ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Миф. Греческие мифы в пересказе
Машина правды. Блокчейн и будущее человечества
Аргентина. Лонжа
Я ненавижу тебя! Дилогия. 1 и 2 книги
Запасной выход из комы
Меняю на нового… или Обмен по-русски
Война на восходе
Замок из стекла
Главные блюда зимы. Рождественские истории и рецепты

– Ой, не знаю, Володечка, – сетовал женский голос. – Все бы ничего: и от дома только полчаса добираться, и зарплата приличная, но эта Маргарита Сергеевна ваша… Как приедет, так меня ноги на работу не несут.

Молодая вроде, симпатичная, а прям зверем смотрит, аж сердце заходится. Хоть бы она приезжала пореже. «Постельное белье нужно каждый день менять». А то я без нее не знаю! Я у министров работала и у маршалов работала, без ее указок знаю, как хозяйство вести. Всякие хозяйки бывали, но такой, как эта ваша Маргарита, не видала. Ну все ей не так, все не этак! Она небось вам там совсем жизни не дает.

– Маргаритка-то? – хихикнул кто-то в ответ. – Да не… Маргаритка к нам нос не сует. У нас Петрович всем заправляет, Петровича Сам слушается, ему Маргаритка нипочем. Она все больше по личной части…

Ира уже вошла в просторную кухню, где седая женщина с аккуратной короткой стрижкой стояла за гладильной доской, а хихикающий субъект, оказавшийся вчерашним молодым парнем-охранником, что-то сосредоточенно жевал. Она, конечно, не стала бы слушать чужой разговор, но не сразу сообразила, что сказать. Узнать, куда делся Аксенов? Спросить, где ее платье? Глупо.

– Доброе утро, Ирина Сергеевна. Минуточку подождите, пожалуйста, я уже заканчиваю. Только-только из машины вытащила, – увидев Иру, приветливо улыбнулась женщина, словно знала ее давным-давно.

Так. Неплохо! Эти люди, оказывается, уже в курсе, как ее зовут. Более того, эта совершенно посторонняя женщина мягкими точными движениями как ни в чем не бывало гладит ее пропавшее платье. Такое самоуправство возмутило Иру еще больше, чем отсутствие платья на месте. Неужели эта женщина заходила в спальню, когда она была еще в постели. Иначе как платье попало бы в ее руки? Может быть, тут еще видеокамеры в каждой комнате наставлены? От дома, где по-домашнему чувствует себя только обслуга и охрана, хозяин только появляется на ночлег, а хозяйка, как выражается домработница, прям зверем смотрит, можно ожидать чего угодно. Казенное радушие улыбчивой женщины показалось Ире еще неуютнее, чем вчерашнее ночное поле.

– Вам чаю или кофе? На завтрак омлет с сыром. Есть еще ветчина и мюсли, – таким же ровным тоном продолжала женщина. – Володечка, налей в кофеварку воды.

«Отдайте мое платье и оставьте меня в покое!» – хотела крикнуть Ира, но сумела сдержаться и вежливо ответила:

– Спасибо, ничего не нужно. Я должна срочно ехать.

Я уже опаздываю.

Володечка, с явным удовольствием орудовавший кофейным агрегатом, растерялся:

– А Александр Николаевич сказал, что вы его дождетесь, велел вас на пляж проводить. Он в четыре будет.

И машины сейчас нет…

«А Александр Николаевич не сказал, кто за меня платежки и договора подпишет, и не велел, чем меня кормить на обед – манной кашкой или гречневой? Или, может, он горит желанием представить меня своей злобной Маргарите Сергеевне?» – чуть не вырвалось у Иры.

Нет, надо скорее отсюда уходить, иначе говорить одно, а думать совсем другое войдет у нее в привычку.

– Я сейчас позвоню… – сказал охранник и потянулся к лежавшей на обеденном столе трубке, но Ира резво его опередила и схватила трубку первой.

– Не надо, я сама доберусь до Москвы.

Быстро набрала номер своего офиса, но едва отпустила последнюю кнопку, в трубке послышались короткие гудки.

– Через ноль, – подсказала женщина, повесила ее платье на плечики и куда-то с ним ушла.

Через ноль с первого же гудка ответила Настенька.

– Ой, Ирина Сергеевна, наконец-то, а то мы тут все переволновались… – начала она, но ее оборвал голос Максима:

– Ир, ты откуда? Ты что, с ума сошла? Я уже всех на уши поставил, водитель говорит, осталась с каким-то мужиком, и нет тебя и нет… Позвонить хоть могла бы?

Максим совсем забылся, при Настеньке и при Екатерине Михайловне говорил с ней так, что все об их отношениях было понятней некуда. Но она сама виновата – совсем не подумала, что Максим будет волноваться. А ведь уже двадцать раз могла бы ему позвонить.

– Извини, – искренне повинилась она, преисполненная чувством благодарности и тихой, внутренней удовлетворенности, что есть, есть и у нее на свете близкие люди, которые переживают, если ее нет, есть и у нее неотложные дела, которые может решить только она. – Извини, пришлось задержаться. Так надо было.

Эти слова пришлось произнести внятно и громко, и Ира с вызовом посмотрела на вернувшуюся уже без платья домработницу и Володечку, ожидая наткнуться на плохо спрятанные усмешки. Но домработница спокойно наглаживала белье, а Володечка наливал себе кофе. Только эта умиротворенная картинка разозлила Иру куда больше ожидаемого интереса. Видимо, в этом доме случайные ночные гостьи – дело привычное.

– Чего, выгорело что-нибудь интересное? – спросил Максим, но Ира вопрос проигнорировала.

– Я тебя жду на шоссе. Владимир Иванович знает где, расскажет. Выезжай сразу.

– Может быть, все-таки кофе? – еще раз добродушно предложила женщина.

– Ирин Сергевна, давайте машину вызову? – дожевав бутерброд, предложил охранник. – А то я вас не могу так отпустить. Мне шеф таких указаний не давал…

«Еще не хватало, чтоб он давал на мой счет какие-то указания!» – едва не выскочило у Иры, но в последний момент она прикусила язык и перебила Володечку на полуслове:

– Где мое платье?

– В шкафу висит… – удивилась женщина, для которой почему-то было очевидно, что Ирино платье должно висеть в аксеновском шкафу.

– Откройте мне дверь, я ухожу, – обратилась Ира к охраннику и ушла надевать свое многострадальное платье.

Нехорошо, конечно. Невежливо. Ни спасибо, ни пожалуйста, ни до свидания. Но так хочется поскорее обратно, в свою собственную жизнь!

Максима долго ждать не пришлось. Только-только она расположилась возле указателя поселка на заваленном июньским ураганом буреломе и запрокинула голову, чтобы в кои-то веки понаблюдать за облаками, как рядом затормозила знакомая бежевая «шестерка».

– Привет, как дела? – Ира залезла в душный салон и чмокнула Максима в идеально выбритую, прохладную щеку. Он, как всегда, был подтянут и свеж, словно только что вышел из-под контрастного душа, а не ехал по пыльным дорогам через всю Москву. Пожалуй, только одеколон резковат – слишком явный аромат моря и цитрусов не растворялся внутри машины, а повисал слоями.

Но наверное, так и надо, ведь Максим в отличие от нее знает толк в парфюме, недаром уставил в ванной целую полку своими причудливыми флаконами – то джинсовая жестяная банка, то огромная сигара, то кожаный футлярчик. Ира когда валяется в пене, всегда волей-неволей рассматривает эту парфюмерную выставку.

– Нормалек, все по плану, – не поворачивая головы, ответил Максим и сразу тронул с места. – Ты лучше расскажи, с кем ты там всю ночь тусовалась и чего нам с этого обломится?

– Ничего особенного. Потом расскажу, – отмахнулась Ира. Придумывать всякую ерунду, чтобы оправдаться перед Максимом, показалось ей унизительным и никчемным занятием, а говорить правду – еще хуже. – Я есть хочу, умираю. Давай заедем чего-нибудь купим в офис.

– А я думал – домой… – протянул Максим и, воспользовавшись светофором, положил ладонь на ее коленку, торчащую из распахнувшейся полы платья. Она убрала его руку, одернула подол и твердо возразила:

– Нет, есть дела. Притормози по пути у «Материка».

Никаких особенных, безотлагательных дел на сегодня у нее не было, просто соскучилась по своим, словно не вчера, а месяц назад последний раз видела. Дома – пустой холодильник, немым укором пыльный письменный стол и дурацкий сериал в телевизоре как последнее прибежище лени. А на работе – щебетунья Настенька и умилительно строгая Екатерина Михайловна. Целая компания.

Можно накрыть стол и болтать о чем придется.

В «Материк» – хорошо разрекламированный, дорогой супермаркет – Ира еще ни разу не заглядывала. Она вообще не любила магазины, особенно дорогие. Даже не потому, что в них было много чего такого, что она себе не могла позволить. Это как раз понятно и не ново – ей и так отлично известно, что не миллионерша. Магазины она не любила потому, что именно то, что нужно, в них, как правило, отсутствовало. Поэтому за продуктами она отправлялась на громадные «оптовки», а тряпки вообще прихватывала где придется, в зависимости от настроения и наличия денег. В результате гардероб еле вмещался в два шкафа, а что надеть – оставалось вечной проблемой.

20
{"b":"18540","o":1}