ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Под сенью кактуса в цвету
GET FEEDBACK. Как негативные отзывы сделают ваш продукт лидером рынка
Время не знает жалости
The Mitford murders. Загадочные убийства
Бесстрашие. Мудрость, которая позволит вам пережить бурю
Крыс. Восстание машин
Ты меня полюбишь? История моей приемной дочери Люси
Он мой, слышишь?
Фаворитка Тёмного Короля

Но это, казалось, не имело значения для рвавшихся внутрь — зазубренное лезвие продолжало перепиливать толстую дверь, словно немного затвердевший сыр.

— Боже мой! — вырвалось у Дмитрия.

— Предупреди остальных! — крикнул Баянов. Он скатился с колен Дмитрия, оперся рукой о стену и стал подниматься на ноги.

Ему еще не удалось выпрямиться, когда дверь рухнула. За ней стояли уже виденные им твари. Баянов застонал.

— Дьяволы! — крикнул Анатолий.

Без предупреждения, двигаясь быстрее, чем мог проследить человеческий глаз, стоявший впереди других чудовищ вонзил в грудь Анатолия копье. Тот мгновенно обмяк, из продырявленных легких не вырвался даже предсмертный крик.

На какое-то мгновение все замерли; Анатолий остался висеть на острие поразившего его копья, двое других были потрясены и лишь молча таращились на труп.

Состояние шока прошло быстро.

— Ублюдки! — закричал Дмитрий. Он бросился к ближайшей панели аварийной сигнализации.

Одно из чудовищ с нечеловеческой скоростью метнулось за ним. Его движение было настолько быстрым, что Баянов на мгновение упустил дьявола из виду. Как раз в тот момент, когда рука Дмитрия потянулась к рубильнику аварийного сигнала, растопыренная ладонь твари опустилась на голову парня.

Дмитрий пошатнулся и упал на колени, продолжая тянуться к рубильнику. Баянов молча наблюдал за происходившим, все еще слишком ошеломленный и охваченный ужасом, чтобы найти силы шелохнуться.

Тварь выбросила вперед вторую руку, из краги которой с громким щелчком выдвинулись два кривых лезвия и замерли над сжавшейся в кулак ладонью.

Продолжая держать Дмитрия за голову одной рукой, чудовище вонзило пару кривых ножей в его спину и пропахало ими тело несчастного парня вдоль позвоночника.

Дмитрий забился в конвульсиях, дико дернулся и беззвучно рухнул замертво, но в приступе последней агонии его рука сжалась на рубильнике аварийного сигнала, и весом падающего тела он опустился вниз.

Баянов успел увидеть все это до того, как когтистая, желтокожая рука ударила его по лицу и он опрокинулся на спину. Баянов закричал, вытаращив глаза на приближавшееся чудовище.

Последнее, что он видел, была опускавшаяся на его лицо подошва сандалии дьявола. Чудовище перенесло всю тяжесть тела на одну ногу, и череп Сергея Евгеньевича Баянова треснул, словно панцирь нахально выскочившего на свет таракана.

Глава 13

Галичев решил нанести Собчаку еще один визит и как раз перешагнул порог рабочего помещения геолога, когда зазвучал сигнал аварийной тревоги.

Старший мастер поднял испуганный взгляд.

— Что это за чертовщина? — угрожающим голосом спросил он.

— Аварийный сигнал, — ответил Собчак.

— Причина? — еще решительнее рявкнул Галичев. — Что-то не так на нефтепроводе?

— Ничего страшного, если судить по показаниям приборов, — сказал Собчак, оглядывая множество окружавших его датчиков. — Но исчез сигнал датчика двери восточного входа.

— Кто-то ворвался внутрь станции? — насторожившись, спросил Галичев.

— Не знаю, — ответил Собчак, не спуская глаз с приборов, — не могу сказать.

— Ну тогда я сам узнаю, в чем дело! — рявкнул Галичев, резко повернулся, вышел из лаборатории и быстрым шагом пошел обратно в главную часть комплекса.

Собчак проводил его взглядом, затем снова повернулся к приборам.

У него нет оборудования для настоящего наблюдения — здесь научная лаборатория, а не служба КГБ, — но, когда сооружалась эта лаборатория постоянного контроля, принималась во внимание возможность несчастных случаев или саботажа. Вместе с сейсмометрами по всему комплексу были разбросаны датчики температуры, барометры, счетчики ионизации воздуха и даже микрофоны. Предполагалось, что, если произойдет взрыв на нефтепроводе или возникнет пожар, ученые смогут определить масштаб разрушений по количеству тепла, увеличению давления и уровня рентгеновского излучения, а также по звуку.

Собчак одно за другим проверил показания всех этих датчиков. Последним он включил динамик микрофонов, установленных в восточном коридоре.

Ему тут же пришлось уменьшить громкость — вопли были оглушительными.

— Боже мой, — сказал он вслух и обратился к другим показаниям, стараясь понять, в чем дело.

Собчак пришел к заключению, что через восточный вход в комплекс проникло что-то очень большое и горячее, причем оно двигалось по проходу, направляясь в глубь станции: показания температуры и давления ближайших к двери датчиков неуклонно падали, словно дверь осталась открытой или была сорвана с петель, тогда как термометры дальше по проходу показывали более высокую температуру, чем прежде.

Уровень ионизации в восточном коридоре вдвое превышал обычный, это не представляло опасности, но ученый не находил объяснения такому резкому скачку.

Вопли тоже казались ему необъяснимыми и... ужасными.

Собчак — ученый. Он не верил в полярные привидения, тем не менее поднялся, захлопнул дверь, оставленную Галичевым открытой, и запер ее на замок.

— Надо беречь тепло, — пробормотал Собчак себе под нос, — нет ничего важнее, чем оставаться в тепле.

Он осмотрелся и вспомнил, что оставил в пустой приемной пальто и сапоги. Ему не нравилось держать их в рабочем помещении: оно было так напичкано приборами и оборудованием, что эти громоздкие вещи мешали, куда бы он их ни положил. Собчак не потрудился открыть дверь снова — пальто и сапоги вполне могут подождать снаружи.

Люди собрались в зале общих собраний станции. Они бессмысленно суетились, не решаясь что-либо предпринять, когда туда ворвался Галичев.

— В чем дело? — крикнул кто-то, едва он появился. — Что-нибудь случилось? Зачем дали сигнал тревоги?

— Каким-то образом разрушена дверь восточного входа, — откликнулся Галичев, — надо узнать, кто это сделал!

Люди стали беспокойно переглядываться.

— Но, начальник...

— Мы не солдаты...

— Но все же мужчины, не так ли? — пристыдил их Галичев. — А в солдатском учебном классе есть оружие, или кто-то этого не знает?

— Мы возьмем оружие?

Во взглядах, которыми продолжали обмениваться мужчины, появилось значительно больше уверенности.

— Возможно, мы и неопытные солдаты, — сказал Галичев, — но все же сумеем противостоять тем, кто вторгся в наш дом! — Он решительно направился по коридору, ведущему к солдатским казармам. Немного поколебавшись, двинулись за ним и остальные.

Лейтенант Лигачева не побеспокоилась запереть помещение, отправляясь всей заставой в последнюю разведку. Личное оружие исчезло вместе с солдатами, никто не попытачся поискать его в ледяной пустыне, но запасные автоматы были на месте. Спустя несколько мгновений по восточному коридору шагала дюжина мужчин с АК-74 в руках. Раздавая оружие, Галичев сделал перекличку и теперь знал, что с ними не было троих: Сергея Баянова, Дмитрия Веснина и Анатолия Шверника.

Никто из присутствовавших сигнал тревоги не включал, значит, это сделал кто-то из этих троих.

— Каких-нибудь известий по радио или телетайпу не было? — спросил на ходу Галичев. — Может быть, поступало предупреждение о возможном нападении?

— Ничего не было, — ответил Шапорин.

— Меня беспо... — заговорил Галичев снова.

Они как раз миновали последний поворот, и на них обрушился порыв ледяного ветра сквозь оставшийся без двери вход. Но не ветер заставил Галичева замолчать на полуслове и остановиться, словно он мгновенно оцепенел.

Причиной была кровь.

Ею был залит пол и одна из стен. Громадные лужи еще не высохшей крови.

— Что здесь произошло? — гневно крикнул Галичев. Никто не ответил.

— Может быть, просто разлилась краска? — спросил кто-то из шедших позади.

Галичев отрицательно покачал головой:

— Нет, не краска. — Он вгляделся в красные пятна на полу, потрогал лужу пальцем и понюхал... — Они ушли в том направлении, — сказал он, показывая дулом автомата, — к нефтепроводу. Вперед! — скомандовал Галичев и снял оружие с предохранителя.

20
{"b":"1854","o":1}