» так и не был найден. Чеченцы не вышли на связь со своими командирами и не добрались до пункта назначения. После прошествия некоторого времени было решено считать, что курьеры вместе с грузом сгинули в лесах — и Бондарев после близкого знакомства с тамошней природой считал это весьма возможным.

Но вот теперь перед ними стояло переносное ядерное устройство, аналогичное тому, что исчезло пару лет назад. И если Бондарев ещё мог сомневаться в том, что перед ним именно то устройство, то чеченец не сомневался ни капли — он показывал какие-то метки на ящике, он показывал на серийный номер «чемодана»…

Однако к этому моменту Бондарева больше интересовал не «ядерный чемодан», а кое-что другое. Кое-что гораздо более важное.

— Мы уже за него заплатили, — повторял тем временем молодой чеченец. — И больше платить не будем. Это наша вещь, вы должны её отдать…

Второй разочарованно вздохнул и посмотрел на прочих участников аукциона. Те выглядели озадаченными и неприятно удивлёнными.

— Господа, — сказал Второй. — Сейчас мы все уладим. Не волнуйтесь.

Однако господа волновались и весьма громко выражали своё недовольство. Один серьёзный мужчина в тёмном костюме так разволновался, что попросил воды.

Он так и сказал:

— Принесите воды, кто-нибудь! Эй, парень!

— Я? — переспросил Алексей.

— А кто же ещё… Принеси воды, пока меня удар не хватил.

Алексей принёс бутылку минералки.

— А стакан? — серьёзный мужчина скорчил недовольную физиономию. — Что, трудно было догадаться?

— Сейчас, — сказал Алексей, поспешно отступая назад. — Стакан. Сейчас.

Он побежал к двери, у которой находилась лестница наверх. Бежал и повторял в уме слова, шёпотом сказанные Бондаревым за секунды между: «А стакан?» и «Что, трудно было догадаться?»

Он бежал по ступеням наверх и повторял: «Телефон. Директор. Чёрный Малик».

Телефон. Директор. Чёрный Малик. Это означало — найди телефон, позвони Директору. Скажи — Чёрный Малик здесь.

Здесь и сейчас.

Глава 33

Жертва

1

Если для Алексея Белова или Бондарева сложно было найти сам телефон (поскольку все мобильные были отобраны у участников аукциона, да к тому же внутри бетонного склада мобильная связь и не работала), то у Дюка возникли проблемы иного рода. У него в распоряжении была куча телефонов, проводных и мобильных. Но с их помощью он пока ничего не мог поделать.

Было нечто сюрреалистическое в человеке, который ранним летним утром бежит по тихой улице, прижимает к щеке мобильный телефон и кричит в него какие-то страшные и непонятные слова… И лицо у него такое, будто вокруг не солнечное утро, не застроенная аккуратными кирпичными коттеджами улица, а что-то вроде ворот ада. И на лице бегущего — страх. Возможно, не за себя, за кого-то другого, но что это страх — совершенно точно.

Дюк поднял с постели огромного адвоката, Дюк дозвонился до заместителя прокурора, Дюк дозвонился до дежурного СИЗО.

Адвокат сонным басом напомнил, что он ещё официально не является адвокатом Беловых, а стало быть, не может требовать свиданий и вообще не может предпринимать никаких действий, касающихся…

Заместитель прокурора предположил, что Дюк драматизирует ситуацию, что как раз СИЗО и является наиболее безопасным местом для Беловых, потому что на свободе они могли бы стать лёгкой мишенью для мести вдовы Фоменко, которая в свою очередь не такая уж и…

Старый адвокат Беловых, назначенный государством, испугался звонка и, услышав голос Дюка, выронил трубку, а затем Поспешно выдернул телефонный провод из розетки.

Дежурный СИЗО сказал, что за истёкшие сутки никаких происшествий в следственном изоляторе не зафиксировано, и повесил трубку.

В половине седьмого утра огромный адвокат неуклюже вывалился из недр подержанной «Волги» возле входа в СИЗО.

— Кто бы мне объяснил, что я тут делаю, — басил он, пытаясь застегнуть пиджак, но промахиваясь мимо петель. Дюк схватил его за руку, подтащил к двери и заставил нажать на кнопку звонка.

— Когда всё кончится… — сказал Дюк.

— Извините? — не понял адвокат.

— Когда всё кончится, отрицайте, что мы когда-либо раньше встречались.

— А…

— Вы случайно встретили меня минуту назад на этом самом месте.

— Я не пони…

— Все, поздно объяснять.

Входная дверь СИЗО с металлическим скрипом приоткрылась, а у адвоката возникло очень нехорошее предчувствие. Он вспомнил, сколько денег было им получено вчера от Дюка, и с сожалением подумал, что надо было взять больше.

А ещё лучше — не брать этих денег вообще.

2

Бондарев сначала не поверил своим глазам, но с ним ещё был Марат — тот посмотрел, подумал и утвердительно кивнул головой. Так и есть. Чёрный Малик. Стоило лазить по Милану, Сардинии, Стамбулу, Иордании и ещё бог знает где, чтобы столкнуться с Черным Маликом в пределах Московской области, а может, даже в пределах МКАД.

Что-то здесь было не так. Пять лет Чёрный Малик находится в федеральном розыске. Погранслужба, МВД и ФСБ сориентированы на его поимку. Пять лет Чёрный Малик прячется по каким-то секретным бункерам на Среднем Востоке, прикрывается двойниками, ни с кем не общается, а потом вдруг без проблем преодолевает все границы, проезжает всю Россию и оказывается в её сердце. Допустим, он проник в Россию через горные перевалы в Грузии, потом через горную Чечню — в Ингушетию, потом ещё каким-то хитрым манёвром до Москвы… Допустим. Но зачем?! Зачем пускаться на такие смертельно опасные трюки человеку, который заочно осуждён на пожизненное заключение? Который по-прежнему числится в пятёрке главных террористов, пятёрке непримиримых врагов России? В чём тут смысл?

И которого Бондарев должен во что бы то ни стало взять живым, чтобы расспросить о давнем разговоре Малика с легендарным Химиком. Тут тоже со смыслом как-то не очень…

Между тем грузный мужчина лет сорока, лишь пару дней назад сбривший бороду и задумчиво потирающий теперь голый подбородок, стоит в окружении молодых чеченцев и слушает, что говорит Второй.

Второй абсолютно уверен в себе, он на своей территории, он со своими людьми, и он никому не позволит делать из себя идиота. Тем более он не позволит это делать Харкевичу.

— Кто пригласил сюда этих идиотов?! — шипит Второй на Харкевича, припирая его к стенке. — Ты? Ты понимаешь, что снова все испортил?!

— Я не знал! — вздрагивает Харкевич, глядя снизу вверх на Второго. — Я не знал, что…

— Найди Морозову, — шипит Второй, краем глаза отслеживая чеченцев: те о чём-то переговариваются. — Пусть соберёт всех людей, кого только можно. Поставить людей на выходе… — Второй уже соображал, как это может быть: он вроде бы соглашается с претензиями чеченцев, отдаёт им «чемодан», те садятся в машину, выезжают, и тут люди Второго… Нет-нет, там же бомба. Значит, нельзя им отдавать «чемодан»!

— Пусть Морозова соберёт людей, а сама спустится ко мне сюда…

Второй, кажется, придумал. Он смотрит на Китайца, тот, как всегда, спокоен и сосредоточен.

Потом Второй смотрит на чеченцев. Те, кажется, ещё что-то придумали и сейчас объявят об этом. Ну-ну.

А затем Второй пристально разглядывает других участников аукциона. Они сейчас разбрелись по своим группам и тихо переговариваются между собой. Пять делегаций, чеченцы — шестая. Второй не думает о чеченцах, он думает о тех пяти делегациях, которые никак не участвуют в скандале.

Их пять, а ему нужна одна. Араб, прибалты, курды… Эти — вообще хрен знает кто… И эти тоже…

Второй манит к себе Китайца. Ему нужен совет опытного специалиста.

— Это кто? — спрашивает Второй.

— Эти двое? — Китаец смотрит на Бондарева и Марата.

84
{"b":"185","o":1}