ЛитМир - Электронная Библиотека

И почему она так живо помнит чарующую красоту его глаз? Она не могла отвести от них взгляда и словно тонула в бездонном колодце. Но его глаза обманчивы. Только сейчас золотые искры, рассыпанные в них, согревали ее своим сиянием, а в следующее мгновение они становились хрустально прозрачными, вызывая отвращение холодностью, леденившей ее до глубины души. И это пугало Ли, поскольку она не находила в себе сил сопротивляться его объятиям.

Девушка покачала головой, чувствуя, как горят багровые щеки. Но не могла забыть своего позора. Она слишком быстро согласилась заплатить долг поцелуем и, следовательно, вела себя более чем постыдно. Но никогда раньше не испытывала столь противоречивых эмоций. Никогда раньше ее сердце не билось так гулко, даже когда рядом был Мэтью Уиклифф или другой красивый респектабельный джентльмен из числа знакомых. Гуляя по батарее под руку с Мэтью, как предписывал строгий этикет, она ни разу не переживала ничего подобного тому, что владело ею всего несколько минут назад. По крайней мере утешительно сознавать, что она не ведет себя так со всеми мужчинами подряд! Все это не должно происходить так просто и легко! — твердила себе Ли, не умея осознать все значение того, что произошло с ней, и не желая признаться себе самой в том, что переступила некий рубеж. Любви надлежит приходить постепенно, рождаться из нежной дружбы, симпатии между двумя людьми, подогреваться случайными взглядами, мягкой ободряющей улыбкой леди, сопровождаемой вежливыми замечаниями джентльмена о необычайной жаре, стоящей на улице, что, в свою очередь, должно вызвать ответную реплику дамы подобного рода. А при встрече на балу или званом вечере джентльмен может пригласить даму на следующий рил и угостить пуншем после того, как подведет к компаньонке или матери. Ему будет позволено сесть рядом на диванчик, пока дама томно обмахивается веером и неспешно пьет освежающий напиток. Потом начинаются катания в экипаже под присмотром компаньонки и прогулки в благоухающем саду в присутствии тетушек и дядюшек, не отходящих более чем на несколько шагов. Пылкому поклоннику будет позволено присылать изящные бутоньерки из фиалок, ленты, кружева и романтические стихи с клятвами в вечной преданности. Далее следуют посещения барбекю или пикники с жареной рыбой, сопровождаемые приглашением родителей дамы на уик-энд, с воскресным походом в церковь, после чего джентльмен просто обязан просить руки девушки. Объявляется о помолвке, и после года вечеринок, танцев и пикников счастливая молодая пара идет к алтарю.

Вот как полагается по обычаю! Именно так ее отец ухаживал за матерью, Натан — за Алтеей, а Стюарт — за Фисбой. Он даже отправился в Филадельфию, к ее родителям. Точно так же ухаживал за ней Мэтью Уиклифф в Чарлстоне и после возвращения домой, в Виргинию. Все очень чинно, цивилизованно. Так всегда поступают приличные люди. Такие отношения и называются любовью.

Ли довольно кивнула, но тут же словно оцепенела, пораженная другой, куда менее утешительной мыслью.

Любовь… нет!

Девушка яростно затрясла головой, не в силах поверить столь невероятному откровению. Нет, этого просто быть не может! Не столь внезапно… не столь неожиданно… и не столь грубо. Она собирается замуж за Мэтью Уиклиффа. Мэтью — тот человек, которого она любит. И хочет стать его женой, матерью его детей, провести с ним остаток жизни. Он — тот человек, которого одобрят родители. А кто он, этот незнакомец, который ворвался в ее жизнь с такой разрушительной силой, заставив забыть о том, что ей так дорого?! Мало того, что она, увидев его однажды, не сумела забыть, выбросить из головы эту мощную фигуру, позолоченную солнцем! Она ничего о нем не знает: даже его имени.

И все же Джоли, кажется, ошиблась. Полудикарь не может одеваться как джентльмен и носить дорогой костюм с такой непринужденной легкостью. Каждое произнесенное им слово выдавало человека образованного. Нет, он, должно быть, джентльмен, и все же…

— Вот где ты!

Ли, вздрогнув от неожиданности, обернулась.

— Мы думали, что тебя похитили и еще того хуже! — завопила Блайт, вбегая в спальню. — Исчезла бесследно, подумать только! И Стивена нигде не могли найти! Видела бы ты, что тут творилось! Переполох поднялся такой, что мы с Джулией проснулись. А потом полуодетый Натан выскочил из своей комнаты, а за ним Алтея, бледная как полотно, и Гай едва не сбил Джулию с ног, когда распахнул дверь и выбежал, размахивая пистолетом. Тут Джулия завизжала, будто ее режут, но лично я подозреваю, что это вид Гая в ночной рубашке поверг ее в такой ужас. Тут расплакалась Ноуэлл, и нам пришлось ее утешать, а когда мы все спустились вниз, навстречу шли мама и Джоли с корзинкой, полной ужасно вонючих лекарств. Джоли так растерялась, что уронила корзинку, и одна из бутылочек с омерзительно зеленым рыбьим жиром разбилась, и по дому поплыл невероятно гадостный смрад. Тут появился папа, все еще в вечернем костюме, босой, небритый и взъерошенный, и, расплескивая подливу по ковру, стал допытываться, куда подевался Стивен. Оказывается, папа был в столовой и пытался сам положить себе еды, но, кажется, не преуспел в этом занятии, потому что умудрился разлить подливу по всей комнате и с каждым словом так энергично размахивал половником, что обрызгал всех присутствующих. Алтея, посмотрев на все это, издала странный булькающий звук и ринулась наверх, но не добежала, и я слышала, как ее стошнило на лестничной площадке. И никогда не угадаешь, что случилось со Стивеном. Он каким-то образом, ухитрился запереть сам себя в подвале! Это и разбудило всех. Бедняга колотил в дверь со всех сил и молил о помощи. А пока мы гадали, куда ты подевалась, Джулия неожиданно завопила, что ты пропала и что это восстание рабов и нас всех убьют в собственных постелях, так что стук и крики начались снова. Папа схватил было дедушкину саблю, посчитав, что одна из гончих Гая поймала в подвале крысу, а Гай заявил, что ты, возможно, полезла на дерево и застряла в ветках. Но тут Джоли протопала к двери, объявив, что старый дурак наконец-то получил по заслугам. У папы даже лицо вытянулось, особенно когда Джоли выхватила у него половник. Думаю, он посчитал, что Джоли имеет в виду его.

От смеха у Блайт даже слезы потекли. Худенькие плечи затряслись.

Правда, девочка слегка нахмурилась, видя, что сестра и не думает к ней присоединяться. Вместо этого она повернулась спиной к Блайт и продолжала рыться в комоде.

— Я не стану сердиться на то, что ты так бесцеремонно мнешь мои сорочки, — заметила она, с любопытством наблюдая, как Ли вытаскивает два чулка разного цвета и перекидывает через руку с явным намерением натянуть. — Грудь у меня почти не выросла, не то что у тебя, так что мои сорочки, возможно, будут тебе немного узки. И не знаю, что скажет мама, увидев, что один чулок на тебе розовый, а другой — голубой. Хотя после всего, что здесь творилось, это вряд ли кому-то покажется странным, особенно когда в вазе с фруктами ни с того ни с сего оказались две пышки. Мне показалось, что Стивен едва не заплакал, узрев такое святотатство, ему и без того плохо пришлось, а тут еще…

Блайт, не договорив, покачала головой. Ли повернулась и уставилась на сестру с такой физиономией, будто видела ее впервые в жизни.

— Твои сорочка и чулки на стуле, — напомнила Блайт, показывая на кружевное белье и шелковые чулки, аккуратно сложенные на сиденье стула. — А полосатое муслиновое платье висит на дверце шкафа. Если хочешь надеть именно его, следует поторопиться, пока мама не застала тебя в старом ситцевом платье, которое даже на меня не налезает. Тебе придется кое-что объяснить, потому что ей совсем не понравилось твое исчезновение с самого утра, да еще без шляпы, которая так и осталась на скамье в холле. Зато Стивен поклялся, что заставил тебя как следует поесть. А потом Джоли схватила меня за руку, и, клянусь, ее глаза сверкали, словно у кошки, и взяла слово, что я тут же побегу к ней, как только ты вернешься. А зачем ей знать?

Но Ли не слышала ее.

Блайт нахмурилась и, спрыгнув с кровати, подскочила к сестре и прижала ладонь к ее щеке. И тут же изумленно ахнула.

25
{"b":"18547","o":1}