ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ну же, детка, не стесняйтесь, — настаивала Джоли, не любившая тайн.

Ли понурилась, но медленно вынула руку из-за спины. Джоли потянулась к кисету, но Ли оказалась проворнее и, распустив шнур, сунула руку внутрь.

— Ой, что это? — ахнула она.

— Не делайте этого, мисс Ли. Нельзя! Это не ваше дело, и то, что там находится, должно оставаться скрытым от белых людей, — посоветовала Джоли, но было поздно. Ли уже высыпала на ладонь содержимое кисета. — О Господи, вот теперь вы пропали, мисси! — выпалила Джоли, отступая, когда девушка подняла сначала перо, потом наконечник стрелы, кусочки стали и кремня, плитку табака, локон черных волос, сплетенных в тугую косичку и украшенных цветными бусами, комок красноватой глины, крошечную сосновую шишку, маленькую прядь чего-то, подозрительно похожего на конский волос, и, наконец, пожелтевший клык какого-то зверя.

Ли ошеломленно уставилась на Джоли. Всем было известно бесстрашие домоправительницы, но сейчас ее глаза были полны страхом и непонятной тоской. Пожав плечами, Ли сунула руку в мешочек и нашла последний, самый интересный и занимательный предмет.

— О, взгляни, Джоли, — выдохнула она, протягивая домоправительнице изящный серебряный кинжал. — Вот это да!

— Что вы натворили, сердечко мое? О Боже, Боже милостивый, пощади неразумное дитя, — причитала Джоли, качая головой. — Так и знала, что это добром не кончится! Так и знала. С самого утра чувствовала! И остерегала Стивена, да, мэм, точно. Нюхом чуяла, будет худо! А этот чертов Стивен только и твердил, что вроде бы мало мяты положил в джулеп! Можно подумать, велика беда! Совсем стал суетливый, как старая дева. Волнуется по пустякам! О, малышка моя, что же теперь будет? Должно быть, к ночи разразится гроза. Духи ужасно злятся, когда их тревожат понапрасну, и начинают кого-то проклинать!

— Проклинать? — удивленно переспросила Ли, поднимая глаза от царапины на ладони, куда впился один из острых лучей солнца, украшавшего рукоять кинжала.

— Этот ваш джентмун наверняка дикарь, сердечко мое. Подумать только, моя сладкая малышка оказалась наедине с этим человеком. Страшно подумать, что случилось бы, доберись он до вас! Эти дикари снимают скальпы, сердечко мое, а у вас такие мягкие красивые волосы, — проворковала Джоли, приглаживая худой рукой длинную каштановую косу Ли.

— О, Джоли, да ведь мы в Виргинии, — засмеялась девушка, но когда принялась укладывать вещички обратно в кисет, заметила, что пальцы слегка дрожат. Проведя рядом с Джоли большую часть жизни, она привыкла прислушиваться к мудрым речам. — Что это, Джоли? — робко спросила она.

— Джу-джу, солнышко, — ответила та еще тише, чем сама Ли. Глаза ее были закрыты, как на молитве. — Защищают человека от злых духов. Это его тотем, амулеты, для того чтобы призвать духов на помощь. И постороннему человеку не годится их видеть. Вот увидишь, он здорово рассердится. Никому нельзя их видеть. Воины надевают их перед битвой.

— Правда? На шею? Как некоторые носят медальоны, внутри которых лежат локоны любимых?

— Верно. Иногда на шее, но по большей части на поясе, под набедренной повязкой. Воины считают, что там они в безопасности и наверняка ничего не случится с их… их…

Джоли запнулась, пытаясь объяснить, и под любопытным взглядом Ли меднокожие щеки залила краска.

— Не знаю, смогут ли мои чары вуду защитить вас, детка. Чуяла же, что дело неладно. Мне был подан знак.

— Джоли, да ведь ты христианка, — напомнила Ли, брезгливо рассматривая кисет. При мысли о том, где он находился, ей становилось дурно.

— И что же, мисси? — фыркнула та. — Меня крестили. Но мало ли какие силы могут быть на свете! Мудрый человек поостережется их оскорблять. Бывает много такого, о чем белые люди понятия не имеют. И это хорошо, иначе перепугались бы до смерти. А теперь давайте-ка снимем мокрое белье, а потом я пойду помогу вашей маме на кухне. Надеюсь, вы не умрете от простуды.

— Нет, если разгневанные боги доберутся до меня раньше, — пошутила Ли, морщась, когда Джоли принялась дергать за шнуровку корсета. — Ты ведь ей не скажешь?

— Я еще не решила. Посмотрим, что будет дальше.

— Завтра я верну одежду, — пообещала Ли.

— Ни за что.

— Но я должна, Джоли, — упрямо настаивала девушка.

— Пошлете кого-нибудь из этих никчемных лентяев работников. Пусть их скальпируют, велика важность! А вы никуда не пойдете.

— Но я одна знаю, где нашла одежду и куда ее положить, — возразила Ли, полная решимости исправить ошибку. — Это мой долг.

— Никуда вы не пойдете.

— Я возьму с собой Сладкого Джона, и тогда никто, даже твои духи, ничего мне не сделает, — заявила Ли.

Сын Стивена и Джоли вырос высоким и широкоплечим, и, хотя бережно обращался с лошадьми, никто не мог победить его в рукопашной.

— Не знаю, — нахмурилась Джоли, не любившая менять планы, но Ли уже спрятала кисет в ларь под одеяла.

— Если я верну одежду и кисет, никому не обязательно знать, что произошло, особенно маме. Ты же знаешь, как она расстроится. Таким образом я умилостивлю богов, — пояснила Ли, слегка улыбаясь.

— Ш-ш-ш, девочка, не смейтесь над ними, — прошептала Джоли, нервно оглядываясь, прежде чем обреченно вздохнуть. — Так и быть, но мне это не нравится, и вам лучше убрать с лица эту самодовольную улыбку кошки, слизавшей сливки, потому что я буду следить за вами, как лис за курятником, — буркнула она. — И не убегайте. Нужно смазать чем-то эту царапину.

Про себя Джоли подумала, что хозяйке лучше ничего не знать, а сама она, когда все мирно улягутся в постели, пожалуй, вызовет своих духов.

Неизвестно, каких духов имела в виду Джоли, но они оказались недостаточно сильны, чтобы заглушить гром, прокатившийся над Треверс-Хиллом как раз перед рассветом и пробудивший Ли от крепкого сна.

Глава 5

Когтистой лапой пригвоздив добычу,

Склонил кровавый клюв над нею кречет.

Альфред Теннисон

— Ты слышал гром прошлой ночью, Стивен? — осведомилась Ли, бесшумно подкравшись к дворецкому, стоявшему в столовой. Тот испуганно подпрыгнул.

— Мисс Ли! Старого Стивена чуть кондрашка не хватил! Разве можно так пугать человека? И почему вы на ногах ни свет ни заря? Даже старый петух еще спит на насесте! — причитал он, поднимая крышку с серебряного блюда, откуда немедленно донесся соблазнительный аромат.

— Мне кое-что нужно сделать утром и, боюсь, отложить нельзя, — заявила Ли с уверенностью, которой не чувствовала, и, взяв из вазы пару яблок, спрятала в карман.

— Старый Стивен все знает, мисс Ли, — понимающе кивнул дворецкий.

— Знаешь? — ахнула Ли, посчитав, что Джоли разучилась хранить секреты.

— Ходил в конюшню проведать старину Бродягу. Сказал Сладкому Джону, что, когда мисс Ли услышит, как мистер Гай снова пытался перепрыгнуть через забор, наверняка не устоит и тоже попробует. Ваш папа здорово сердился на мальчика, но и гордился тоже.

Ли, облегченно вздохнув, подошла к красивой птичьей клетке, стоявшей на столике между двумя выходившими на веранду окнами.

— Вижу, мамины птички тоже проснулись, — заметила она, разглядывая ярко окрашенных пичужек, прыгавших в позолоченной клетке. Мелодичные трели наполняли комнату.

— Ваша мама с детства любит их чириканье по утрам. А вот полковник Ли ненавидел пташек и все грозил ощипать им перья, но малышка Беатрис Амелия храбро защищала своих питомцев. И если слух у меня не такой, как раньше, я еще не совсем ослеп, мисс Ли, — объявил Стивен, показывая на ее выцветшее голубое платье. — В таком виде этих задавак, сестер Кэнби, не навестишь!

Ли с сожалением оглядела ситцевое платьишко со споротой отделкой. Три года назад оно было намного длиннее!

Обтрепанный подол открывал щиколотки в белых чулочках. С распущенными по плечам и подхваченными старенькой лентой волосами она выглядела четырнадцатилетним подростком… если не считать того, что теперь лиф подхватывал нежные округлости грудей и не оставлял сомнений, что его владелица — молодая женщина.

20
{"b":"18547","o":1}