ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ах, Сэм, как это похоже на тебя! Всегда подумаешь, чем бы порадовать женушку, хотя в шерстяном платьице мне и теплее! – благодарно отозвалась Дора, совсем не желая, чтобы муж переживал еще и из-за плачевного состояния ее гардероба.

– Говорю тебе, Дора, так они скоро додумаются и на навоз налоги ввести! Уж и не знаю, как и выжить тогда, – проворчал трактирщик, ломая голову, чем заплатить за овес для лошадей.

– А Тед сказал, что уже договорился кое с кем из местных. Они бы и рады пойти за ним да взяться за старое, – прошептала Дора, испуганно озираясь, хотя знала, что, кроме них с мужем, в комнате никого нет.

– Да уж, голову кладу на отсечение, многие наши будут только рады пойти с ним и приняться опять за прежнее. Не пойму, кому это пришла охота взять за главного этого душегуба Шелби. Меня, во всяком случае, никто не спрашивал. Только вот что странно: похоже, у него денег куры не клюют. Да и почему-то всегда он знает, где засели драгуны. Не иначе как дружбу водит с кем-то из больших людей, вот помяни мое слово!

– Не знаешь, когда он собирается потолковать с Шелби?

– Кажется, завтра. Я бы лично поостерегся на его месте. Да, твой братец всегда был отчаянным, не то что я!

– Похоже, тебе это не по душе, – заволновалась Дора.

– Да уж, в самую точку угодила. Этот Джек Шелби просто зверь какой-то и с каждым годом все злее становится. Уж я бы на месте Теда дважды подумал, прежде чем вставать у него поперек дороги.

– Или у того, другого.

– Ты о ком?

– Да Тед говорит, что у самого Джека, дескать, мозгом не хватит заправлять в одиночку всем делом. Смеялся тут, говорит, почти догадался, кто тут всем командует, – сказала Дора.

– И кто же?

– А он мне не сказал. Только цыкнул, когда я спросила.

– Ну и ладно. Только, надеюсь, у него ума хватит, чтобы не назвать Джека дураком в лицо. А то, стоит только разозлиться, такого нагородишь, что и сам потом не рад будешь.

– Так ведь Джек всегда был бешеный, разве не помнишь! А нынче только хуже стало. Знаешь, мне иной раз кажется, что с тех самых пор, как дочечку его нашли мертвую на скалах, он совсем умом тронулся. Так и не пришел в себя, бедняга! Его бы давно следовало посадить под замок, а то беды не оберешься.

– Знаю, Дора, но кто ж на это решится? Никто, если он только в здравом уме, и слова не скажет супротив Джека Шелби. Небось сама понимаешь, что тогда было бы! В тот же день сгинешь, и поминай как звали! Вспомни, что случилось с викарием в Уэстли-Эббот, когда бедняга вздумал им что-то поперек сказать! Должно быть, пьян был, сердечный, иначе разве пришло бы ему в голову ляпнуть такое, да еще с церковной кафедры, да под которой сложены тюки с чаем и бочонки с бренди?! – хихикнул Сэм Лескомб, но тут же снова нахмурился. – По крайней мере нам есть за что Бога благодарить.

– Да?

– А как же – за то, что Мердрако по сию пору пустой стоит. Скорее всего наш молодой хозяин давно уж ко дну пошел вместе со своим кораблем.

– Знаешь, а мне всегда было жаль, что так оно вышло с молодым господином, – жалостливо сказала Дора, совсем позабыв о том времени, когда она, как и большинство деревенских, готова была поверить в худшее, что говорилось о молодом маркизе. – Он ведь такой красавчик был когда-то! Конечно, не без причуд, играл, как молодой жеребчик, так ведь и молодость на что?! Да и потом, про Летти Шелби ты никак позабыл? Нечестивица такая, я всегда знала, что не миновать ей в один прекрасный день попасть в беду! Получила что заслужила, и чего это папаша с ней носится, словно со святой какой?!

– Ну да ладно, – устало зевнул Сэм Лескомб, – это все давно в прошлом, кому сейчас до этого дело? А вот ежели его светлость вдруг ни с того ни с сего решит вернуться в Мердрако, тогда, Бог свидетель, беды не миновать. Храни нас милосердный Господь, Дора, если это случится!

– Ты прав, но чего ж заранее-то голову ломать, – вздохнула Дора, мысленно желая Джеку Шелби побыстрее успокоиться футов на десять под землей, где вреда от него никому не будет.

А пару дней спустя Тед Сэмпле сгинул без следа. Он возвращался домой, плотно пообедав у сестры, Доры Лескомб, и зятя Сэма в трактире «Могила епископа». Домой он не вернулся, и с тех самых пор о Теде не было ни слуху ни духу.

Глава 6

Как часто я ликовал, радостно встречая новый день.

Вильям Шекспир

Первые лучи зари едва окрасили в нежные краски небо над холмом, когда карета с Люсьеном Домиником и Реей, грохоча колесами, пронеслась по аллее. Эта прямая как стрела аллея, обсаженная по краям могучими каштанами, вела в замок Камейр. Тот самый замок, который уже веками был домом семьи Доминик.

Огромный дом стоял безмолвный, вокруг сероватыми хлопьями клубился предрассветный туман. Его обитатели мирно дремали. Это было то странное время перед самым рассветом, когда день встречается с ночью и все вокруг кажется не более реальным, чем приснившаяся сказка.

Было, однако, в этом похожем на замок Спящей красавицы доме одно живое существо, слишком энергичное, чтобы найти покой в объятиях Морфея. Как только колеса подъехавшего экипажа заскрипели возле широких ступеней лестницы, ведущей в замок, какая-то фигура появилась из-за небольшой группы каменных строений, где были конюшня и другие службы.

Человек задыхался, но все-таки умудрялся на бегу выкрикивать короткие приказы кучеру и лакеям и сзывать грумов, чтобы те попридержали взмыленных лошадей.

– Ваша светлость! Ваша светлость! – восклицал пожилой слуга. Не помня себя от радости, отпихнув кучера, он собственными руками распахнул дверцы кареты. – Это правда? Неужели это правда? – еле переводя дух, спрашивал он, нетерпеливо вглядываясь в сумрак кареты. Только когда его господин ступил на подножку, слуга нашел в себе силы отступить на несколько шагов.

Герцог не проронил ни слова, только протянул руку, чтобы помочь выйти своей закутанной до самых глаз спутнице. В эту минуты восходящее солнце позолотило край неба, низко надвинутый капюшон упал, и она подставила лицо теплым солнечным лучам.

– О Господи! – увидев ее лицо, выдохнул мужчина. – Боже милостивый! – всхлипнул он, заметив, что она улыбается. – Господи, неужели это правда?!

– Баттерик! – радостно рассмеялась Рея. Подбежав к огромному мужчине, она схватила его за руку. Ей казалось, что она знала его всегда. Ведь задолго до того, как Рея появилась на свет, Баттерик уже холил и нежил знаменитых скакунов Камейра. – Это правда, Баттерик. Я вернулась домой!

Слуга шумно высморкался и без малейшего стеснения вытер слезы, которые ручьем бежали по красным обветренным щекам.

– Ах, леди Рея, кабы вы только знали, как много это значит для всех нас! Ее светлость будет счастлива. Мы все так соскучились без вас! С тех пор как вас похитили, все в замке стало другим. Господи, да я глазам своим не верю! – радостно всхлипывал старик.

– Спасибо, Баттерик, – сказала глубоко растроганная Рея. – Я тоже очень рада снова увидеть тебя. Надеюсь, пока меня не было, ты не дал Проказнице разжиреть и облениться? – с интересом спросила она.

– Ах, миледи, что вы такое говорите! – всерьез обиделся тот. – Осмелюсь сказать, бедная животина так без вас скучала, что чудом не сдохла! И это несмотря на то что ее светлость герцогиня уж как старалась, чтоб она без вас не тосковала! – продолжал объяснять Баттерик. С той минуты как они перешли на знакомую тему, старик заметно успокоился. – Конечно же, я должен был настоять, чтобы ее светлость обязательно брала с собой грума, когда ездила на прогулки, но, прошу извинить, ваша светлость, – он отвесил церемонный поклон в сторону так еще и не проронившего ни слова старого герцога, – вам ведь хорошо известно, что ее светлость порой бывает немного упряма. Дала лошади шпоры – и только я ее и видел! А уж домой приехала мокрая вся до костей, упрямица, нитки на ней сухой не было, когда они обе, хромая, вернулись домой, ее светлость на Проказнице. Да вы не волнуйтесь, ваша светлость, – уверил он Рею, – мы все сделали как надо, даже поставили ей припарки на щетки под копытами, я хочу сказать, Проказнице, а не ее светлости – смущенно поправился он. – Ах, если бы я только мог что-нибудь сделать для ее светлости! – пробормотал старый Баттерик.

32
{"b":"18546","o":1}