ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Поймать молнию
Острова во времени
Брисбен
Монах, который продал свой «феррари»
Марс и Венера вместе навсегда. Как сберечь любовь
Пакт Молотова-Риббентропа. Тайна секретных протоколов
Нелюдь. Великая Степь
Все, способные дышать дыхание
Пума для барса, или Божественные махинации

– Это так странно, просто невозможно объяснить, – задумчиво пробормотала она.

– А теперь ты и говоришь как тетя Мэри, – ухмыльнувшись, добавил Робин.

– Ты тоже что-то почувствовал? – настойчиво спросила Рея у Френсиса, и юноша только кивнул в ответ.

Данте Лейтон, скакавший впереди всех, в это мгновение обернулся и успел перехватить взгляд, которым обменялись брат с сестрой, так удивительно похожие друг на друга. Густые кудри цвета спелой пшеницы отличали всех Домиников. И Данте невольно подумал: настанет ли время, когда его жена почувствует себя одной из Лейтонов?

– Что-нибудь случилось? – осведомился он, натянув поводья и позволив своему могучему жеребцу поравняться с изящным длинноногим конем, на котором ехала жена. Это заставило Френсиса отъехать, поскольку на узкой тропинке трем лошадям было бы тесно.

– Мы гадали, как называется этот берег, – крикнул молодой человек, решив отвлечь внимание на себя. Но стоило только Рее встретиться взглядом с дымчато-серыми глазами мужа, как мысли ее смешались.

– Обычно его называют Пещерой Дракона.

– А корабли заплывают сюда? – с некоторым сомнением поинтересовался Френсис, глядя, как волны с грохотом бьются о скалы. – Мне кажется, здесь под водой полным-полно рифов!

Данте бросил на него удивленный взгляд.

– Ты прав, Френсис. Заходить сюда смертельно опасно для любого корабля, если только лоцману не известен узкий проход между рифами – он идет как раз посреди Пещеры Дракона. Но даже в этом случае это очень опасно. Если на море шторм, как сейчас, корабль легко может выкинуть на скалы.

– Здесь, наверное, часто гибнут суда? – спросил Робин.

– Да, – коротко кивнул Данте, бросив угрюмый взгляд на разбушевавшееся море.

И он, и его жена были не в силах отвести глаз от острых черных скал, поднимавшихся из мокрого песка.

– Это произошло здесь? – осторожно спросила Рея. Она говорила слишком тихо, чтобы Данте мог услышать ее, но он увидел печаль и сострадание в глазах жены и понял, о чем она спрашивает. Данте молча кивнул.

– Да, с этих скал она и упала, – вздохнул он. В голосе звучала горечь, которую не смогли смягчить годы.

Хьюстон Кирби ужасно боялся свалиться со смирного пони, которого им удалось нанять в трактире, и старался не прислушиваться к их разговору, ему и без того было ясно, о чем идет речь. Он тоже бросил на скалы внимательный взгляд, будто в жизни до этого не встречал ничего подобного. Кирби попытался представить изуродованное тело прекрасной леди Элейн, распростертое на камнях, до того как море унесло его во время прилива. До сих пор воспоминание об ужасной смерти, которая постигла хозяйку, камнем лежало у него на душе. И стоило ему вспомнить о ней, как ненависть к сэру Майлзу, человеку, ставшему причиной ее мучительной гибели, с новой силой перехватила горло.

Узенькая полоска песка на берегу становилась все тоньше – начинался прилив. Море все ближе подступало к берегу, пока жадные языки волн не стали захлестывать подножия скал, на которых, почти невидимые сейчас, высились угрюмые башни старого замка.

Рея невольно затаила дыхание, когда они приблизились к его подножию. Бросив взгляд назад, она слегка улыбнулась при виде их кавалькады: Френсис с Робином не отставали от нее, за ними по пятам ехал Алистер с Конни, который крепко вцепился в пояс своего старого приятеля. А позади всех трусил Кирби, казалось, помолодевший на добрый десяток лет.

Последние несколько ярдов, которые отделяли их от замка, Скайларк летел как птица. Всадники галопом взлетели на вершину холма и уже медленнее поехали по узкой тропинке, ведущей к замку. Задумавшись, Рея чуть было не слетела с седла, когда ее лошадь резко стала, почти уткнувшись в спину Данте. Он замер на спине своего могучего жеребца, словно обратившись в статую.

Рея больше не слышала ни размеренного грохота прибоя, ни пронзительного завывания ветра. Гулкий похоронный звон раздавался в ее ушах, когда она, не веря собственным глазам, смотрела на две мрачные дозорные башни, оставшиеся от Мердрако.

Замок лежал перед ними в развалинах.

– Рея?!

Она услышала встревоженный голос Френсиса и почувствовала, как рука брата обхватила ее за плечи. С другой стороны на нее смотрело искаженное, белое, как маска, лицо Алистера Марлоу.

– Мердрако! Его разрушили, – чуть слышно прошептала она.

– У-ух ты! – пронзительно взвизгнул Конни. – Ну и дела! Можно подумать, по нему палили из пушек! Дьявольщина, скажет мне кто-нибудь, что здесь стряслось? – затараторил он. Губы мальчика дрожали, в глазах блеснули непрошеные слезы.

Робин Доминик, открыв от изумления рот, вертелся за спиной у старшего брата, стараясь как следует разглядеть огромную груду серых валунов, которая выглядела так, словно могучий великан разметал их.

Френсис Доминик покачал головой. Никогда в жизни ему не приходилось видеть столь угрюмого, навевающего тоску места. Внезапно руины древнего замка напомнили ему развалины Тимердалоха, где его дядюшка Ричард заново отстроил великолепный дворец. Френсис невольно бросил взгляд на потрясенное лицо Реи. Он не знал, что сказать. Она по-прежнему не могла оторвать взгляд от широкой спины мужа, и Френсис вдруг понял, что Данте не промолвил ни единого слова, даже не шелохнулся с той самой минуты, когда замер как вкопанный, увидев развалины родового гнезда.

Юноша в отчаянии прикусил губы, не зная, что делать: то ли попытаться утешить зятя, то ли, наоборот, попытаться помочь ему взять себя в руки.

Но если бы он заглянул в лицо Данте, то мгновенно бы понял, что нет нужды волноваться. Капитан повел себя так, как никто не ожидал. Даже бешеная ярость была бы понятнее, чем гомерический хохот, оглушительно раскатившийся в воздухе и заставивший испуганно вздрогнуть всех, кто его окружал. Глядя на бесконечный простор моря, который открылся его взору благодаря лежавшему в руинах замку, Данте смеялся, и этому, казалось, не будет конца.

– Данте, прошу тебя! Перестань! – не выдержав, пронзительно закричала Рея. – Я ничего не понимаю. Над чем ты смеешься?! – всхлипнула она. Перед ними лежал в развалинах его родной дом, в который он так мечтал вернуться, а муж все хохотал.

Испуганный вопль проник в сознание Данте. Он резко обернулся, и лицо его приняло вначале озабоченное, а потом смущенное выражение.

Данте спешился и бросился к жене. Бережно сняв ее с коня и став так, чтобы заслонить ее от пронизывающего ветра, он тихо произнес:

– Рея, любовь моя! Ради Бога, прости. Я совсем забыл, что ты ничего не знаешь. Совсем забыл, что ничего не объяснил тебе. Взгляни! – И Данте указал на то место, где берег круто изгибался, образуя невысокий склон.

Он не доставал до скалы, на которой мрачной грудой камней высились развалины замка, а скромно укрывался в естественной долине, которая служила надежным укрытием от грозных штормов, бушующих на побережье Атлантики, и сплошь был покрыт зеленой листвой деревьев. И в этом зеленом убежище, словно в уютном гнездышке, укрывался прелестный дом, сложенный из древних серых камней. Лучи солнца озаряли западное крыло и мирно отражались в многочисленных окнах. Огромные трубы каминов вздымались почти так же гордо, как и дозорные башни старинного разрушенного замка.

– Это и есть Мердрако, Рея. Вот мой дом. Наш дом. – И если Бог будет милостив к нам, он станет домом бесчисленных поколений Лейтонов, – заявил Данте Лейтон, бывший капитан «Морского дракона».

Глава 18

О! Поистине, я лишь посмешище в руках Фортуны!

Вильям Шекспир

Рея Клер Лейтон, новая хозяйка Мердрако, бросила украдкой взгляд на угрюмые останки древних башен. От них не осталось почти ничего, кроме хрупких каменных оболочек, дырявой скорлупой окружавших витые лестницы, уходившие круто вверх, к сторожевым площадкам, которые темными силуэтами высились на фоне ослепительно синего неба. Суровые башни были напоминанием о величественном средневековом замке, построенном в одиннадцатом веке норманнским бароном.

77
{"b":"18546","o":1}