ЛитМир - Электронная Библиотека

– Хорошо. Большое спасибо. Оглядев его, она покачала головой.

– Оставь свои благодарности при себе. Все это тебе может еще не понравиться.

Поклонившись прабабушке, она вышла из комнаты с достоинством императрицы Жозефины.

Глава 14

В лунном свете дом около плантации сахарного тростника казался сделанным из серебра и мрака. Дрэйк сравнил построенный в викторианском стиле особняк Густава Доминика со своим домом на ранчо, в котором угадывался лишь стиль индейских жилищ. Нельзя было найти двух менее похожих строений, и оставалось только гадать, какое из них Селене понравится больше.

Но на самом деле, конечно, его волновало не это. Сейчас ему больше всего хотелось найти Доминика и пришпилить его к стене этого роскошного особняка.

Жозефина коснулась его руки и приложила палец к губам.

Ему не нужно было напоминать, чтобы он вел себя тихо. С тех пор как Сан-Пиерре остался позади, он не проронил ни слова. Но здесь была такая земля, что ему никак не удавалось идти бесшумно, и он лишь удивлялся, как тихо и быстро, словно кошка, передвигается Жозефина.

Дом Доминика был уже недалеко. Они шли узкой тропинкой, иногда пробирались сквозь густые заросли, стараясь как можно дольше не ступать на землю Доминика.

Вдруг Дрэйк заметил впереди человека с собакой. Выругавшись про себя, он бросился в сторону, потянув Жозефину за собой. Они залегли в тени красных деревьев, переведя дыхание. Однако собака и в темноте могла учуять их запах.

Жозефина не шевелилась. Это снова поразило Дрэйка, и он вспомнил своего погибшего племянника. Ей было примерно столько же лет, сколько ему и Джимми. Где же мальчик? Был ли он тоже на плантации Доминика? Зачем похищать такого маленького мальчика для работы в поле? Это бессмысленно. Но после того, как Джой Мари убежала с Домиником, он уже ничему не удивлялся.

Стражник посмотрел в их сторону, собака обнюхала землю. И они пошли дальше. Дрэйк и Жозефина не шевелились. Лишь когда наступила полная тишина, они поднялись. Вроде все спокойно.

Взяв Дрэйка за руку, Жозефина снова вывела его на тропинку. Показав на дом, она сделала несколько не понятных ему жестов и скрылась в буйных зарослях.

Он остался в одиночестве. Но ведь ему помогала Эрзула! К сожалению, это мало успокаивало. И тем не менее, оставшись один, он почувствовал облегчение. Теперь ему не за кого было беспокоиться. Он осмотрелся, запоминая дорогу обратно. Затем принялся изучать дом.

Вокруг двухэтажного особняка росли цветы, кусты и деревья, одну стену полностью скрывали вьющиеся растения. Насколько он мог рассмотреть в темноте, дом был деревянный с черепичной крышей. Крышу веранды поддерживали небольшие деревянные колонны, по всему периметру второго этажа проходил балкон. Сад вокруг дома был обнесен узорчатой металлической оградой. Дом напоминал ходивший по Миссисипи пароход, только без гребных колес. Наверху, у самой крыши, виднелись два окошка, очевидно, там располагались комнаты для слуг. Дома такого типа ему не нравились.

Дрэйк с радостью увидел нависшую над балконом ветку дерева. Спальни, скорее всего, располагались наверху. Дверь второго этажа выходила на балкон, ставни высоких окон были открыты, поэтому можно влезть прямо в окно. Сейчас ему хотелось только найти Селену. К схватке с Густавом он пока готов не был.

Он вытащил из кобуры свой «45». Как хорошо, что оружие осталось при нем! Пусть не знают, что он жив и здоров. Он даже не стал заходить в «Розовый Фламинго» за своей дорожной сумкой. Пистолет и деньги у него с собой, с остальным он мог расстаться без всякого сожаления.

Дрэйк направился к дому, стараясь держаться в густой тени тропических растений. Он спешил, но старался двигаться как можно тише. Что ждет его в доме, он не знал, но не удивился бы, обнаружив еле живых Селену и Джой Мари, ради удовольствия француза закованных в цепи где-нибудь на чердаке.

От этой мысли ему стало не по себе, и он тут же ее отогнал, сосредоточившись, чтобы незаметно пробраться в дом. Стояла тишина: ни стрекотание кузнечиков, ни шум ветра в кронах деревьев не заглушат его шагов.

Добравшись до ограды, он залег в густой траве.

Затем, приподнявшись на локтях, он стал наблюдать за домом. В лунном свете особняк выглядел тихим и спокойным.

Внезапно из-за угла появился человек. Дрэйк замер. Стражник. Вспыхнул огонек – человек прикурил, и снова стало темно. Дрэйк тихо выругался. Ограда – не проблема, а вот как ему незаметно забраться на дерево, ветвь которого нависла над балконом?

Он отполз назад и встал там, где его не было видно. Подняв какую-то палку, он закинул ее так далеко, как только мог. Упав в кусты далеко от дома, она наделала много шума.

Охранник побежал на шум. Когда он скрылся из виду, Дрэйк бросился к дому. Оглянувшись у ограды и никого не увидев, он легко перемахнул через нее. Оказавшись у дерева, он ухватился за нижнюю ветку и, подтянувшись, через секунду был на ней. Спрятавшись в листве, он ждал, пока немного успокоится сердце. В доме было тихо, но слышно, как вдалеке шарит в траве стражник. Времени оставалось мало.

Он быстро вскарабкался на дерево и оказался у нависшей над балконом ветки. Разувшись и сунув ботинки между ветками, Дрэйк полез дальше. Стражник все еще был далеко, и он прыгнул, уцепившись за колонну, сполз по ней на балкон, присел на корточки и прислушался. Все было тихо.

Вдруг у него так заболела голова, что он едва не упал. Стиснув зубы, он ждал, пока боль немного утихнет. Когда слегка отпустило, он начал тихо пробираться по балкону.

По-прежнему не разгибаясь, он подкрался к первому окну и заглянул внутрь. Постель была пуста. Он двинулся дальше, прошел мимо двери и оказался у следующего окна. В этой комнате кто-то спал. Он тихо влез в окно. К счастью, в лунном свете ему удалось различить лицо.

Джой Мари. С ней все в порядке. Почувствовав некоторое облегчение, он вернулся к окну, но остановился, увидев стражника. Ожидая, пока тот свернет за угол, он снова посмотрел на Джой Мари.

А где же Доминик?

Его охватила ярость. Конечно, француз у Селены. Забыв об охраннике, он выбрался из спальни и побежал по балкону к следующему окну. На постели кто-то лежал. Он залез в окно и подошел к кровати. Вытащив свой «45», он сдернул со спящего одеяло.

И увидел Селену. Одну.

Она проснулась и хотела закричать. Зажав ей рот рукой, он повалил ее обратно на кровать. Она сопротивлялась. Била его кулаками и пыталась отвернуться. Его охватило желание поцеловать ее. Наконец он ее нашел. Теперь она будет принадлежать ему.

Но Селена по-прежнему не давала себя поцеловать и пыталась вырваться. Страсть и злость одновременно одолевали его. Голова раскалывалась, сердце тяжело билось. Но она – его женщина! Как могла она его отвергать?! Зажав ее руки у нее над головой, он сел на Селену.

Если они произведут хоть малейший шум, весь дом тут же будет на ногах. Черт возьми, где же все-таки этот Доминик? Уступила ли Селена его домогательствам? Мысль об этом подействовала на него, как красная тряпка на быка.

Он крепче сжал ее руки. Она его женщина! Дэлтона. После того, как он ею овладеет и как она почувствует его горячую страсть, больше ни один мужчина не сможет ее удовлетворить. Она будет хотеть только его. Она навсегда его полюбит.

Но сначала она должна ему уступить.

Селена снова приглушенно застонала и замотала головой, стараясь вырваться.

– Ты моя, Селена, – хрипло прошептал он.

Она затихла.

Вдруг он понял: она его, наверное, не узнала. Черт побери! Он даже закусил губу и почувствовал вкус крови. Потом наклонился к ней.

– Дрэйк?

– Да.

Он впился в ее губы. Желание было столь необузданным, что он даже прикусил ей губу и почувствовал вкус ее крови. Он целовал ее снова и снова. Теперь уже почти с благоговением, покрывал поцелуями ее глаза, нос, подбородок. Потом остановился, стараясь взять себя в руки. Он может быть с ней мягким, может быть грубым, но этой ночью должен ее соблазнить.

27
{"b":"1850","o":1}